Помочь монастырю

13 февраля 2017г. епископ Вениамин совершил заупокойную Божественную литургию.

13 февраля 2017 года, в 40 день по кончине игумении Василиссы (Медведь), епископ Борисовский и Марьиногорский Вениамин совершил заупокойную Божественную литургию в женском монастыре в честь святой блаженной Ксении Петербургской в д. Барань Борисовского района.

Адрес монастыря

222514, Беларусь
Минская область
Борисовский район
д. Барань
ул. Монастырская 2

тел: 8-0177-72-86-42
email: kseniamonastyr@mail.ru

Как к нам доехать

События

Духовное наставление

28 ноября 2016

 

Создан великолепный виртуальный тур по нашей обители, все желающие могут его посмотреть здесь.

 

 

 Стань истинным монахом прежде монашеского пострига, потому что после пострига уже поздно становится монахом 


В постоянной суете послушаний, словно глас небес, прозвучал голос духовника: "Готовься к постригу в монашество!" Еще прежде поступления в семинарию, отец Кирилл дал мне монашеское правило и наставление: "Стань истинным монахом прежде монашеского пострига, потому что после пострига уже поздно становится монахом!"

Я старался искренно исполнять все заповеданное мне духовным отцом, хотя не все и не всегда получалось. И вот, наступило время настоящей монашеской школы - стать подобным простому булыжнику на берегу моря, у которого нет острых граней, потому что вода стерла их полностью.


Таким должно быть сердце монаха, обкатанное безпрерывными волнами искушений, как передали нам святые отцы.
Меня и еще одного послушника, крупного парня, осторожного и молчаливого, присланного каким-то московским Владыкой, определили на постриг.


Пострижение послушников, с которыми я жил
в одной общей келье, назначили на другой день. Сам чин пострижения произошел так, словно я попал в какое-то иное, неземное измерение, через которое все слова и монашеское молитвенное пение слышались как будто издалека, а то, что видели глаза, словно происходило в каком-то золотистом тумане, озаренном огоньками свечей.


Нас одели в длинные белые рубахи, и мы поползли по узкому коридору, который образовали монахи, закрывшие нас с двух сторон своими черными мантиями. Я полз вторым и постоянно упирался головой в ноги ползущего впереди медлительного послушника. Народ, собравшийся в храме, пытался заглянуть через головы монахов, старательно закрывавших нас от любопытных паломников.


Затем дружеские руки подхватили и подняли нас. Перед нами стоял новый наместник, архимандрит Феофан, незнакомый мне и сменивший прежнего, ставшего епископом, и духовник Лавры -милый моему сердцу отец Кирилл.


Как постригали стоящего рядом послушника, я не видел: сердце колотилось, в горле постоянно пересыхало, ноги дрожали. Наконец, подошла моя очередь. Помню, я должен был три раза взять ножницы с Евангелия и отдать наместнику, помню, как должен быть ответить, согласен ли я добровольно стать монахом.


Затем с моей головы крестообразно состригли волосы, и множество заботливых рук стали одевать меня в монашеские одежды. Помню, что я отчетливо услышал свое новое монашеское имя "Симон" и удивился, почему именно это? Но затем полюбил его так, что совершенно забыл свое мирское имя.


Пришел я в себя уже после того, как увидел, что полностью одет и стою в мантии, в клобуке, который сползал мне на глаза, с четками в одной руке, а в другой - с крестом и свечой. Наместник прочитал молитву и вручил нас в духовное окормление отцу Кириллу, который сказал нам краткое наставление и тепло поздравил но-вопостриженных.


После этого братия начала подходить к нам на братское целование и каждый спрашивал: "Что ти есть имя, отче?" На что нужно было четко называть свое монашеское имя. С новыми именами иногда происходила забавная путаница. Рассказывали, что не все новопостриженные монахи от волнения могли сразу запомнить свое имя. Помню, что мой друг по свечному ящику, когда у него спросили его имя, ответил - "Керосин", в правильном звучании - Кенсорин. Другой монах искренно отвечал от волнения: "Скорпион!", его назвали в постриге Сарапионом. В нашем постриге таких казусов не произошло, потому что имена были простые и ясно выговариваемые.


Затем, с пением и свечами, братия проводила нас на вечернюю трапезу, после чего нас оставили на ночь в алтаре главного храма, чтобы мы в бдении провели всю ночь. Мы уселись на скамьи в алтаре и взялись за четки. Все в душе моей было переполнено такой благодатью, что я плохо соображал, что со мной происходит. Больше всего запомнилось, что твердый клобук постоянно съезжал на глаза и резал уши.


Ни тела, ни самого себя я не чувствовал, буквально плавая в преизбытке благодати, которая, казалось, струилась безпрерывно и нескончаемо с купола храма.
Утром, вместе с братией, мы присутствовали на молебне преподобному Сергию, а затем с зажженными свечами отстояли на амвоне литургию, во время которой нас причастили. На обеденную трапезу нас, с пением и свечами, монахи повели через Лаврскую площадь.
Народ бежал за нашим шествием, с любопытством рассматривая и фотографируя новопостриженных монахов. В трапезной мы сидели перед лицом наместника и старцев с внешней стороны стола. Есть перед ними было неудобно, поэтому я съел только хлеб и выпил чай. После чего мы в алтаре молились до вечернего богослужения, в течение которого вновь стояли на амвоне, держа в руках зажженные свечи.


 Так продолжалось трое суток. Периодически в храме нас навещали монахи, приходил и отец Кирилл, чтобы подбодрить нас утешительным словом и добрым наставлением. Навещал меня и мой друг, отец Пимен, вместе с отцом Прохором.
Довольные нашим постригом, они улыбались и поздравляли нас, желая благодатного монашества. После окончания трехдневного укрепления в монашестве нам дали отдохнуть один день.


Затем вновь потянулась череда ежедневных послушаний - "свечной ящик", уборка снега, посещение богослужений, на которых мы читали помянники - большие книги с многочисленными записями о здравии и упокоении, и толстые пачки поминальных записок, поданных богомольцами.


Помню громогласное и впечатляющее воскресное пение на клиросе, которым управлял знаменитый тогда регент, архимандрит отец Матфей. Монахи и благочестивые миряне стояли внизу, под возвышающимся над ними клиросом, заполненном певчими, среди которых выделялась внушительная фигура архимандрита. Мы, молясь, молча читали толстые пачки записок. Время от времени отец Матфей сверху наклонялся к нам и страшным шепотом грозил: "Перестаньте сейчас же шелестеть, из-за вас ничего не слышно!" Глядя на красные от напряжения лица поющих певчих, мы не могли понять, о чем он говорит.


Меня часто благословляли читать полунощницу. В полутьме древнего Троицкого храма, озаренного лишь лампадами и свечами, трепетавшими золотыми огоньками на большом подсвечнике, было очень уютно и благодатно. Голос мой дрожал, я боялся сбиться или допустить ошибку в тексте, но, слава Богу, все обходилось, оставляя в душе чувство благодатного умиления на весь день. Опытный монах, помощник благочинного Мефодий, ныне уважаемый епископ, подбодрил меня:

 

-Нормально читаешь, Симон. Только не волнуйся!

-
А что, чувствуется?

-
Есть немного... - улыбнулся монах.


Благодаря такой дружеской поддержке сердце стало ощущать себя в кругу родных и близких людей.
Ко всему прочему из всех послушаний добавилось еще одно, которое меня полностью выбило из монашеского распорядка и учебы в семинарии.

Неожиданно отца Пимена назначили экономом Лавры, а прежний эконом получил назначение восстанавливать Оптину пустынь.


-Не согласишься ли помочь мне в моем послушании? - спросил меня как-то новый эконом.

-А что я должен делать?

-Дела твои будут небольшие, но ответственные. Лавре разрешено начать восстановление старых заброшенных корпусов и я не успеваю за всем следить. Возьми на себя контроль за строительными работами, для меня это будет большой помощью... - растолковал мне отец Пимен.

-Хорошо, благослови, отче! - пришлось ответить мне, утешая себя тем, что всегда приятно помочь другу.


Но я не представлял тогда себе, во что невольно ввязался: "беготня", как называли это послушание монахи. С раннего утра до обеда - безпрерывная толчея среди рабочих и машин, подвозящих стройматериалы. До глубокого вечера - решение проблем и нестыковок на строительных площадках. А в конце рабочего дня, вместе с экономом, - осмотр произведенных работ и составление рабочих планов на следующий день. Иной раз эти "планерки", как тогда это называлось, затягивались до позднего вечера. Еще нужно было уделить время монашескому правилу и личной молитве.

Бывало, что днем мы не успевали попасть на чтение монашеского правила у отца Кирилла и тогда его читали вместе в келье эконома.
К нам часто присоединялись наши близкие друзья - загруженный лекциями и преподавательской деятельностью в Духовной
академии отец Анастасий и отец Прохор, также обремененный различными монастырскими послушаниями. Порой монашеское правило приходилось читать поздним вечером.


От сильной усталости мы опускались на колени и по очереди читали каноны. Запомнилось, что однажды, когда подошла моя очередь читать кафизмы, я заметил, что не понимаю, что читаю. Смысл текста совсем не доходил до меня и это было последнее, что осталось в памяти.
Я заснул, стоя на коленях, с книгой в руках.
..

 

Когда я пришел в себя, то заметил, что стояла полная тишина. Псалтирь лежала на полу, а моя голова покоилась на Псалтири. Приподняв голову, я осмотрелся: на часах был третий час ночи, а мои друзья спали на полу на коленях, положив голову на скрещенные ладони. Я заметил, что отец Прохор пошевелился.

 

- Отец, - прошептал я, - ты не спишь?

-Нет... - шепотом ответил он.

-А почему же ты нас не разбудил? - удивленно спросил я у него.

-Вижу, что вы все спите, поэтому я решил вас не будить...

-Отцы, уже скоро утро! Простите, что бужу вас!

Они приподнялись, не понимая, что происходит. Я рассказал им, вызвав улыбки на лицах, о деликатности отца Прохора. Затем дочитал кафизму и мы, распрощавшись, покинули келью эконома.
Я шел под качающимся светом фонарей, облепленных летящим снегом, и благодарил Бога за этих хороших добрых монахов, с которыми Господь сподобил меня дружить, хранить веру и укрепляться в молитве.


Из воспоминаний монаха Симеона Афонского об архим. Кирилле (Павлове).

http://www.isihazm.ru/?id=384&sid=31&iid=2374

 

Прп. Паисий Святогорец в детстве. А как я могу есть, когда моя мама всё варит в одной кастрюле: и мясное, и постное

   Выучившись хорошо читать, Благословенный Арсений, будущий Паисий, нашел Священное Писа­ние и каждый день читал Святое Евангелие. Также он где-то доставал Жития Святых и читал их, получая истинное наслаждение. Он соб­рал целую коробку с Житиями.

 Возвращаясь из шко­лы, он не хотел даже есть - сперва бежал к своей ко­робке, доставал какое-нибудь Житие и зачитывался. Его старший брат - несмотря на то что был человеком благоговейным - прятал от него Жития.

 Он опасался, что Благословенный Арсений слишком увлечётся церковными книга­ми и это плохо отразится на его учёбе. Благословенный Арсений ни­чего не говорил, находил другие Жития и продолжал питать себя духовно. Однажды, видя, что Благословенный Арсений снова читает какое-то Житие - старшему брату не доводилось даже слышать имя этого Святого, - брат поразился: «Где же ты его снова раздобыл - этого Святого?»

 Благоговейная жительница Кониц Екатерина Па­тера вспоминает о Старце: «Он очень любил Церковь и всё церковное. Однажды я его спросила:

 - Детка, ты сегодня что-нибудь кушал?

 - Нет. А как я могу есть, когда моя мама варит в одной кастрюле всю пищу (ола та фагета): и мясное, и постное. Кастрюля впи­тывает в себя мясо, и я не могу есть даже постную пищу, которая в ней приготовлена.

 - Детка, но ведь твоя мать такая чистюля, она хорошо моет посуду водой с золой...

 - Нет, - отвечает, - я из этой посуды есть не могу...

 Он без конца всё постился и постился и куда-нибудь уходил, чтобы быть одному и молиться».

 Об этом свидетельствует и брат Старца: «Благословенный Арсений со второго класса начальной школы читал духовные книги, уединялся и много молился. В играх - подобно другим детям - он участия не принимал».

http://www.isihazm.ru/?id=1324

 

Из духовных поучений прп. Паисия Величковского

Если кто и трудится безрассудно, то есть не внимая себе, таковой не имеет награды от Бога, но даже прогневляет Его. Как наполняющий худой сосуд водой не может никогда наполнить его, так и молящийся без внимания не получит награды. Требуется не просто говорить псалом или сотворить молитву, как бы исполнить обычный урок, но псалмом и молитвою нужно молиться Богу от всего сердца и постоянно в умилении душевном, с чистой мыслью. Бог не требует количества установленных псалмов и молитвословий, а внимает несмущенному и твердому уму нашему. Потому что многие тысячи молитв совершают языком, умом же помышляют суетное, скверное и нечистое – и как Бог услышит таковых?

Не множество молитв хочет от нас Бог, но чтобы со страхом Божиим и умилением становились на молитву, как Ангел Господень повелел великому Пахомию. Старание твое должно быть не о количестве, но о глубоком рассуждении и внимании, чтобы все было принято Богом, что исполнишь.

В нынешнее времена требуется человеку самого себя учить, себе самому внимать во всякой добродетели. Воздыхающий один час о душе своей лучше пользующего весь мир. Каждый, делая что из добродетелей, спасает себя одного; если же кто весь мир спасает, а себя погубит, то какая ему от этого польза? Все мы знаем, как спастись, но по лености не хотим, спасай же себя самого! Не всякий даст ответ в том, что не наставлял другого, но те, которым дано; им должно до смерти страдать и полагать душу свою за стадо; о себе же самом каждый даст ответ.

Не думай, что от брата твоего ты получаешь вред в чем-либо. Само собою, без него восстанет в нас зло. Если и потерпишь ради будущей награды какую-либо скорбь, то во всем укоряй себя, а не брата. Во всяком деле старайся себя укорять, показывая и считая себя, что ты земля и в землю опять отойдешь. Приобрести навсегда три слова: «Прости, благослови и помолись за меня, грешнаго».

"О лествице духовной".

В четвертую неделю Великого Поста вслед за поклонением Честному и Животворящему Кресту, Святая Православная Церковь постановила поминать преподобного и богоносного отца нашего Иоанна, описателя Лествицы духовной. Но почему же приводится нам на память именно преподобный Иоанн, а не другой какой святой?

Для того, чтобы мы в течение поста и наших молитвенных подвигов имели перед глазами живой пример человека, достигшего духовного совершенства, великого наставника и не забыли о необходимости каждому христианину изучать его богодухновенную книгу "Лествица духовная", в которой он изобразил все христианские добродетели в той постепенности, как они должны утверждаться в человеке, дабы привести его к единению с Богом и чтобы нас понудить через это к самоисправлению.

   С такой же целью, чтобы уничтожить в нас пагубное чувство саможаления, Святая Церковь поминает в пятое воскресение преподобную Марию Египетскую, которая, несмотря на свою долголетнюю греховную жизнь, достигла духовного совершенства ревностным самоисправлением.

   Вспоминая этих подвижников благочестия, все наши сомнения о возможности нам достигнуть христианского совершенства при наших недостатках и слабых силах должны поневоле уступить явному доказательству, что при искренней вере в Слово Божие и при нашем желании можно соделаться чистым телом, сердцем и умом и даже праведным и святым. "Еже аще что можете веровати, вся возможна верующему" (Мк. 9, 23).

Жизнь преподобного Иоанна малоизвестна. Как избранник Божий, он с юных лет возлюбил Господа, но никто из его учеников не упоминает о том, кто были его родители, где он родился и воспитывался. По их словам, преподобный Иоанн был выдающимся человеком по дарованиям, способностям и образованию. Шестнадцати лет он оставил мир и удалился на гору Синай в монастырь, чтобы жить под руководством опытных и боговдохновенных старцев. В его жизнеописании сказано, что уже тогда он был тысячелетен разумом и на Синае достиг такого совершенства, что имел душу как бы без разума и воли, совершенно свободную и сиявшую небесной простотою.

   По кончине своего наставника, стремясь еще к большим подвигам, преподобный Иоанн решился наложить на себя обет безмолвия, для чего избрал невдалеке от храма Господня удобное место, где и провел 40 лет. Пост и молитва возвели его на высокую степень чистоты и сделали сосудом особенных дарований Божиих - прозорливости, дерзновения в молитве и чудотворений.

   Когда же Синайскому монастырю надо было избрать настоятеля, то вся братия единодушно упросила преподобного Иоанна вернуться в обитель. Во время настоятельства он и написал свою книгу – "Лествицу духовную", в которой изобразил весь путь к христианскому совершенству и как надо постепенно совершенствоваться для нашего спасения.

Может быть, возлюбленные, некоторые из вас предполагают, что преподобный Иоанн составил свою "Лествицу" исключительно для монахов, а не для светских людей, так как нет ничего общего между жизнью вашею, т. е. отцов и матерей семейств и светских молодых людей, и жизнью монахов, затворников, пустынников и безмолвников?

   Поэтому-то "Лествица" никем не читается в миру и ею никто не руководствуется в светской жизни. К сожалению, так мыслят многие христиане! Но, возлюбленные, разве Святая Церковь постановила поминать сегодня преподобного Иоанна только монахам, а не всем православным христианам? Разве постановления Церкви могут быть неосновательны или погрешительны?

   Хотя между жизнью светских людей и монахов мало общего, но, однако, все христиане должны восходить по одной лествице духовной в дом Отца Небесного и при одинаковых условиях.

   Все мы отличаемся друг от друга внешним видом, званиями, положением, одеждами, но правосудие Божие требует, чтобы все входящие в Царство Небесное, в обитель праведников и святых, походили друг на друга внутренними качествами, добродетелями, чистотою душ и праведностью. Следовательно, у всех христиан цель жизни одна: достигнуть спасения и для того совершенствоваться духовно.

От монаха требуется: отречение от мира, послушание или жизнь не по своей воле и безмолвие, или стремление быть в сердце своем наедине с Богом. Но разве не требуется то же самое и от светского человека?

   Рассмотрим, для чего инок удаляется в монастырь или пустыню? Для того чтобы избежать соблазнов, чтобы было легче следить за собой, для борьбы со страстями, чтобы пребывать в молитве и учиться простой, суровой жизни.

   Но разве светские люди не обязаны так устраивать свою жизнь, чтобы им можно было избегать соблазнов, опасных сообществ, безнравственных зрелищ, пустых разговоров, чтобы они могли посещать храмы, исполнять молитвенные правила, бороться со своими страстями?

   И светский христианин должен ради спасения отречься от пагубного, развращенного мира, погибающего в гордости, самолюбии, сребролюбии и забвении заповедей Божиих. А кто оставляет греховную жизнь и борется со своими страстями, тот делает то же, что монах, расстающийся с миром и поступающий в обитель.

   Почему монахи-подвижники стремятся приобрести совершенное послушание и для этого отдаются в волю настоятелей, старцев и руководителей? Потому что иначе нельзя выучиться исполнять заповеди Божии. Но разве послушание и исполнение заповедей Божиих не одинаково обязательно мирянам? Чтобы выучиться этому, светские люди должны себя отдать в волю своих духовных отцов.

Наконец, должны ли миряне безмолвствовать? Конечно, нет, ответят многие. Но я не говорю о наружном безмолвии, ибо и монахи трудятся в монастыре, исполняют разные обязанности, служат и помогают светским людям, а следовательно, не безмолвствуют. Существует другое безмолвие, которое необходимо как монаху, так и светскому человеку: это безмолвие внутреннее, т. е. стремление быть в своем сердце наедине с Богом.

   При этом человек углубляется в самого себя, разбирается в своих мыслях и действиях, пребывает в непрестанной молитве и памятовании о Боге. По апостольскому слову, мы все должны непрестанно лицезреть сердечными очами Христа Спасителя, т.е. везде: в доме, на улице, в постели, во время работы и отдыха, и учиться у Него смирению, любви, терпению и покорности. Кто так живет, тот безмолвник и пустынник, хотя и пребывает в миру (учит епископ Феофан (Говоров)).

Итак, возлюбленные, каждый из нас не только может, но и должен сделаться подражателем преподобного Иоанна и изучить его боговдохновенную книгу – "Лествицу духовную". Это необходимо для нашего спасения, и потому Святая Церковь нам напоминает о том сегодня. Стоит только пожелать потрудиться, потому что вся возможна верующему!

Аминь.

Сщмч. Серафим ( Чичагов ).


Слово во вторую неделю Великого поста

Вторая Неделя Великого поста посвящена памяти архиепископа Фессалонитского, свт . Григория Паламы, который был великим учителем молитвы. Итак, это седмица, это Неделя молитвы.

Было бы странно, если бы мы сказали, что мы не знаем, что такое молитва. Было бы совершенно удивительно, если бы мы не помнили слова Господа нашего Иисуса Христа, который на вопрос учеников, почему они не смогли исцелить болящего юношу, ответил: «Сей род злых духов исходит только постом и молитвой» (Мф. 17, 21). И мы знаем, какие трудные ночи проводил Господь, оставив учеников, уходя в горы, в пустыни, чтобы там молиться, и какова была Его последняя молитва в Гефсиманском саду, за час до приятия голгофских страданий. Да, мы знаем это, но мы не знаем – а это дается только опытом, – как, о чем молиться, чтобы молитва была услышана Богом. Как часто мы приходим в храм, чтобы просить святителя и чудотворца Николая, еще чаще, может быть, обращаемся к Матери Божией, вспоминаем того или иного святого, чтобы просить то, что нам потребно. А вот наши просвещенные Духом старцы говорят: но ведь милость-то Божия истекает от престола Господня! И потому, благодаря святого, который оказал нам помощь в молитве, мы прежде всего должны помнить о Господе Боге и благодарить Его, давшего святому как бы поручение: усилить нашу молитву. Вспомним слова из молитвы преподобного Сергия, где говорится: «Ты, Боже, как бы в зеркале видишь наши скорби и болезни». Именно Господь принимает Сам наши молитвы. И святой Иоанн Златоуст говорит: когда Господь хочет кого-нибудь помиловать, он внушает молитву о нем, об этом человеке, другому человеку.

И вот, пример такой молитвы дает нам Господь в Своей молитве по просьбе учеников, которые спросили: «Как нам молиться?» И Он сказал: «Молитесь так: Отец наш небесный, сущий на небесах, – Отче наш, Иже еси на небесех – да придет Царствие Твое, да будет воля Твоя…» (См.: Лк. 11, 1–4) И далее – вы все знаете эту молитву. Нигде не говорится «дай мне», но «дай нам», «прости» не только «мне», но «прости нам», ибо молитва, прежде всего, это единение всех во всем, молитва всех за все, – и на Литургии мы произносим: «За всех и за все» – приносится наша соборная церковная молитва.

И потому, братья и сестры, не углубляя дальше слабым человеческим источником то, что ведомо многим, напоминаю только о том, что это – Неделя молитвы, и молитва должна быть особенно усердна: за мир, за Церковь Православную, за веру, за Отечество наше, за всех, кто в молитве прибегает к помощи Божией, и за тех, которые пока еще не знают этого пути к храму и не умеют сами молиться. Именно «за всех и за все» должна быть обращена молитва в эту неделю более, чем когда-либо, потому что об этом напоминает нам святой архиепископ Фессалоникийский Григорий, великий сотаинник молитвенного подвига, познавший глубину молитвы и оставивший нам драгоценное наследие в своих отеческих поучениях и соборных решениях. Да будет воля Божия! Да будет усердной наша молитва за всех и за себя, и да услышит Господь нашу молитву убедительным предстательством угодников Божиих. Аминь.

 Митрополит Питирим (Нечаев)

Святая исповедь

Одной из великих духовных обязанностей как монахов, так и мирян, является исповедание грехов. Прежде всего мы должны знать, что все мы согрешаем пред Богом -одни меньше, другие больше, и никто из нас не без греха. Это нам объясняет Священное Писание, которое говорит:"все мы много согрешаем" (Иак. 3,2). "Если говорим, что не имеем греха, -обманываем самих себя, и истины нет в нас. Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды" (1 Ин. 1, 8-9).

Если я с раскаянием раскрыл грехи свои плотские и душевные и исповедовался чисто, то как только священник возложил руку свою на мою голову и произнёс разрешительную молитву, грехов моих уже не стало. Но если я подошёл без раскаяния и должного приготовления и не сумел чисто исповедоваться, открыть все свои грехи, получить епитимию за них и прекратить совершать их - то я могу получить тысячу разрешений у самого опытного духовника, но грех, это яд, всё равно остаётся во мне.

Поэтому польза, бесценный эффект Святой Исповеди зависит не от священника, а от меня. Если я свято, со всецелым убеждением иду пред лице Божие (ведь подходя к священнику, я предстою пред Богом, ибо священник - только свидетель), тогда я должен исповедать Ему все свои грехи.

В противном случае как ты думаешь, священник в день Суда сможет помочь тебе чем-нибудь, если ты не сказал ему всей правды? Не приведи Бог! Священник на исповеди не мог отпустить тебе ничего более того, что ты открыл ему. А если ты, чувствуя неловкость, не назвал какого-нибудь греха, тогда все твои грехи усугубляются. Так говорят святые отцы. Потому что ты счёл, что Бог не знает всего, что ты сделал.

Вот условия, которым должна отвечать исповедь:

1. Исповедь должна совершаться перед духовником. Таким образом, когда я встаю на исповедь перед священником, я предстою пред лицом Божиим. Священник - это просто свидетель. В день Суда он сможет сказать только то, что я сказал ему. Чего я не сказал ему, то не разрешено ни на земле, ни на небе. А если я пошёл на исповедь и сказал ему всё, и священник прочитал надо мной разрешение, возложив руки на мою голову, тогда я разрешён;

2. Исповедь должна быть полной, и ничего из совершённого не должно быть скрыто, как я уже сказал ранее. Ты слышал, что сказал святой апостол Павел? "Слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа"(Евр. 4, 12) - высшего единения между человеком и Богом;

3. Исповедь должна совершаться добровольно, по свидетельству Духа Святого, Который говорит: "волею моею исповемся Ему"(Пс. 27, 7);

4. Исповедь должна приноситься в сокрушении, ибо "сердце сокрушенна и смиренна Бог не уничижит"(Пс. 50,19);

5. Исповедь не должна быть порицающей, то есть мы не должны возлагать вину ни на кого - ни на людей, ни на иное творение Божие и даже на бесов. Будем обвинять и порицать на исповеди только себя, как говорит святой Иоанн Лествичник: "Моя это язва, моя рана; по моей лености она соделалась, а не по чьей-либо вине";

6. Исповедь должна быть правдивой, то есть ты должен говорить только правду: говори всё, как ты сделал, не стыдись. Иисус Сирахов говорит: "есть стыд, ведущий ко греху, и есть стыд - слава и благодать" (Сир. 4, 25). Стыд, который ты испытаешь на исповеди, избавит тебя от того стыда, который покроет всех нас в страшный день Суда Божия;

7. Исповедь должна быть решительной. Примем перед духовником твёрдое решение - больше не грешить, с помощью Божественной благодати, и лучше умереть тысячу раз, чем отныне согрешить по собственной воле.

Святой Василий Великий говорит: "Не получает пользы от исповеди, да и вовсе не исповедуется тот, кто лишь говорит на исповеди, что согрешил, но продолжает пребывать в грехе и не ненавидит его". Всё покаяние твоё в том и состоит, чтобы решиться изменить свою жизнь.

Когда ты идёшь на исповедь, жалея о содеянном и раскаиваясь, и признаёшь свои прегрешения, тогда ты говоришь священнику всё, что помнишь. А чтобы помнить всё и принести исчерпывающую исповедь, не иди к священнику не подготовившись, ибо диавол восхитит ум твой и ты что-нибудь, да забудешь. За неделю-две до этого сядь спокойно в своей комнате, возьми тетрадку и запиши все свои грехи, начиная с самого детства или с последней исповеди.

Архимандрит Клеопа (Илие). Ценность души. М.: Русский Хронографъ, 2014.-С.173-175.

 

Слово на Преображение Господне


Празднуя Преображение Господне, обязуемся усвоить себе значение его и в себе изобразить смысл его. Не для себя явил Господь чрез преображение славу Своего Божества в человечестве, как Славный искони. Он хотел показать, до какой славы возводит Он в себе человеческое естество, а чрез него и всякого человека: слава преображения есть наша слава в Господе Иисусе Христе. Он как бы говорит нам: вот каковы будете все вы! Истинно слово Господа! Воистину таковыми предназначены все верующие во имя Его. Но явимся таковыми мы уже по втором пришествии Христовом, по воскресении всех, явимся, когда окажемся того достойными.

Спрашивается теперь, как же сделаться нам достойными того?! – Надобно в сей жизни преобразиться внутренно, чтоб в будущей восприять славу, в коей явил Господь человечество Свое в преображении.

Вот о чем после сего да будет все попечение наше и вся забота наша – созидаться «по внутреннему человеку» (Рим.7:22), преображаясь в нем «от славы в славу... от Господня Духа» (2Кор.3:18).
Есть в нас внутренний или потаенный сердца человек, как вы знаете. Слышали, конечно, как говорит Апостол Петр женам: «да будет им не внешняя плетения влас и обложения злата, или одеяния риз лепота, но потаеный сердца человек, в неистлении кроткаго и молчаливаго духа, еже есть пред Богом многоценно» (1Пет.3:3–4). Или как в другом месте говорит апостол Павел: молюсь, чтоб вы утверждались во внутреннем человеце Духом Божиим (Еф.3:16). Сего-то потаенного человека и будем возводить от славы в славу.

Я Свет в мир пришел, говорит Господь(Ин.12,46). Свет сей есть свет истины, принесенный Им на землю, свет ведения Божественного. Померк ум наш и стал тьма. Приходит Господь и просвещает его. Когда вместо истины входит в ум ложь, он омрачается, а когда истина вновь возвращается в него, он просветляется и входит в славу свою. Слава ума – ведение истины. Чем более усвояет он истину, тем более восходит от славы в славу. – Хотите ли потому возвести ум свой в славу преображения? – Исполните его истиною, которую принес Господь на землю. Вы знаете, в чем состоит сия истина. Ее объясняет нам Символ веры и истолковывает Катихизис. Она исповедует, что Бог есть – и есть троичен в Лицах: Отец, Сын и Святой Дух – Троица единосущная и нераздельная; что Бог сотворил мир Словом Своим, промышляет о нем и о каждой твари в нем, а паче о человеке; что кроме сего видимого мира есть другой, невидимый мир духов бестелесных, из коих часть пала и богоборствует в ожесточении; что мы сотворены для блаженства, но, преступив заповедь по внушению духа злобы, пали в прародителях, и бедствуем по праведному суду Божию; что Бог явил к нам беспредельное милосердие, благоволив Богу Сыну снизойти на землю, воплотиться и пострадать за нас, что сей Господь, крестною смертию оправдав нас, открыл к нам вход обильным дарам Святого Духа; что сей Дух, по вознесении Господа на небо излиясь на святых апостолов, а чрез них и на все человечество, учредил на земле Святую Церковь – нашу врачевательницу, просветительницу и освятительницу; что кто, сочетавшись с Церковию, как член с телом, ходит в духе ее, тот только ходит в истине и готовит себе блаженную вечность; что смерть разлучает душу с телом, которые по воскресении снова соединятся и будут вместе или блаженствовать, или страдать вечно, судя по тому, как действовал кто на земле.

Вот истины! Кто усвояет себе их одну за другою, тот прогоняет ложь за ложью, тьму за тьмою и все более и более вступает в область света. А чей ум исполнится всей истины и так сочетается с нею и проникнется ею, что не только не допускает никакого помышления противного, а напротив, всякое помышление свое и всю свою умовую работу подчиняет ей и ею проверяет, тот прогоняет из себя всю тьму и становится всецело светлым и светоносным. У того ум есть «ум Христов», по Апостолу (1Кор.2:16).

Он преобразуется из человеческого в Божественный, и из мрачности облекаясь в свет, и в себе светит, и всех вокруг просвещает. Это единственный способ обновления духом ума нашего (Еф.4:23). Сим убо обновлением ума преобразуйтесь (Рим.12:2), ведая, что всякие другие учения суть, по Апостолу, беседы злых суесловцев, растленных умом, прельщенных и прельщающих (1Тим.6:5, 2Тим.3:8; Тит.1:10).

Пойдемте далее. – Премудрый говорит, что Бог сотворил человека правого, или, как изъясняется Макарий Великий, украсил его всякою добродетелию: страхом Божиим, смирением, кротостию, воздержанием, любовию и прочее. Когда внял человек совету змия, вместе с тем восприял в себя семя злобы самостной, которое, разросшись, произвело терние страстей, заглушивших собою добродетели. Каждую добродетель заслонила и заглушила противоположная страсть; и стал человек вместо кроткого – буйным, вместо смиренного – гордым, вместо любительного – ненавистником и завистником, вместо общительного – притязательным и своекорыстным и прочее.

Был он светел светом правоты и святости и стал омрачен злобою и страстями. Пришел Господь восстановить первую нашу доброту (внутреннее совершенство), и вот что заповедует: блажени нищий духом, – блажени кротцыи, – блажени миротворцы, – блажени чистии сердцем, – блажени терпеливые(Мф.5,3-9). Отбросьте, говорит, страсти, бесчестящие вас и омрачающие, и блаженны будете. Восставьте в себе чистоту нрава, в коей блаженствовал праотец и блаженствуют святые небожители. «Святи будите», говорит Господь, «Аз свят есмь» (1Пет.1:16). И тут нет ничего излишнего и преувеличенного, ибо мы – по образу Создавшего нас. Образ сей испорчен в падении. Надо его восстановить. Как? – Так же, как художники восстановляют испорченные картины. Они угадывают формы частей, подыскивают краски, как было в оригиналах, и восстановляют, таким образом, часть за частию, всю картину, как она была вначале. Страсти пришли вместо добрых расположений и обезобразили нас. Надо восстановить добрые расположения, противоположные страстям. Итак погасим гнев и восприимем кротость, подавим самость и восстановим любовь, отгоним зависть и укрепимся в сорадовании, перестанем осуждать, а будем хвалить, перестанем присвоять, а будем давать, и прочее. Так, страсть за страстию искореняя и добродетель за добродетелию вкореняя, мы будем возвращаться к прежней чистоте, «отлагая ветхаго человека, облекаться в новаго, созданнаго по Богу в правде и препоподобии истины» (Еф.4:22, 24), «облекаться во Христа, ходя во обновлении жизни» (Рим.6:4).

Свет истины и чистота святости и бесстрастия суть две стороны преображения нашего внутреннего. Ни того, ни другого сами собою сделать мы не можем. Того ради обетована и дается нам благодать Божественная в Святых Таинствах. Искра ее полагается в святом крещении. Питается огненность ее во всю жизнь в святом покаянии и причащении, а возгревается и раздувается при вере и доброделании, участием во всех молитвенных и освятительных чинах Церкви.

Когда искра, падши в горючее вещество, раздувается ветром, то скоро превращается в пламень. Так и в нас, когда искра благодати, нами восприятая в крещении и поддерживаемая в покаянии и причащении, возгревается нами посредством трудов в благочестии и добре, то светит не только внутри нас, но и вне. Огня, говорит Господь, пришел Я воврещи на землю и как бы хотел, чтобы он скорее возгорелся(Лк.12,49). Сей огнь есть огнь благодати Всесвятого Духа, нисшедшего в виде огненных языков(Деян.2,1-4), и огнь духовный возгревающего в сердцах приемлющих Его. Вы знаете, что так есть. И поревнуйте о хранении и усилии сего огня. Когда есть сей огнь, тогда никакой труд – не в труд и все делается легко. Он приносит мир, чистоту и силу, и есть то же, что крылья у птиц. Птица на крыльях возлетает на воздух, а в нас огнь благодатный восторгает дух наш горе, и не мысленно только, а делом возводит нас к Божественному совершенству. Огнь, нечистую руду расплавляя, извлекает оттуда чистый благородный металл: так огнь Духа перечищает нечистую природу нашу. Еще более – он растворяется с нами. Как благороднейший металл, подлитый в медь, сообщает сему последнему звук свой, чистейший и приятнейший, так благодать, растворившись с духом нашим, сообщает ему свою Божественную чистоту, и внутренно сознаваемую, и во вне проявляемую.

Вот способ преображения! – Догматы веры усвоить и напитать ими свой ум; страсти искоренить и вкоренить добрые расположения, паче же – возгревать в себе благодать благодатными в Церкви содержимыми средствами. Так будет зреть и преображаться наш внутренний потаенный человек. Это наш Иоанн – благодатный, Иаков – праведный, Петр – ревнивый в вере. Так исполняются и в нас закон и пророки (Лк.16,16) – Моисей и Илья! А конец какой! – Тот, о коем говорили они Господу. Пострадавши и потерпевши в трудах по Богоугождению, внити в славу. Как бабочки красивые, прежде чем вылетят на воздух, бывают закрыты в клубочках, некрасивых на вид, так внутренний наш человек, когда действует по указанному, зреет, несмотря на грубую оболочку плоти и неблаговидную обстановку внешнюю. Придет срок – сбросит он свою плоть дебелую, исторгнется из уз внешних, в коих держит его течение жизни сей, и воспарит горé – к Богу, в хор Ангелов и святых, чтобы присно в веселии и радовании пребыть там до будущего всеобщего воскресения, когда начнется полное нескончаемое блаженство.

Господь да поможет вам быть так, чтобы, преобразясь здесь, вы сподобились внити в славу Его в будущем веке. Аминь.

Свт. Феофан Затворник.

Как Серафим Саровский любил детей 

(По воспоминаниям Надежды Аксаковой

"Отшельник 1-й четверти XIX столетия и паломники его времени")

Так, великий Старец Серафим Саровский с детьми обходился, как дитя, так что детям казалось, что и он - дитя. И вот трогательный рассказ одной старушки о том, как чувствовал он себя между детьми. Эта старушка, дочь богатой барыни в детстве, в девятилетнем возрасте была у отца Серафима с родителями своими и так рассказывает о поездке к великому Старцу.

- Помню я ночевки в громадных селах зажиточного края. В просторной, недавно срубленной избе сладко засыпалось под жужжанье бабьих веретен. Смотришь спросонья, а бабы все прядут - молча прядут они далеко за полночь. Седая свекровь то присаживается, то снова встает, мерными, как маятник, движеньями вставляя лучину за лучиной в высокий светец… А с высоты светца сыплются искры брызгами, огненным дождем, придавая молчаливому труду крестьянок в ночной тиши что-то сказочное.

Ехали мы длинным поездом, с дворней, с провизией; а за господским поездом тянулись крестьянские встречные телеги, которые старались присоединиться к барскому многолюдному поезду, так как в то время по лесам пошаливали недобрые люди.

Вот уже наши богомольцы в Сарове, и после обедни направились к келье старца Серафима. Но на стук в его дверь нет ответа.

- Убёг, - озабоченно заметил старый монах путеводитель, а игумен утешал большую толпу богомольцев, жаждавших увидеть старца Серафима: "Далеко ему не уйти. Ведь он сильно калечен на своем веку. А все вряд ли вам отыскать его в бору. В кусты спрячется, в траву заляжет. Разве сам откликнется на детские голоса. Забирайте детей побольше, да чтоб наперед вас шли, непременно бы впереди дети".

Игумен знал отношение великого Старца к детям. Очевидно, Старец в тот день искал уединения, которое нужно было его святой душе. Но игумен рассчитывал, что вид детей умилит сердце Старца, и он им покажется.

Весело было сначала бежать детям одним, совсем одним, без присмотра и без надзора по мягкому сыпучему песку. Но дальше их все больше охватывало лесною сыростью и лесным затишьем. Под высокими сводами громадных елей стало совсем темно. Детям сделалось жутко. Хотелось плакать… По счастью, где-то вдалеке им блеснул солнечный луч между иглистыми ветвями. Они побежали на мелькнувший вдали просвет и вскоре врассыпную выбежали на зеленую, облитую солнцем, поляну.

Тут дети увидали человека около корней ели, отдельно стоявшей на поляне. Человек этот, низенький худенький старичок, работал, пригнувшись к самой земле. Он подреза1л серпом высокую лесную траву. Заслышав шорох по лесу, старичок быстро поднялся и проворно шарахнулся к чаще леса. Но он не успел убежать, запыхался и, юркнув в густую траву, скрылся из вида детей. Тогда дети дружно крикнули во много голосов: "Отец Серафим, отец Серафим!"

И вот, не выдержал в засаде великий Старец, не устоял перед детским зовом, и над высокими стеблями лесной травы показалась его голова. Он приложил палец к губам и умильно поглядывал на детей, как бы упрашивая их не выдавать его старшим, шаги которых уже слышались по лесу. Мягкими прядями лежали на лбу пустынника его светлые волосы, смоченные трудовым потом; все его лицо, искусанное комарами и лесной мошкарой, было в запекшихся каплях крови. Неказист был его вид, а между тем какая-то сила влекла к нему детей. Он протоптал к ним дорожку чрез всю траву, опустился на землю и поманил детей к себе. И маленькая девочка Лиза первая бросилась к нему на шею, прильнув нежным личиком к его плечу, покрытому рубищем. И каждого из детей, окруживших его, он прижимал к своей худенькой груди… А пока дети обнимали Старца, пастушок Сема, замешавшийся в толпу детей, бежал со всех ног к отставшим от детей взрослым, крича что было силы: "Здесь, сюда! Вот он… Вот отец Серафим! Сюда, сюда-а!" И вот подбежали к старцу двое дюжих мужчин и, взяв его под локотки, повели к толпе народа, уже высыпавшей из леса на полянку.

Когда старец, освободясь от своих вожатых, подошел к своей лесной избушке, он ласково сказал толпе: "Нечем мне угостить вас, милые; а вот деток полакомить можно". И он сказал одному смышленому мальчику-подростку: "Вот у меня там грядки с луком. Собери всех деток, нарежь им лучку, накорми их лучком и напой их хорошенько водой из ручья". Дети вприпрыжку побежали к грядкам и, залегши там, не рвали лука, а все смотрели на ласкового старичка. А старичок стал говорить со старшими… В каком-то восторге возвращались дети из пустынной кельи старца в монастырь, и маленькая Лиза, та самая, что первая бросилась на шею Старца, сказала своей старшей сестренке: "Ведь отец Серафим только кажется старичком, а на самом деле он такое же дитя, как ты да я, не правда ли, Надя?"

А Надя, та самая девочка, что видела тогда Старца, и по случаю открытия его мощей, будучи древней старушкой, описала старца, как вспомнила, говорит: "Много с тех пор в продолжение следующих семидесяти лет моей жизни видала я и умных, и добрых глаз; много видала я очей, полных горячей привязанности. Но никогда с тех самых пор не видала я таких детски ясных, старчески прекрасных глаз, как те, которые в это утро так умильно смотрели на нас из-за высоких стеблей лесной травы. В них было целое откровение любви. Улыбку же, покрывшую это морщинистое, изнуренное лицо, могу сравнить разве только с улыбкой спящего новорожденного, когда, по словам нянек, его еще тешат во сне недавние товарищи - Ангелы".

Так принимал Старец Серафим детей, и так понимали его дети своей безгрешной душой.

Православный календарь для семейного чтения на 2008 год. М. 2007 


Книга Екклесиаста

(1,2-11,17-18;3,1-8,16-17;7,1-10;8,11-14;11,1;12,1-8,13-14)

Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, – все суета! Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем? Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки. Восходит солнце, и заходит солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит. Идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги свои. Все реки текут в море, но море не переполняется: к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь. Все вещи – в труде: не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием. Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: «смотри, вот это новое»; но это было уже в веках, бывших прежде нас. Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после. И предал я сердце мое тому, чтобы познать мудрость и познать безумие и глупость: узнал, что и это – томление духа; потому что во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь. Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное; время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить; время плакать, и время смеяться; время сетовать, и время плясать; время разбрасывать камни, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий; время искать, и время терять; время сберегать, и время бросать; время раздирать, и время сшивать; время молчать, и время говорить; время любить, и время ненавидеть; время войне, и время миру. Еще видел я под солнцем: место суда, а там беззаконие; место правды, а там неправда. И сказал я в сердце своем: «праведного и нечестивого будет судить Бог; потому что время для всякой вещи и суд над всяким делом там». Доброе имя лучше дорогой масти, и день смерти – дня рождения. Лучше ходить в дом плача об умершем, нежели ходить в дом пира; ибо таков конец всякого человека, и живой приложит это к своему сердцу. Сетование лучше смеха; потому что при печали лица сердце делается лучше. Сердце мудрых – в доме плача, а сердце глупых – в доме веселья. Лучше слушать обличения от мудрого, нежели слушать песни глупых; потому что смех глупых то же, что треск тернового хвороста под котлом. И это – суета! Притесняя других, мудрый делается глупым, и подарки портят сердце. Конец дела лучше начала его; терпеливый лучше высокомерного. Не будь духом твоим поспешен на гнев, потому что гнев гнездится в сердце глупых. Не говори: «отчего это прежние дни были лучше нынешних?», потому что не от мудрости ты спрашиваешь об этом. Не скоро совершается суд над худыми делами; от этого и не страшится сердце сынов человеческих делать зло. Хотя грешник сто раз делает зло и коснеет в нем, но я знаю, что благо будет боящимся Бога, которые благоговеют пред лицем Его; а нечестивому не будет добра, и, подобно тени, недолго продержится тот, кто не благоговеет пред Богом. Есть и такая суета на земле: праведников постигает то, чего заслуживали бы дела нечестивых, а с нечестивыми бывает то, чего заслуживали бы дела праведников. И сказал я: и это – суета! Отпускай хлеб твой по водам, потому что по прошествии многих дней опять найдешь его. И помни Создателя твоего в дни юности твоей, доколе не пришли тяжелые дни и не наступили годы, о которых ты будешь говорить: «нет мне удовольствия в них!» Доколе не померкли солнце и свет и луна и звезды, и не нашли новые тучи вслед за дождем. В тот день, когда задрожат стерегущие дом и согнутся мужи силы; и перестанут молоть мелющие, потому что их немного осталось; и помрачатся смотрящие в окно; и запираться будут двери на улицу; когда замолкнет звук жернова, и будет вставать человек по крику петуха и замолкнут дщери пения; и высоты будут им страшны, и на дороге ужасы; и зацветет миндаль, и отяжелеет кузнечик, и рассыплется каперс. Ибо отходит человек в вечный дом свой, и готовы окружить его по улице плакальщицы; доколе не порвалась серебряная цепочка, и не разорвалась золотая повязка, и не разбился кувшин у источника, и не обрушилось колесо над колодезем. И возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратился к Богу, Который дал его. Суета сует, сказал Екклесиаст, все – суета! Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно, или худо.

 

 О том, как мы должны переносить постигающия нас беды, напасти и скорби.

 I. Ныне праздник в честь святых первоверховных апостолов Петра и Павла.

«Ап. Петр» (Кифа, Симон) — рыбарь из Вифсаиды, брат апостола Андрея, призван к апостольству Самим Иисусом Христом. По вознесении Господнем, он первый из апостолов начал проповедывать в Иерусалиме воскресшаго Господа, много прострадал за это от иудеев и даже потерпел темничное заключение, откуда был чудесно спасен ангелом. Потом проповедывал евангелие в Самарии, Сирии, Понте, Галатии, Вифинии, Асии и Египте. Он был апостолом преимущественно иудеев. Подвиг благовестия окончил в Риме, где в Нероново гонение был распят на кресте, вниз головою, около 67 г., так как в образе страданий он не хотел уподобиться своему Божественному Учителю.

 «Ап. Павел», именовавшийся прежде Савлом, родился в городе Тарсе Киликийском, воспитывался в Иерусалиме под руководством знаменитаго учителя Гамалиила и был ревнителем отеческих преданий по учению фарисеев. Чудесно обращенный Самим Иисусом Христом, на пути в Дамаск, он принял святое крещение в Дамаске и из гонителя веры Христовой сделался самым ревностным ея проповедником. Он больше всех апостолов потрудился в устроении церкви Христовой и насаждении веры между язычниками, причем перенес многочисленныя страдания и гонения как от иудеев, так и язычников. Он основал церкви в Малой Азии, Греции и Риме. Скончался в Риме, быв усечен мечем, в один год с ап. Петром. Важнейшия события жизни и деятельности верховных апостолов описаны в книге «Деяний апостольских».

Святые апостолы Петр и Павел в земной жизни переносили безчисленное множество трудов, лишений, бед и напастей. Так святой апостол Петр три раза был заключен в темницу (Деян. 4:3; 5, 18; 12, 4), подвергался поруганиям и побоям (Деян. 5. 18 и 35) и наконец, как мы видели, умер мученическою смертию в царствование Нерона: он был распят на кресте головою вниз. А святой апостол Павел был безмерно в ранах, в темницах и многократно при смерти. От иудеев пять раз дано было ему по сорок ударов без одного. Три раза били палками, и однажды побивали его камнями, три раза терпел он кораблекрушение, ночь и день пробыл в глубине морской. Много раз был он в путешествиях, в опасностях на реках, от разбойников, от единоплеменников, от язычников, в опасностях в городе, в пустыне, на море и между лжебратиями (2 Кор. 11:23—27). Слова Иисуса Христа: «в мире скорбни будете» (Ин. 16:33), сбылись над ним во всей точности. Но среди всех бед, напастей и скорбей святые апостолы Петр и Павел утешались и радовались.

II. А мы, братия христиане, как переносим постигающия нас скорби и напасти? Если случится с ними какая-либо скорбь, или несчастие, или беда, то как мы тогда печалимся, сокрушаемся и унываем! Сколько ропота на Бога вырывается тогда из уст наших, сколько досады и зависти на людей тогда возникает в нашем сердце? Нет, не так мы должны переносить постигающия нас беды, напасти и скорби.

а) Святые отцы церкви учат нас иному перенесению скорбей. «Св. Ефрем Сирин» говорит: «если желающие приобрести земное богатство терпят всякую опасность и напасть, кольми паче мы, желающие приобрести небесное богатство и наслаждаться вечно пребывающими утехами, обязаны ни во что ставить для себя всякое трудное дело и всякую опасность и отваживаться на искушение. Ибо если не будем охотно, с сердечным желанием переносить всякий труд, не будем с умилением и сокрушенным сердцем посевать слез, то как, не плакав здесь, станем пожинать там, т.-е. на том свете. Если можно было бы получить царство без скорбей, без искушений, без терпеливаго подвига в прочих добродетелях, то для чего Бог попускал святым терпеть столько опасностей, искушений и тесноты, а не дозволил жить всем в своеволии и роскоши? Посему не будем унывать, когда приключаются с нами огорчения и скорбь, а напротив того, станем более радоваться, что идем путем святых».

А свт. Иоанн Златоуст учит: «душа очищается, когда терпит скорби ради Бога. Скорбь искореняет высокомерие, отсекает всякое нерадение, уготовляет к терпению, обнаруживает ничтожность дел человеческих и в жизни вводит много любомудраго. Ей уступают все страсти: зависть, ревность, похоть, пристрастие к богатству, плотская любовь, гордость, высокомерие, гнев и весь рой душевных недугов. Что огонь для золота, то скорбь для души; она стирает с нея скверну, делает ее чистою, светлою и ясною. Скорбь вводит в царство, а безпечная жизнь в геенну. Итак, если ты ученик Христов, иди путем тесным и скорбным: не ропщи и не унывай».

б) Зная благодетельное и благотворное значение бед и скорбей в деле нашего спасения, люди богобоязненные даже тревожились, безпокоились, сокрушались, когда их долго не постигали какие-либо беды и скорби.

Вот пример тому один из многих. Рассказывал некто из отцов другому, что, бывши в Александрии, он пришел однажды в церковь помолиться и увидел там женщину богобоязненную. Она была в черном одеянии и, молясь пред иконою Спасителя, плакала и со слезами повторяла: «оставил Ты меня, Господи, помилуй Ты меня, милостивый». Что это она так плачет? думал я. Видно, вдова она и от кого-нибудь терпит обиду. Поговорю с нею и успокою ее. Я сказал ей: «видно, обижает тебя кто-нибудь, что ты так плачешь?» «Ах, нет, отвечала она и опять заплакала, нет, отче, не знаешь ты моего горя. Среди людей я живу и ни от кого не терплю оскорбления никакого. И вот о том-то я и плачу, что так как я забываю о Боге, то и Бог забыл меня посещать; три уже года, как я не знаю никакой скорби. И ни я сама не была больна, ни сын мой, и ни чего у меня из дома не пропадало. Думаю, поэтому, что Бог за грехи мои оставил меня, не посылает мне никаких скорбей, и вот плачу пред Ним, чтобы Он помиловал меня по милости Своей». Вот как люди богобоязненные разсуждают, когда долго у них не бывает скорбей: им тогда думается, что Бог забыл их; скорби они считают за особенное к себе внимание от Бога, за особенную Его к себе милость.

III. Итак, христианин, скажем словами святаго Иоанна Златоуста, «не скорби среди скорбей, помышляя, кому ты чрез них приобщаешься и как искушения очищают тебя и сколь много приносят тебе пользы». Аминь.

Протоиерей Григорий Дьяченко. Полный годичный круг кратких поучений, составленных на каждый день года.

«От Меня это было»


(Прп.Серафим Вырицкий)

Думал ли ты когда-либо, что все, касающееся тебя, касается одинаково и Меня? Ибо касающееся тебя касается зеницы Моего ока. Ты дорог в очах Моих, многоценен, и Я возлюбил тебя, и поэтому для Меня составляет особую отраду воспитывать тебя. Когда искушения восстанут на тебя, и враг придет, как река, Я хочу, чтобы ты знал, что От Меня это было.

Что твоя немощь нуждается в Моей силе и что безопасность твоя заключается в том, чтобы Мне дать возможность бороться за тебя. Находишься ли ты в трудных обстоятельствах, среди людей, которые тебя не понимают, которые не считаются с тем, что тебе приятно, которые тебя отстраняют, - От Меня это было.

Я - Бог, располагающий обстоятельствами. Ты не случайно оказался на твоем месте, это то самое место, которое Я тебе предназначил. Не просил ли ты, чтобы Я научил тебя смирению, - так вот смотри, Я поставил тебя как раз в ту среду, в ту школу, где этот урок изучается. Твоя среда и живущие с тобою только выполняют Мою волю. Находишься ли ты в денежном затруднении, тебе трудно сводить концы с концами - От Меня это было.

Ибо Я располагаю твоим кошельком. И Я хочу, чтобы ты прибегал ко Мне и был в зависимости от Меня. Мои запасы неистощимы. Я хочу, чтобы ты убеждался в верности Моей и Моих обетований. Да не будет того, чтобы тебе могли сказать о нужде твоей: "Вы не верили Господу Богу вашему". (Второзак 8, 12-13). Переживаешь ли ты ночь скорбей!? Ты разлучен с близкими своими!? От Меня это было.

Я - муж скорбей, изведавший болезни, Я допустил это, чтобы ты обратился ко Мне и во Мне мог найти утешение вечное. Обманулся ли ты в друге своем, в ком-нибудь, кому ты открыл сердце свое... От Меня это было.

Я допустил этому разочарованию коснуться тебя, чтобы ты познал, что лучший друг твой Есть Господь. Я хочу, чтобы ты все приносил ко Мне и говорил Мне. Наклеветал ли кто на тебя? Предоставь Мне это дело и прильни ближе ко Мне, убежищу твоему, чтобы укрыться от "пререкания языков". Я изведу, как свет, правду твою и справедливость твою, как полдень. (см.: Пс. 36, 6). Разрушились планы твои? поник ли ты душою и устал - От Меня это было.

Ты создавал себе планы, и принес их Мне, чтобы Я благословил их. Но Я хочу, чтобы ты предоставил Мне распоряжаться обстоятельствами твоей жизни, и тогда ответственность за все будет на Мне, ибо слишком тяжело это для тебя, ты один не можешь справиться с ними, так как ты только орудие, а не действующее лицо. Посетили ли тебя неожиданные неудачи житейские, и уныние охватило сердце твое, знай, что От Меня это было.

Ибо Я хочу, чтобы сердце твое и душа твоя всегда были пламенеющими пред очами Моими, и побеждали именем Моим это душевное малодушие. Не получаешь ты долго известий от близких и дорогих тебе людей и по своему малодушию впадаешь в отчаяние и ропот - знай, От Меня это было.

Ибо этим томлением твоего духа Я испытываю крепость твоей веры, в непреклонность обетования, силу дерзновенной молитвы твоей о сих близких твоих. Ибо не ты ли вручил их Покрову Матери Моея Пречистыя: не ты ли некогда возлагал заботу о них Моей промыслительной любви. Посетила ли тебя тяжелая болезнь, временная или неисцелимая, и ты оказался прикованным к одру своему, - знай, что От Меня это было.

Ибо Я хочу, чтобы ты познал Меня еще глубже в немощаx своих телесных и не роптал бы за сие ниспосланное тебе испытание, не старался бы проникать в Мои планы спасения душ человеческих различными путями, а безропотно и покорно преклонил бы выю свою под благость Мою к тебе. Мечтал ли ты сотворить какое-либо особенное дело для Меня и вместо того слег на одр болезни и немощи - От Меня это было.

Тогда бы ты был погружен в свои дела, и Я не мог бы привлечь мысли твои к Себе, а Я хочу научить тебя самым глубоким мыслям и урокам Моим, что ты на службе у Меня. Я хочу научить тебя сознавать, что ты - ничто. Некоторые из лучших соработников Моих - суть те, которые отрезаны от живой деятельности, чтобы им научиться владеть орудием непрестанной молитвы. Призван ли ты неожиданно занять трудное и ответственное положение!? Иди, полагаясь на Меня. Я вверяю тебе эти трудности, ибо за это благословит тебя Господь Бог твой во всех делах твоих, на всех путях твоих, во всем, что будет делаться твоими руками. В сей день даю в руку твою этот сосуд священного елея. Пользуйся им свободно, дитя Мое! Каждое возникающее затруднение, каждое оскорбляющее тебя слово, каждая помеха в твоей работе, которая могла бы вызвать в тебе чувство досады, каждое откровение твоей немощи и неспособности пусть будут помазаны этим елеем. Помни, что всякая помеха есть Божие наставление. Всякое жало притупится, когда ты научишься во всем видеть Меня, что бы ни коснулось тебя. А потому и положи в сердце свое слова, которые Я объявил тебе сегодня: От Меня это было.

Ибо это не пустое для тебя, но это - жизнь твоя.

 

Преподобный Паисий Святогорец

ОБЩЕНИЕ С БОГОМ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Молитва есть разговор с Богом

Блаженны установившие связь с Небом

-Батюшка, что значит для Вас молитва?

- Посылаю сигнал, прошу помощи. Постоянно прошу помощи у Христа, у Божией Матери, у святых, для себя самого и для других. Если не буду просить, то и не получу.

Помню, во время гражданской войны нас окружили мятежники, тысяча шестьсот человек. Наших было только сто восемьдесят. Мы укрепились за горой. Если бы мятежники нас захватили, то поубивали бы всех. Я пытался установить антенну, чтобы связаться с центром. Но ничего не получалось: её сбивало огнем. Капитан кричит: «Бросай, давай сюда, помогай таскать гранаты». Иногда он отбегал к пулеметам, проверить как там дела. И только уходил, я тут же бежал к рации. Пока он отдавал приказы, я пробовал

установить антенну, а потом снова бежал помогать таскать ящики, чтобы командир не ругался. В конце концов, с помощью палки и саперной лопатки я смог поднять антенну и установить связь. Сказал всего два слова. И всё, этого было достаточно! Утром подоспела авиация, и нас спасли. Шутка, сто восемьдесят человек были в окружении у тысячи шестисот и смогли выбраться?

Тогда-то я понял великую миссию монаха — помогать молитвой. Мирские говорят: «Чем занимаются монахи? Почему не идут в мир помогать людям?» Это все равно, что говорить радисту: «Ты чего возишься с рацией? Бросай ее, бери винтовку и иди стреляй».

Даже если мы установим связь со всеми радиостанциями мира, не будет нам от этого никакой пользы, если не будем иметь небесного общения с Богом, просить и получать от Него помощь. Блаженны установившие связь с Небом и по благочестию пребывающие в общении с Богом.

Христос даёт нам возможность общения с Ним

- Батюшка, моя боль и печаль это молитва. Я сильно в ней отстаю. Что мне делать?

- Говори со Христом, Божией Матерью, ангелами и святыми просто и не задумываясь, на любом месте, и проси чего хочешь. Говори: «Господи, или, Матерь Божия, Ты знаешь мой настрой. Помоги мне!» Вот так просто и со смирением говори с Ними о том, что тебя беспокоит, а уже потом произноси молитву: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя».

- Батюшка, я не молюсь со вниманием.

- Когда молишься, думай, с кем говоришь. Ты говоришь с Богом! Неужели это неважно? Когда кто-то говорит с каким-нибудь высокопоставленным чином, то с каким вниманием произносит каждое слово! Следит, чтобы не сказать какой глупости, порой даже дар речи теряет от смущения. Если с человеком мы с таким вниманием говорим, то с каким вниманием надо говорить с Богом? Малое дитя, когда идёт говорить с отцом или каким-либо взрослым человеком, испытывает смущение. А когда собирается сказать что-то учителю, которого к тому же немного побаивается, то смущается ещё больше. А мы говорим с Самим Богом, Божией Матерью, святыми и этого не понимаем?

- До прихода в монастырь, батюшка, я монашество связывала с молитвой. А теперь мне трудно молиться и я считаю, что молитва это самое тяжёлое и утомительное дело.

- Ты вроде филолог по образованию? Тебе нравится говорить, и ты не устаёшь от разговоров с людьми. А со Христом, Который удостаивает тебя беседы, тебе говорить трудно. Это уж как-то слишком. Всё равно, что сказать: «Ох, нужно идти говорить с царём. Неохота, да делать нечего. Придётся идти». Христос даёт нам возможность общаться с Ним постоянно в молитве, а мы этого не хотим? Вот это да! И удивительно то, что Он Сам хочет нам помогать, лишь бы мы к Нему обращались, а нам лень!

- Батюшка, я часто впадаю в пустословие, а потом огорчаюсь.

- Разве не лучше разговаривать со Христом? Кто говорит со Христом, никогда не раскаивается. Конечно, пустословие —

страсть, но если пользоваться им в духовных целях, то оно может стать началом молитвы. Другим даже лень говорить. А в тебе есть сила и порыв к разговору. Если будешь использовать это в духовных целях, то твоя душа освятится. Постарайся с людьми говорить только о необходимом, и всё время говорить со Христом. Стоит тебе завести с Ним смиренную беседу, как перестанешь замечать, что происходит вокруг: таким сладким и интересным будет это общение. Меня разговоры даже и на духовные темы утомляют, а я в молитве по-настоящему отдыхаю.

Молитва — это разговор с Богом. Я иногда завидую людям, жившим во времена Христа, ведь они видели Его своими глазами и слышали своими ушами, даже могли с Ним говорить. Но думаю, что мы находимся в лучшем по сравнению с ними положении, потому что они не могли часто беспокоить Его своими нуждами, а мы можем в молитве постоянно общаться со Христом.

Желание молитвы

- Батюшка, как нужно молиться?

- Себя ощущай маленьким ребёнком, а Бога своим Отцом и проси Его обо всём, в чём имеешь нужду. Беседуя таким образом с Богом, тебе не захочется потом от Него отходить, потому что только в Боге человек обретает безопасность, утешение, невыразимую любовь, соединённую с божественной нежностью.

Молитва означает поместить Христа к себе в сердце, возлюбить Его всем своим существом. «Возлюбиши Господа Бога твоего от всего сердца твоего, и от всея души твоея, и всею крепостию твоею, и всем помышлением твоим» (Лк. 10, 27), — говорит Священное Писание. Когда человек любит

Бога и имеет общение с Ним, ничто земное его не прельщает. Он делается словно безумный. Поставь безумцу самую лучшую музыку: она его не трогает. Покажи самые прекрасные картины: он и внимания не обратит. Дай самые вкусные блюда, самую лучшую одежду, самые прекрасные ароматы: ему всё равно, он живёт в своем мире. Так и человек, имеющий общение с миром небесным: он весь там и ни за что не хочет с ним расстаться. Как нельзя ребёнка оторвать от объятий матери, так нельзя оторвать от молитвы человека, который понял её смысл. Что чувствует ребёнок в объятиях матери? Только тот, кто почувствует присутствие Бога, а себя почувствует маленьким дитём, может это понять.

Я знаю людей, которые, когда молятся, ощущают себя маленькими детьми. И если кто-то услышит, что они говорят во время молитвы, то скажет, что это маленькие дети. А если увидит, какие делают при этом движения, то скажет, что эти люди сошли с ума! Как дитя бежит к отцу, хватает его за рукав и говорит: «Не знаю как, но ты должен сделать, что я прошу». С такой же простотой и дерзновением эти люди просят Бога.

- Батюшка, может ли желание молитвы родиться

от некоей эмоциональной потребности в общении, в утешении?

- Даже если оно родится от какой-нибудь доброй эмоциональной потребности в Боге, разве это плохо? Однако, похоже, что ты всё пребываешь в забывчивости и только в нужде обращаешься к молитве. Ясно, что Бог для того попускает случаться у нас разным нуждам и затруднениям, чтобы мы прибегали к Нему, но лучше, когда по любви ребёнок бежит к своему отцу или матери. Возможно ли представить ребёнка, знающего, как его любят родители, которого приходилось бы силой заставлять идти на руки к матери или отцу?

Бог есть нежный Отец, и Он любит нас. Поэтому нужно с нетерпением ждать часа молитвы и никогда не насыщаться общением с Ним.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Потребность молитвы

Будем чувствовать потребность в молитве

- Батюшка, у меня нет крепкой веры и я чувствую себя слабой.

- Знаешь, что сделай? Прилепись к Богу, как ребёнок хватается за шею отца, обними Его и не отпускай, чтобы Он не мог тебя от Себя отдалить. Тогда ты будешь чувствовать надежность и силу.

- Батюшка, я чувствую потребность опереться на Бога, но затрудняюсь.

- Тяни руки вверх, так они у тебя постепенно вырастут, и ухватишься за Бога.

- Батюшка, когда мало времени, и я молюсь торопливо, может, ворую время, которое должна посвятить Христу?

- У Христа всего много, сколько ни воруй, Он ни в чём не имеет нужды, а ты вот не получаешь пользы. Не Христу нужна наша молитва, а нам нужна Его помощь. Мы молимся, потому что так общаемся с Богом, Который нас сотворил. Если не будем этого делать, то впадём в руки диавола, и тогда горе нам. Видишь, что говорит авва Исаак? «Бог не спросит с нас, почему мы не молились, но почему не пребывали с Ним в общении и таким образом дали право диаволу мучить нас»1.

- Батюшка, как мне полюбить молитву?

- Почувствуй потребность в молитве. Как телу, чтобы жить,

нужна пища, так и душа, чтобы жить, должна питаться. Если она не будет питаться, то ослабеет, а потом наступит духовная смерть.

- Батюшка, что нам мешает в молитве?

- Нам трудно молиться только тогда, когда мы не чувствуем в молитве потребности. Кто не понимает смысла молитвы, не ощущает потребности в ней, тот считает её повинностью, уподобляется неразумному дитю, которое отворачивается от материнской груди, материнской нежности и потому растет слабое и болезненное.

Молитва — это защита

- Батюшка, как почувствовать необходимость в молитве?

- Нужно было бы вам побывать на войне, чтобы мы могли понять друг друга! На фронте во время войны, если мы постоянно находились на связи с центром, то чувствовали себя в большей безопасности. Когда выходили на связь каждые два часа, чувствовали себя в безопасности. Если связывались всего два раза в день, утром и вечером, то чувствовали себя покинутыми. То же и с молитвой. Чем больше человек молится, тем больше чувствует духовной уверенности. Молитва — это защита.

Если мы постоянно находимся «на связи» с Богом, то будем предупреждать любое зло. Как-то раз в автобусе ехал один монах2, он молился с закрытыми глазами, и поэтому все

думали, что он спит. Вдруг грузовик, который ехал по встречной полосе, врезался в столб, машины с разных сторон начали сталкиваться и произошла серьезная авария. Автобус же каким-то образом оказался в нескольких метрах от дороги, как будто его перенесла какая-то невидимая рука, и никто из пассажиров не пострадал. Молитва монаха их спасла.

- Батюшка, часто миряне спрашивают, как приобрести навык постоянной молитвы.

- Видишь ли, раньше некоторые из тех, кто посвящал себя монашеству и имел твёрдый характер, уходили и подвизались на неприступных скалах, в пещерах, в языческих гробницах или в жилищах демонов. Там им угрожало множество опасностей — мог сорваться камень со скалы, рычали бесы и т. д. — и страх вынуждал их постоянно вопиять: «Христос, Матерь Божия…». Так в них постоянно жил добрый навык непрестанной молитвы. Сегодня, с ночными увеселениями, наркотиками и пр., многие из тех, кто садятся за руль, себя не контролируют. Отправляется человек на работу и не знает, вернётся ли домой живым или окажется покалеченным в больнице. Разве это не повод, чтобы постоянно вопиять: «Христос, Матерь Божия…»? Если бы миряне использовали во благо страх тех опасностей, что им угрожают, то они бы и нас монахов превзошли в молитве и самих бы опасностей избежали.

Как-то пришёл ко мне в каливу один человек. Он был сильно расстроен, потому что по невнимательности сбил на дороге ребёнка. «Я преступник», — повторял он. «А ты молился в это время?», — спросил я его. «Нет», — ответил он. «Ты виноват не столько в том, что сбил ребёнка, сколько в том, что не молился». И я рассказал ему один случай. Я знал одного человека, служащего, который достиг большой меры добродетели. Он молился постоянно – и на работе, и в дороге, везде. Молитва у него стала самодвижущаяся, и вслед за славословиями у него лились слезы радости. В офисе, где он работал, все бумаги орошал слезами. Поэтому он подумывал оставить работу, уйти на пониженную пенсию, и приехал ко мне в каливу за советом. Я ему сказал: «Не уходи, а когда товарищи по работе станут тебя спрашивать, почему ты плачешь, отвечай, что подумал о своем умершем отце». Так вот, однажды он ехал за рулем и вдруг на дорогу выскочил ребёнок. Он стукнул его так, что тот отлетел как мячик, но при этом ничуть не пострадал. Бог сохранил, потому что в это время человек молился.

Мобилизация молитвы

- Батюшка, будет война?

- Вы молитесь? Я с весны по осень провожу мобилизацию молитвы, без шума, молюсь, чтобы Бог нас помиловал, чтобы нам избежать войны и мобилизации. Мне было такое извещение3: «Усиленно молитесь, чтобы туркам помешали, потому что в воскресенье 16 октября они собираются на нас напасть». Слава Богу, пока Богородица нас хранит, будем надеяться, что будет нас хранить и дальше.

- Батюшка, теперь, когда у нас опасность миновала, нужно продолжать молиться об этом?

- Что, в других местах нет войны? Что значит «у нас» и «у них»? И там, где сейчас война, наши братья. Разве все мы люди не от Адама и Евы? Но семья наша разделилась: одни люди здесь, другие там. С другими православными мы братья и по плоти и по духу, а с остальными людьми братья только по плоти. Значит, ещё один повод больше за них молиться, потому что они несчастней нас.

- Батюшка, сейчас в трудное для Греции время я больше молюсь, но в то же время думаю, что спасение Греции не зависит от моей молитвы.

- Не в том дело, что спасение Греции зависит от твоей молитвы, но в том, что, если ты думаешь о трудностях, которые переживает Греция, значит болеешь за родину и просишь Бога о помощи; и только Он один может помочь.

Молитесь, чтобы Бог явил людей духовных, Маккавеев4, потому что в них большая потребность. Пришло время борьбы добра со злом, потому что беззаконие возведено в закон, а грех сделался модой. Но, когда вы увидите беды в Греции; правительство станет издавать безумные законы и начнётся всеобщая нестабильность, не бойтесь — Бог поможет5.

- Судя по тому, что Вы говорите, батюшка, нам нужно всё оставить и все силы направить на молитву.

- Конечно, как же ещё! Весь мир кипит, как большой котёл. Церковь, государство, народы — всё перевернулось вверх дном! И к чему всё это ведёт, не знает никто. Будем надеяться на помощь Божию! Монахам нужно усиленно молиться. Им нужно оставить все свои, даже срочные, дела и заняться молитвой.

По мере сил молитесь со смирением за мир, который дал лукавому большие права над собой и страдает. Не забывайте, что мы стали монахами и ради спасения своей души и для того, чтобы помогать миру молитвой. Будем стараться стать добрыми монахами, будем молиться, творить поклоны за себя и за мир, потому что монах этим помогает людям.

Перевод ИздательскогоДома"Святая Гора". Все права защищены. При перепечатке на Вашем сайте ссылка на AgionOros.ru обязательна. Любое другое полное или частичное воспроизведение текста возможно только c письменного разрешения«Святой Горы».

Прп. Паисий Святогорец

Святая Гора

14 марта 2013 г.

1 Ἀββᾶ ἸσαὰκτοῦΣύρου. ΟἱἈσκητικοὶΛόγοι.ΛόγοςΜΒ´. Ἀθῆναι, 1961. Σ. 153.

2 Позднее выяснилось, что это был сам старец Паисий.

3 Сказано в ноябре 1983 года. Извещение было не человеческое, но божественное.

4 Прозвание «Маккавей» было дано Иуде, вождю иудейского восстания, которое произошло в 166 году до н. э. против Антиоха IV Епифана и его наследников. Маккавеи отличились в борьбе за отеческую веру и свободу. (См.: 1, 2, 3 книги Маккавейские)

5 Сказано в 1981 году.

 

Свт. Игнатий Брянчанинов о молитвенном правиле


Войдя в комнату твою, и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно… (Мф. 6, 6).

Господь, заповедавший уединенную молитву, очень часто Сам, во время Своего земного странствования, как повествует Евангелие, пребывал в ней. Он не имел где главу подклонить: и потому часто заменяли для него безмолвную, спокойную келлию безмолвные вершины гор и тенистые виноградники.

Темнота ночи закрывает предметы от любопытных взоров, тишина безмолвия не развлекает слуха. В безмолвии и ночью можно молиться внимательнее. Господь избирал для молитвы Своей преимущественное уединение и ночь, избирал их с тем, чтобы мы не только повиновались Его заповеди о молитве, но и следовали Его примеру. Для Самого Господа нужна ли была молитва? Пребывая, как человек, с нами на Земле, Он, как Бог, неразлучно был с Отцом и Духом, имел с Ними единую Божественную волю и Божественную власть.

«Войдя в комнату твою, и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне». Пусть о молитве твоей не знает никто: ни друг твой, ни родственник, ни само тщеславие, сожительствующее сердцу твоему и подстрекающее высказать кому-нибудь о молитвенном подвиге твоем, намекнуть о нем.

Затвори двери келлии твоей от людей приходящих для пустословия, для похищения у тебя молитвы; затвори двери ума от посторонних помышлений, которые предстанут, чтобы отвлечь тебя от молитвы; затвори двери сердца от ощущений греховных, которые будут покушаться смутить и осквернить тебя, и помолись.

Не дерзни приносить Богу многоглагольных и красноречивых молитв, тобой сочиненных, как бы они не казались тебе сильны и трогательны: они – произведение падшего разума и, будучи жертвой оскверненной, не могут быть приняты на духовный жертвенник Божий. А ты, любуясь изящными выражениями сочиненных тобою молитв и признавая утонченное действие тщеславия и сладострастия за утешение совести, и даже благодати, увлечешься далеко от молитвы; увлечешься далеко от молитвы в то самое время, когда тебе будет представляться, что ты молишься обильно и уже достиг некоторой степени богоугождения.

Душа, начинающая путь Божий, погружена в глубокое неведение всего Божественного и духовного, хотя бы она была и богата мудростию этого мира. По причине неведения она не знает, как и сколько надо ей молиться. Для вспомоществования младенчествующей душе Святая Церковь установила молитвенные правила.

Молитвенное правило есть собрание нескольких молитв, сочиненных Боговдохновенными святыми отцами, приспособленное к известному обстоятельству и времени.

Цель правила – доставить душе недостающее ей количество молитвенных мыслей и чувств, притом мыслей и чувств правильных, святых, истинно богоугодных. Такими мыслями и чувствами наполнены благодатные молитвы святых отцов.

Для молитвенного упражнения утром имеется особое собрание молитв, называемое утренними молитвами, или утренним правилом; для ночного моления пред отшествием ко сну – другое собрание молитв, именуемое молитвами на сон грядущим, или вечерним правилом. Особенное собрание молитв прочитывается готовящимися ко причащению Святых Христовых Таин и называется правилом ко Святому Причащению. Посвятившие большую часть своего времени благочестивым упражнениям (монахи) прочитывают около третьего часа пополудни особенное собрание молитв, называемое ежедневным, или иноческим правилом. Иные прочитывают ежедневно по нескольку кафизм, по нескольку глав из Нового Завета, полагают несколько поклонов – все это называется правилом.

Правило! Какое точное название, заимствованное из самого действия, производимого на человека молитвами, называемым правилом! Молитвенное правило направляет правильно и свято душу, научает ее поклоняться Богу Духом и Истиною (Ин. 4, 23) , между тем как душа, будучи предоставлена самой себе, не могла бы идти правильно путем молитвы. По причине своего повреждения и омрачения грехом,она совращалась бы непрестанно в стороны, нередко в пропасти, то в рассеянность, то в мечтательность, то в различные пустые и обманчивые призраки высоких молитвенных состояний, сочиняемых ее тщеславием и сластолюбием.

Молитвенные правила удерживают молящегося в спасительном расположении смирения и покаяния, научая его непрестанному самоосуждению, питая его умилением, укрепляя надеждой на Всеблагого и Всемилосердого Бога, увеселяя миром Христовым, любовию к Богу и ближним.

Как возвышенны и глубоки молитвы ко Святому Причащению! Какое превосходное приготовление они доставляют приступающему к Святым Христовым Тайнам! Они убирают и украшают дом души чудными помышлениями и ощущениями, столь благоугодными Господу. Величественно изображено и объяснено в этих молитвах величайшее из Таинств христианских; в противоположность этой высоте живо и верно исчислены недостатки человека, показаны его немощь и недостоинство. Из них сияет, как солнце с неба, непостижимая благость Бога, по причине которой Он благоволит тесно соединяться с человеком, несмотря на ничтожность человека.

Утренние молитвы так и дышат бодростью, свежестью утра: увидевший свет чувственного солнца и свет земного дня научается желать зрения высшего, духовного Света и Дня бесконечного, производимых Солнцем Правды – Христом.

Краткое успокоение сном во время ночи – образ положительного сна во мраке могилы. И напоминают нам молитвы на сон грядущим о нашем переселении в вечность, обозревают всю нашу деятельность в течение дня, научают приносить Богу исповедание соделанных согрешений и покаяние в них.

Молитвенное чтение акафиста Сладчайшему Иисусу, кроме собственного своего достоинства, служит превосходным приготовлением к упражнению Молитвой Иисусовой, которая читается так: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго». Эта молитва составляет почти единственно упражнение преуспевших подвижников, достигших (христианской) простоты и чистоты, для которых всякое многомышление и многословие служат обременительным развлечением. Акафист показывает, какими мыслями может быть сопровождаема Молитва Иисусова, представляющаяся для новоначальных крайне сухой. Он (акафист) изображает только прошение грешника о помиловании Господом Иисусом Христом, но этому прошению даны разноообразные формы, сообразно младенчественности ума новоначальных. Так младенцам дают пищу, предварительно размягченную.

В акафисте Божией Матери воспето воплощение Бога Слова и величие Божией Матери, Которую за рождение Ею вочеловечившегося Бога «ублажают все роды» (Лк. 1, 48). Как бы на большой картине бесчисленными дивными чертами, красками, оттенками изображено в акафисте великое Таинство вочеловечения Бога Слова. Удачным освещением оживляется всякая картина – и необыкновенным светом благодати озарен акафист Божией Матери. Свет этот действует сугубо: им просвещается ум, он него сердце исполняется радости и извещения. Непостижимое приемлется как вполне постигнутое, по чудному действию, производимому (словами акафиста) на ум и сердце.

Многие благоговейные христиане, особенно иноки, совершают очень продолжительное вечернее правило, пользуясь тишиной и мраком ночи. К молитвам на сон грядущим они присоединяют чтение кафизм, чтение Евангелия, Апостола, чтение акафистов и поклоны с Молитвой Иисусовой… рабы Христовы плачут в тишине своих келлий, изливая усердные молитвы пред Господом… В веселии и бодрости духа, в сознании и ощущении необыкновенной способности к богомыслию и ко всем благим делам встречают рабы Божии тот день, которому предшествующую ночь они провели в молитвенном подвиге.

Господь повергался на колени во время молитвы Своей – и ты не должен пренебрегать коленопреклонениями, если имеешь достаточно сил для совершения их. Поклонением до лица земли, по объяснению отцов, изображается наше падение, а восстанием с земли – наше искупление (Слова св. Феолипта. Добротолюбие, ч.2). Пред началом вечернего правила особенно полезно положить посильное число поклонов, чтобы приготовиться к усердному и внимательному чтению правила.

При совершении правила и поклонов никак нельзя спешить; надо совершать и правила, и поклоны с возможной неспешностью и вниманием. Лучше меньше прочитать молитв и меньше положить поклонов, но со вниманием, чем много и без внимания.

Избери себе правило, соответствующее силам. Сказанное Господом о субботе, что она для человека, а не человек для нее (Мк. 2, 27), можно и нужно отнести ко всем благочестивым подвигам, а также и к молитвенному правило. Молитвенное правило – для человека, а не человек – для правила: оно должно способствовать к достижению человеком духовного преуспеяния, а не служить бременем неудобоносимым (тягостной обязанностью), сокрушающим телесные силы и смущающим душу. Тем более оно не должно служить поводом к гордостному и пагубному самомнению, к пагубному осуждению и унижению ближних.

Благоразумно избранное молитвенное правило, соответственно силам и роду жизни, является большим подспорьем для подвизающегося о своем спасении. Совершение его в положенные часы обращается в навык (от постоянства), в необходимую естественную потребность. Стяжавший этот блаженный навык, как только приближается к обычному месту совершения правила, так душа его уже исполняется молитвенным настроением: он не успел еще произнести ни одного слова из читаемых им молитв, а уже сердце наполняется умилением, и весь ум углубляется во внутренюю клеть (сердце).

«Предпочитаю, — сказал великий отец Матой, — непродолжительное правило, но постоянно исполняемое, продолжительному, но в скором времени оставляемому». А такую участь всегда имеют молитвенные правила, несоразмерные силам: при первом порыве горячности подвижник выполняет их, некоторое время, конечно, обращая больше внимания на количество, чем на качество, потом изнеможение, производимое подвигом, превосходящим силы, постепенно принуждает его сокращать и сокращать правило.

Часто подвижники, безрассудно установившие для себя обременительное правило, переходят от многотрудного правила к оставлению всякого правила. По оставлении правила, и даже при одном сокращении его, непремено нападает на подвижника смущение. От смущения он начинает чувствовать душевное расстройство. От расстройства рождается уныние. Усилившись, оно производит расслабление и исступление, а от действия их безрассудный подвижник предается праздной, рассеянной жизни, с равнодушием впадает в самые тяжкие согрешения.

Избрав для себя соразмерное силам и душевной потребности молитвенное правило, старайся тщательно и постоянно исполнять его: это нужно для поддержания нравственных сил души твоей, как нужно для поддержания телесных сил ежедневное, в известые часы, достаточное употребление здоровой пищи.

«Не за оставление псалмов осудит нас Бог в день Суда Своего, — говорит святой Исаак Сирин, — не за оставление молитвы, но за последующий оставлению их вход в нас бесов. Бесы, когда найдут место, войдут и затворят двери очей наших, тогда исполняют нами, их орудиями, насильственно и нечисто, с лютейшим отмщением, все воспрещенное Богом. И по причине оставления малого (правила), за которое (мы) сподобляемся заступления Христова, мы делаемся подвластными (бесам), как написано некоторым премудрым отцом: «Непокоряющий воли своей Богу, подчинится сопернику своему. Эти (правила), кажущиеся тебе малыми, соделаются для тебя стенами против старающихся пленить нас. Совершение этих (правил) внутри келлии премудро установлено учредителями Церковного Устава, по откровению свыше, для хранения жития нашего» (Исаак Сирин, Слово 71).

Великие отцы, пребывавшие от обильного действия благодати Божией в непрестанной молитве, не оставляли и правил своих, которые навыкли они совершать в известные часы нощеденствия (ночных и дневных молитв). Многие доказательства этого видим в их житиях: преподобный Антоний Великий, совершая правило девятого часа – церковный девятый час соответствует третьему часу пополудни, — сподобился Божественного откровения; когда Преподобный Сергий Радонежский занимался молитвенным чтением акафиста Божией Матери, явилась ему Пресвятая Дева в сопровождении апостолов Петра и Иоанна.

Возлюбленные! Покорим свою свободу правилу: оно, лишив нас свободы пагубной, свяжет нас только для того, чтоб доставить нам свободу духовную, свободу во Христе. Цепи сначала покажутся тягостными, потом сделаются драгоценными для связанного ими. Все святые Божии приняли на себя и несли благое иго молитвенного правила; подражанием им и мы последуем в этом случае Господу нашему Иисусу Христу, Который вочеловечившись и указав нам Собой образ поведения, действовал так, как действовал Отец Его (Ин. 5, 19), говорил то, что заповедал Ему Отец (Ин. 12, 49), имел целью исполнить во всем волю Отца (Ин. 5, 30). Воля Отца и Сына и Святаго Духа – одна. По отношению к людям она заключается в спасении людей.

Всесвятая Троице, Боже наш! Слава Тебе! Аминь.

Епископ Игнатий Брянчанинов. Сочинения. Аскетические опыты. Пб., 1865 т.2, с. 181-191. Публикуется в сокращении.

 

Святитель Николай Сербский. «Миссионерские письма».  

Письмо 199

Железнодорожнику М.М., о словах Откровения

И соделавшему нас царями и священниками Богу и Отцу Своему, слава и держава во веки веков, аминь (Откр. 1, 6).

Жил некогда в Азии один царь; не был он христианином. Был он сильным и могущественным, но не имел наследника. Приближалось время его смерти, и спросили его: "Кто же будет править после тебя?". Ответил царь: "Найдите человека, который пришелся бы мне по душе. Я усыновлю его, и будет вам царем. Но человек этот должен обладать определенными качествами: во-первых, он не должен бояться смерти; во-вторых, он не должен желать стать царем; в-третьих, у него должно быть самое большое количество детей в моем царстве".

Искали, искали и не находили. Наконец привели к царю одного молодого плотника, известного своим мужеством. Умирающий царь спросил его: "Боишься ли ты смерти?". Плотник ответил: "Как мне бояться того, что боится меня и что просто послужит мне мостом в вечное Царство?". Снова спросил его царь: "Желаешь ли ты стать царем?". Ответил ему плотник: "Как я могу желать стать тем, кто я есть? Мой Создатель усыновил меня во Христе, а Создатель мой – Царь над царями, следовательно, и я царь". Наконец, умирающий царь спросил его: "Сколько у тебя детей?". Ответил юноша: "Триста детей есть у меня. Это те, кого крестил я и родил в духе. Это дети мои духовные, которые называют меня своим духовным отцом". Задумался царь и сказал: "Я звал тебя, чтобы усыновить, а теперь прошу тебя усыновить меня и принять меня духовным сыном". И крестил плотник царя. И умер царь без страха.

Ответы молодого плотника объясняют тебе значение слов – соделавшему нас царями. Все христиане усыновлены Царем Небесным, по милости и благодати Его, ради Крови Сына Божия Иисуса Христа. Все, кто ведет христианскую жизнь на земле, войдут в Царство Небесное и будут царствовать с Отцом своим, Царем вечным.

Мир тебе и благословение от Господа.

 Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. М.2014. С. 299-300

Письмо 85

Ремесленнику Петру Ч., об исповеди

Ты хочешь знать, действительно ли исповедь необходима. Раньше ты часто исповедовался, но перестал, потому что кто-то посмеялся над тобой. Над кем люди не смеялись? Знаешь, что сказал Всеведущий? – Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете. Кроме твоего ремесла, кормит тебя и виноградник. Он приносит хороший урожай, потому что ты хорошо его возделываешь. А если бы кто-то, запустив свой виноградник, посмеялся над твоим усердием, разве ты бросил бы из-за этого виноградник и перестал заботиться о нем? Как же ты мог поколебаться в заботе о своей душе, которая важнее всех виноградников на земле? Ибо, когда умрешь, душу возьмешь с собой, а виноградник оставишь.

Из всех забот забота о душе – самая важная; из всех трудов, которые несет человек на земле, труд над душой – самый разумный. Поэтому вернись к прежнему труду над душой и снова начни исповедоваться. Вот что говорит апостол Иаков: Признавайтесь друг пред другом в проступках. Сокрытые грехи растут и множатся, а когда выносятся на свет, засыхают и гибнут. Не говори: я негрешен! Прочти, что пишет праведник в Псалтири: в беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя. Не говори: Богу исповедую я грехи мои, и нет мне нужды исповедоваться человеку.

Кто был праведнее апостола Павла? И он согрешил прежде апостольства своего, будучи Савлом, и этот грех исповедал он явно, исповедал не только перед верными, но и перед язычниками, и не однажды. Известно вам,– пишет он некрещеным галатам,– как гнал я Церковь Божию. О том же говорит и перед некрещеным царем Агриппой (см.: Деян. 26). Если святой апостол Павел поступал так, почему ты держишь раны своей души в тайне? Зачем даешь змеям множиться в недрах своих? Неужели только потому, что кто-то посмеялся над тобой? Если посмеялся однажды, будет ли смеяться над тобой вечно? Помолись о нем Богу втайне: может быть, и он покается и изгладит свой грех слезами.

Что на свете ненадежнее мыслей человеческих? Сколько людей раскаиваются вечером в том, что говорили днем? Если не хочешь навредить своей душе, не слушай всякого, кто мимоходом скажет тебе что-то, но слушай, что Церковь Божия говорит!

Поговори с духовниками, которые исповедуют людей, и услышишь от них множество примеров о духовной помощи тем, кто усердно исповедуется. Услышишь, что многие умирающие получали облегчение в предсмертной агонии, только когда исповедовали свои грехи перед священником, и это не сказка, но сама истина. И я бы мог привести тебе такие примеры, очевидцем которых был сам. Господь наш – Господь милости и доброты, Он всем желает спасения. Но как человек может спастись, если ясно не осознает разницы между грехом и правдой Божией, если не изгонит грех и не признает истину?

С тем человек предстанет пред судом Божиим, что при жизни носил в душе: если грех – с грехом, если правду – с правдой. Господь ожидает покаяния от каждого смертного, а покаяния нет без исповеди. Ибо каждый день и каждый миг Ангел смерти может прийти за душой, поэтому Церковь предлагает верным частую исповедь и частое покаяние.

Господь да просветит и благословит тебя.

Там же. С. 136-138

Письмо 45

Машинисту Стамену И., который жалуется на скучную работу

Жалуешься на свою скучную работу: она надоела тебе. Все другие профессии кажутся тебе лучше. Ты смущаешься и грустишь, что не можешь найти лучшую работу. Я долго размышлял, прежде чем взяться за перо и ответить тебе. Мысленно я вживался в твое положение и в твою работу. Я представлял себя на твоем месте, в машинном отделении, в грохоте и шуме. Весь в поту и копоти, я вглядывался в дорогу. За моей спиной целое маленькое государство – старики, дети, родители, князья, дипломаты, чиновники, крестьяне, рабочие, служащие. Все они, в силу обстоятельств, в невольном "родстве", и все зависят от меня, разговаривают между собой или сидят молча, в раздумье. Каждый мысленно стремится к станции назначения, к тем, к кому едет. Но доберется ли он туда, зависит от меня, а я – только от Бога. Они и не предполагают, сколько от меня зависит, они и не задумываются обо мне, не знают меня. И это радует меня. Когда поезд тронулся в путь, никто не пришел посмотреть на меня и познакомиться со мной. Ни у кого не возникло вопроса: не безумен ли этот человек? Не слеп ли или пьян? Ведь мы все доверили ему свои жизни! Он главный человек в этом грохочущем "городе", жителями которого мы на время становимся. Никому не пришла в голову эта мысль, и это меня бесконечно радует. Радует то, что столько людей без размышлений доверили мне свои жизни, мне, невидимому, незнакомому, скрытому среди грохочущих машин. И в радостном трепете я прославляю Бога: "О Господи, великий и чудный! Слава Тебе, и благодарю, что дал Ты мне жизнь и разум и такую важную работу! Дал Ты мне работу, подобную Твоей, Боже. Ибо и Ты, Господи мой, неведомый, сокрытый и невидимый, управляешь составом жизни нашей Святым Своим Духом. Ты машинист вселенной, многие и многие путники и не задумываются о Тебе, не исследуют тайны Твоего бытия, но с доверием входят в Твой состав и едут, едут... И это, должно быть, радует Тебя, бесконечно радует. Ты знаешь место, где дашь отдых Своим усталым путникам, где накормишь их, где кому надлежит сойти. Они неясно представляют себе конечную станцию Твоего чудесного поезда, но с доверием рассаживаются, с доверием едут, с доверием выходят – с доверием к Тебе, неведомому, сокрытому, невидимому. Тысячи и тысячи раз восхваляю Тебя, и славлю, и кланяюсь Тебе, всевидящий и всемогущий Творец мой и Водитель мой. На Тебя одного уповаю во всех испытаниях моих".

Друг мой молодой, какую же лучшую работу хочешь? Разве может быть работа лучше твоей? Апостол Петр ловил рыбу, Павел делал палатки . Задумайся, насколько твоя работа важнее и выше, чем их занятия. И поклонись Промыслу, вверившему тебе именно такую работу.

От Бога тебе здравия и благословение.

 Там же. С. 71-72

Письмо 47

Одному брату из Сараева, на вопрос о поминовении усопших после Светлой седмицы

Ты спрашиваешь, почему женщины каждый понедельник после Светлой седмицы приходят на кладбище. Для того, чтобы сохранить старый прекрасный, исполненный глубокого смысла обычай. После восьмидневного прославления воскресения Христа из мертвых христианки на девятый день приходят на могилы своих родных, чтобы помянуть их в молитвах, разделить с ними радость о воскресении Спасителя и освятить могилы. Сначала читаются заупокойные молитвы. Таким образом мы выражаем свою любовь к дорогим и милым нашему сердцу, которые телесно и временно в разлуке с нами. Знай: истинно любит тебя тот, кто втайне молится о тебе Богу. После молитвы бьют о крест красным пасхальным яйцом и восклицают: "Христос воскресе!". Этим радостным возгласом поздравляют усопших, объявляя им, что придет день воскресения из мертвых. Наконец, очищают могилу от прошлогодней травы и сажают новую зелень. Это выражает нашу надежду на то, что в день Всеобщего воскресения истлевшая плоть умерших преобразится в новую, небесную. Ибо, по истинному свидетельству Свидетеля воскресения – Христа, есть тела небесные и тела земные . И еще: этим тленным телам надлежит облечься в нетленные, и смертным – в бессмертное .

Когда христианки все это исполнят, они, еще раз помолившись Богу, кланяются на восток и покидают могилы.

Итак, молитвой они выражают любовь, красным яичком и поздравлением – веру в воскресение, а свежей весенней травой – надежду. Любовь, вера, надежда, и опять любовь. Вот в чем смысл и символика поминального понедельника.

Далее ты спрашиваешь, почему в этот день на кладбище приходят одни женщины, без мужчин, как в другие родительские поминальные дни. Этим понедельником начинается неделя жен-мироносиц, а мироносицы первыми пришли ко Гробу Господню и первыми объявили людям о воскресении Христа. Блаженны матери, сестры и вдовы, своей любовью к умершим подобные женам-мироносицам! Чувствуют усопшие наше присутствие на своих могилах, чувствуют – и как еще чувствуют! – наши молитвы и жертвоприношения за них, нашу любовь к ним. И мы с тобой скоро почувствуем это, по ту сторону могилы, и будем благодарны тем, кто помнит нас и молится о нас Богу.

Брат мой, слова человеческие бессильны выразить тайну жизни и смерти, чудесную и страшную тайну, о которой Ангелы перешептываются с умершими! Как наши христианские обычаи помогают нашим словам – обычаи прекрасные и полные глубокого смысла,– помогают немощным словам нашим! От Бога тебе здравия и благословение.

Там же. С. 74-75.

 Неделя 5-я по Пасхе, о самаряныне


Когда Христос разговаривал с самарянкой, Его ученики дивились: как Он может говорить с чужим человеком? Но Бог есть Бог всех: всех сотворил Господь, всех объемлет Его любовь, ко всем пришел Христос, ради всех Он жил, ради всех Он умирал, для каждого Он пережил Богооставленность, и в таинственный, страшный ад каждого человека Он вошел. Ученики еще делили людей на своих и чужих; Христос всех объемлет одной любовью. И мы призваны, будучи Христовыми, так же и относиться ко всем, ради которых пришел Спаситель на землю, ради которых Отец отдал Своего Единородного Сына на смерть.

Так ли мы относимся к людям? Не делим ли мы их на „своих” и на „чужих”, на друзей и на врагов? Мы призваны не к друзьям Божиим, а к „врагам” Божиим идти с благовестием о спасении, с благовестием о новой жизни, которая в Боге и которая им дается.

В конце сегодняшнего Евангелия Спаситель говорит: Поля уже побелели, жатва уже готова, а делателей – мало... И когда мы оглядываемся на христианское общество, на свою Церковь и на все Церкви, которые именем Христа себя называют – и справедливо! – разве мы не ужасаемся при мысли, что нас столько, а слово Божие умирает в нашей среде? Прозвучит – и умрет, прогремит – и больше ничего не слышно... Мы призваны Христом быть Его присутствием на земле, Его свидетелями; мы призваны быть на земле как бы продолжением Его воплощенного присутствия; больше того, если можно это сказать: присутствием и Христа, и Духа Святого, живущего в нас. И что? – миллионы вокруг нас жаждут; жаждут слова истины, жаждут слова надежды, слова любви, слова веры, жаждут, чтобы к ним пришел вестник от Христа, в котором они могли бы узнать Того, Кто его послал: Спасителя, не Судью, а Друга, способного сказать Иуде самому „друг Мой”... Поля побелели, миллионы жаждут, миллионы изголодались; а мы живем замкнутой, пугливой жизнью.

Когда самарянка услышала о Христе слова, которые дошли до ее души, пролились в эту душу, как живая вода проникает в иссохшую землю пустыни, – она все бросила; она забыла, зачем пришла к колодцу; она поспешила в город, чтобы поделиться с людьми чудом: она встретила Того, в Ком она почуяла Мессию, Спасителя мира Христа. И то, что она говорила и что с ней случилось, было таково, что люди поверили ее слову и пошли ко Христу... Кто, слыша наше слово, готов все бросить, все напрасные поиски, для того чтобы прийти ко Христу, Который есть и Истина, и Путь, и Жизнь? Наше свидетельство тускло, бледно; ее свидетельство было подобно пламени; оно было прозрачно, как свет: люди слышали свидетельство и не видели женщину. Когда мы говорим, как часто люди видят только нас и не слышат слова, которое звучит, которое должно было бы прогреметь через нас, через нашу прозрачность доходить до них, как жизнь.

А затем, придя ко Христу, люди говорили этой женщине слова, к которым мы относимся часто болезненно: уже не по твоему слову мы верим, – мы сами видели!.. Как часто нам хочется, чтоб человек вспомнил с благодарностью о том, что мы его привели ко Христу, мы ему открыли дверь Церкви, мы ему дали радость, надежду, зачаток веры... С какой готовностью самарянка стала незаметной; с ней случилось то же, что было с Иоанном Крестителем: Христос вырос во весь рост перед людьми – и они забыли про Иоанна...

Подумаем и мы над нашим местом в деле спасения. Как часто я слышу людей, говорящих: почему нас мало? Почему это дивное провозглашение Православия не зажигает, не просвещает всех вокруг? – потому что мы тусклы! Потому что наше слово слабо, потому что мы боимся провозглашать всем голосом – и не голосом только, а всей жизнью – наше, или, вернее, Божие благовестие.

Задумаемся же над самарянкой. Христос пришел ко всем; Он нам возвестил, что придет время, когда не тут и не там надо будет искать истинных поклонников Богу и Отцу, что те, кто поклоняется Ему, должны поклоняться Духом и Истиной. Но этот Дух, эта Истина должны просиять через нас; мы посланы в мир, мы – апостолы Христовы, мы – свидетели Его, и по нам будут судить Христа... Подумаем над нашей ответственностью, и с радостью поделимся тем богатством, тем счастьем, той верой и надеждой, тем ликованием, которые дает нам Христос. Аминь.

Митр. Антоний Сурожский.


6 мая весь православный мир чтит память

Св. вмч. Георгий Победоносца

О борьбе с врагами нашего спасения

I. Много было жестоких врагов у св. великомученика Георгия; страшна была та брань, которую вел он с ними; но при помощи Божией, всех врагов своих он одолел, из борьбы с ними вышел полным победителем, и за то получил венец славы неувядаемой, вечной.

II. И у каждаго из нас есть свои враги, с которыми надобно нам бороться постоянно и мужественно, чтобы не быть побежденными и пленниками их. — Но что же это за враги у нас и чем нам побеждать их?

а) Первый и самый злой враг наш есть неверие и маловерие. Горе тому, на кого бросается этот кровожадный враг. Человек, обуреваемый волнами неверия, маловерия и вольнодумства, — дай Бог, чтобы между нами не было ни одного такого человека, — то же, что корабль без кормчаго, без парусов, без руля. Не пристать такому кораблю к пристани, не избежать ему крушения. Не найти ни тихой пристани в здешней жизни от житейских. бурь и непогод, ни вечнаго покоя за гробом тому, чья душа томится под игом неверия. Кто не верит в Божественное откровение, в искупление, в святыя таинства, в другую, загробную жизнь, в безсмертие души, следовательно кто не верит, что он человек, созданный для вечности, искупленный для блаженства, для того нет ничего святого, запрещеннаго, тот способен на все беззаконное. И что может удерживать неверующаго от злых дел? Совесть? Но если он не верит, что совесть есть принадлежность безсмертной и Богоподобной души: то может ли быть для него обязателен голос совести? Честь? Но если он не верит, что есть по ту сторону гроба воздаяние за честные и безчестные поступки: то честь, благородство и тому подобное у неверующаго только на языке и на словах, а не на деле, не в сердце, не в душе. По этому необходимо нам так бороться с неверием, чтобы остаться победителями этого страшнаго врага. Господи! спаси нас от неверия; иначе оно погубит нас.

б) Самолюбие, корыстолюбие, плотоугодие и другия наши страсти суть также злые враги наши. Эти враги тем опаснее для нас, чем ближе к нам; они постоянно при нас, с нами, в нас. Эти враги тем страшнее для нас, что почти всегда, по видимому, принимают нашу сторону, на самом же деле постоянно изменяют нам и отводят нашу душу в плен греха и суеты. Известно, что самолюбие, корыстолюбие и прочия страсти усиливаются принесть в жертву самим себе спокойствие, честь, имение и другия блага ближних наших. Но такое стремление незаконно: наше самолюбие и другия страсти, причиняя вред другим, в то же время гибельны для нас самих; оне подламывают и разрушают здание нашего здоровья, жизни и вечнаго спасения; оне, отвлекая нас от любви к Богу и ближним, вооружают нас против Бога; враждовать же против своего Создателя, не значит ли итти прямо навстречу своей погибели? Так все заставляет нас бороться с самолюбием и другими страстями и побеждать их. Господи! помоги нам остаться победителями над страстями; иначе оне увлекут нас на дно адово.

в) Далее, мир с своими соблазнами, дух злобы с своими кознями, злые люди с своими клеветами, завистию, ненавистию, соблазнами и проч. отнимают у нас счастие нашей жизни, спасение нашей души. И счастлив тот, кто всеми силами защищает себя от скопища этих врагов, кто мужественно ополчается против них и побеждает их; такой человек, при помощи Божией, не разобьется о камень мирских соблазнов; его душу не поглотит дух злобы и не унесет с собою в ад; злые люди не сделают его столь же злым, как сами они.

III. Чем же нам ограждать себя от, столь многочисленных врагов, чем нам побеждать их? Теплою молитвою; упованием, христианскою правдою, силою благодати Божией и таким самоотвержением, какое имел св. великомученик и победоносец Георгий. И мы, братия, можем приобретать имя победоносцев, если будем одерживать победу над злом, чрез преодоление своих богопротивных страстей и грехов, чрез борьбу с духовным змием-диаволом, чрез борьбу с неверием и нечестием, чрез противоборство желающим вредить церкви и обществу, чрез деятельное противление козням врагов порядка, честности и долга. Поприще для всех и всегда открыто. Подвизайтесь, желающие победных венцев небесных! Св. великомучениче и победоносче Георгие! Помогай нам своими молитвами пред Богом, — да будем и мы ревностными поборниками веры и благочестия, воителями против зла и причастниками победных венцов на небе. Аминь.

 Протоиерей Григорий Дьяченко. Полный годичный круг кратких поучений, составленных на каждый день года.


Неделя 4-я по Пасхе. О расслабленном

(Дея.9, 32-42; Ин. 5, 1-15). “Вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже”. Грех не душу только поражает, но и тело. В иных случаях это весьма очевидно; в других, хоть не так ясно, но истина остается истиною, что и болезни тела все и всегда от грехов и ради грехов. Грех совершается в душе и прямо делает ее больною; но так как жизнь тела от души, то от больной души, конечно, жизнь не здоровая. Уже то одно, что грех наводит мрак и тугу, должно неблагоприятно действовать на кровь, в которой основание здоровья телесного. Но когда припомнишь, что он отделяет от Бога — Источника жизни, и ставит человека в разлад со всеми законами, действующими и в нем самом и в природе, то еще дивиться надо, как остается живым грешник после греха. Это милость Божия, ожидающая покаяния и обращения. Следовательно, больному прежде всякого другого дела надо поспешить очиститься от грехов и в совести своей примириться с Богом. Этим проложится путь и благодетельному действию лекарств. Слышно, что был какой-то знаменательный врач, который не приступал к лечению, пока больной не исповедуется и не причастится св.Таин; и чем труднее была болезнь, тем он настойчивее этого требовал.

Свт.Феофан Затворник. Мысли на каждый день.


Силуан Афонский

"О курении"

В 1905 году отец Силуан провел несколько месяцев в России, часто посещая монастыри. В одно из таких путешествий в поезде железной дороги он занял место напротив одного купца. Последний с дружеским жестом раскрыл перед ним свой серебряный портсигар и предложил ему сигарету. Отец Силуан поблагодарил за предложение, отказавшись взять сигарету. Тогда купец начал говорить: «Не потому ли, батюшка, Вы отказываетесь, что считаете это грехом? Но курение помогает часто в деятельной жизни, хорошо прервать напряжение в работе и отдохнуть несколько минут. Удобно при курении вести деловую или дружескую беседу, и вообще, в ходе жизни…» И дальше, пытаясь убедить отца Силуана взять сигарету, он продолжал говорить в пользу курения. Тогда все-таки отец Силуан решил сказать: «Господин, прежде чем закурить сигарету, помолитесь, скажите одно: «Отче наш»». На это купец ответил: «Молиться перед тем, как курить, как-то не идет». Силуан в ответ заметил: «И так всякое дело, перед которым не идет несмущенная молитва, лучше не делать».

 

 Святитель Николай Сербский. «Миссионерские письма».

Письмо 24

 Одной благочестивой семье, на вопрос: "Как воскрес Христос?"

Разве не довольно просто знать, что Он воскрес? Зачем мучить себя вопросом: как Он воскрес? Но поскольку, дорогие мои, об этом спрашивают ваши любовь и восхищение, а не сомнение, мне дорог ваш вопрос.

Подобно тому как в Азии солнце восходит вдруг и день сразу сменяет ночь; подобно тому как от прикосновения к выключателю в темной комнате мгновенно вспыхивает свет, подобно этому было и воскресение Господа. Неслышно и мгновенно.

Спрашиваете ли и теперь с любопытством: как? Думаю, так, как в начале сотворения мира явился свет во тьме. Непросвещенные люди думают: что за огромная фабрика должна обеспечивать мир светом? Что за огромные машины должны быть на этой фабрике? Сколько миллионов лошадиных и слоновьих сил требуется, чтобы приводить в действие эти машины? И сколько миллионов лет должны были они работать, чтобы наконец вспыхнул свет? Никакой фабрики, никаких машин, никаких миллионов и миллионов лет. Никакого усилия вообще. Одно только всесильное слово – явился свет и наполнил собой весь мир: И сказал Бог: да будет свет. И стал свет . И не сказал слово, чтобы слышали его, но только помыслил. Ибо помысл Божий есть то же, что слово. И помыслил Бог: да будет свет; и стал свет. Неслышно и мгновенно.

Таким было и воскресение Христово. Так явился и новозаветный свет, осветивший разумным людям духовный мир. И подобно тому как физический вселенский свет открыл зрению физический мир, так свет воскресения Христова открыл всем разумным людям духовный мир, отечество бессмертных Ангелов. Потому физический свет не ярче духовного; и тот, и другой явились неслышно и мгновенно по всемогущей воле Творца, по неизреченной милости и любви Его.

Вы слышали о том, с какой удивительной легкостью и быстротой талантливые люди создают свои гениальные произведения. Как же тогда Податель всех даров, Творец всех гениев! Разве вы не читали, с какой быстротой и легкостью Господь воскресил дочь Иаира и сына наинской вдовы ? А Лазаря в Вифании ? Сказал слово и – свершилось! Ибо у Бога все возможно: и что скажет, и что помыслит. Так же Христос и Себя воскресил. Даже легче и скорее. И без слова.

А теперь я вас прошу, дорогие дети, если знаете, что Господь воскрес, больше беспокойтесь о том, как вам удостоиться воскресения. Того, чтобы Он воскресил вас.

Ибо Он воскрес ради вас, чтобы свидетельствовать Собой ваше воскресение, ваше подобие Ему в славе и красоте вечной.

Итак, поклонитесь воскресшему Господу и воспойте Ему песнь утреннюю: Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангели поют на небесех, И нас на земли сподоби Чистым сердцем Тебе славити!

Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. М.2014. С. 38-40.

 

 

ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!

Огласительное слово на Пасху святителя Иоанна Златоуста

Аще кто благочестив и боголюбив, да насладится сего добраго и светлаго торжества. Аще кто раб благоразумный, да внидет, радуяся, в радость Господа своего. Аще кто потрудися постяся, да восприимет ныне динарий. Аще кто от перваго часа делал есть, да приимет днесь праведный долг. Аще кто по третием часе прииде, благодаря да празднует. Аще кто по шестом часе достиже, ничтоже да сумнится, ибо ничимже отщетевается. Аще кто лишися и девятаго часа, да приступит, ничтоже сумняся, ничтоже бояся. Аще кто точию достиже и во единонадесятый час, да не устрашится замедления: любочестив бо Сый Владыка, приемлет последняго якоже и перваго: упокоевает в единонадесятый час пришедшаго, якоже делавшаго от перваго часа. И последняго милует, и первому угождает, и оному дает, и сему дарствует, и дела приемлет, и намерение целует, и деяние почитает, и предложение хвалит.

Темже убо внидите вси в радость Господа своего: и первии и втории, мзду приимите. Богатии и убозии, друг со другом ликуйте. Воздержницы и ленивии, день почтите. Постившиися и непостившиися, возвеселитеся днесь. Трапеза исполнена, насладитеся вси. Телец упитанный, никтоже да изыдет алчай, вси насладитеся пира веры: вси восприимите богатство благости.

Никтоже да рыдает убожества, явися бо общее Царство. Никтоже да плачет прегрешений, прощение бо от гроба возсия. Никтоже да убоится смерти, свободи бо нас Спасова смерть, угаси ю, Иже от нея держимый, плени ада, Сошедый во ад! Огорчи его вкусивша плоти Его.

И сие предприемый Исаиа возопи: ад, глаголет, огорчися, срет Тя доле: огорчися, ибо упразднися: огорчися, ибо поруган бысть: огорчися, ибо умертвися: огорчися, ибо низложися: огорчися, ибо связася. Прият тело, и Богу приразися: прият землю, и срете небо: прият еже видяше, и впаде во еже не видяше.

Где твое, смерте, жало? Где твоя, аде, победа?

Воскресе Христос, и ты низверглся еси. Воскресе Христос, и падоша демони. Воскресе Христос, и радуются Ангели. Воскресе Христос, и жизнь жительствует. Воскресе Христос, и мертвый ни един во гробе. Христос бо, востав от мертвых, Начаток усопших бысть. Тому слава и держава во веки веков. Аминь.

 

Страстная Седмица

Великая Суббота

Замечали ли вы, дорогие мои, что в природе все совершается постепенно и умеренно? Возьмите момент смены ночи и дня. Не бывает, чтобы ночную тьму сразу сменил ослепительный свет солнца. Сначала за мраком наступает переходное время, сумерки предрассветные, и только тогда, когда привыкнет глаз к свету, появляется яркое солнце. Так устроено для того, чтобы подготовить глаз к восприятию ярких лучей, иначе он может пострадать.

Так устрояет Господь и в жизни духовной. Теперь, в последние дни Страстной седмицы, мать наша — Церковь готовит нас к восприятию светлой весны Воскресения. Сквозь печальный плач о страданиях Спасителя светит надежда на победу над смертью. Прислушайтесь к песнопению, присмотритесь к символам богослужения. Вчера мы видели лежащего во Гробе, сегодня носили погребать Его.

В Евангелии на утрени говорилось, что Христа сняли со Креста, положили во Гроб, привалили ко гробу камень и даже приложили печать. Но у Гроба мы слышали песнь: «Не рыдай Мене, Мати… восстану бо и прославлю верою и любовию Тя величающих». У этого Гроба мы читали и пели песнопения и псалмы, которые создают картину отпевания, но сейчас, во время Литургии, слышим радостную песнь победы: «Поем Господеви, славно бы прославися». Настроение усиливается другим песнопением: «Господа пойте дела и превозносите Его во веки». Наконец, перед самым Евангелием слышим могучий торжествующий призыв: «Воскресни, Боже, суди земли, яко Ты наследиши во всех языцех».

Во время пения этой песни спадают со священнослужителей одежды скорби, и они облекаются в блестящие, белые. Само Евангелие говорит уже о Воскресении, только эта радость воспринята ангелами, а люди, за исключением мироносиц, еще не знают о нем. Но узнала природа, которую освятил погребенный и воскресший Спаситель. Он освятил землю возлежанием во Гробе. Освятил воздух Своим восхождением к Отцу, солнце, лучи которого озарили Его Воскресение. И за радость обновления и победы вся вселенная возносит благодарность Восставшему.

Обычно, когда в какой-либо праздник хотят почтить и порадовать виновника торжества, приглашают хор, приветствуют речами, стихами и пением. Сегодня мы слышали божественно дивный хор, которым Святая Церковь почитала Искупителя мира. Громадный хор, голос его могуч, музыка исполнена чудной гармонии, воспевая несмолкаемо: «Господа пойте дела и превозносите Его вовеки».

Кто это поет? А вот послушайте. «Благословите, ангелы Господни, небеса Господня, Господа пойте и превозносите Его вовеки». Вот чья первая арфа звучит в этом хоре. Ангелы, Небеса небес прежде всего несмолкаемо поют чудную песнь. К ним присоединяют свои гимны воды, яже превыше небес, вся силы Господни…

К хору Небесных сил присоединяются голоса святых пророков, провозвестивших Искупителя, апостолов, хоры победные мучеников, мучениц, страстотерпцев, исповедников, хоры преподобных, тесным путем, тяжелой борьбой с собою, со своим «я» достигших светлых чертогов; хор всех праведных воспевает песнь. На весь мир звучит победная арфа, согласно, гармонично звучат ее струны. Разве расстроится дивный хор, если порвется маленькая струночка? Нет!

А потому, друг мой, — ты, который скорбишь, что среди хора есть такие, которые не хотят петь гимн и пытаются своими ничтожными, слабыми голосами прервать победную песнь, — не бойся! Жалкие голоса даже не слышны в громадном хоре: струн порвавшихся не заметят торжествующие певцы. Воспрянь духом, подыми скорбно поникшую голову и слушай, как хор в честь Воскресения наполняет небо и землю, спускается в самый ад, куда несется весть Воскресения и прощения.

И в твоей душе, грешной, скорбной, унылой, звучит этот гимн; прислушайся к нему и присоедини свой голос к хору Воскресшего.

Священномученик Серафим (Звездинский)

 

Великий Пяток

Во имя Отца и Сына и Св. Духа!

Солнце померкло, земля вздрогнула и затрепетала. Разодралась сверху донизу церковная завеса, отделявшая вход в Святая Святых, ибо Сам Господь открыл уже вход не только в Святая Святых, но в самое небо к Престолу Отца Своего. Содрогнулся ад, ибо рушилась сила его и власть его. Расселись скалы, отверзлись высеченные в них гробы, и тела усопших святых поднялись и сели, озираясь с изумлением вокруг. И вышли из гробов, и направились в Иерусалим, и явились многим, с недоумением спрашивая, что случилось? Им отвечали: «Совершишася». Что свершилось? Свершилось дело спасения рода человеческого от власти дьявола, закончился святой подвиг души Господа Иисуса, сбылись древние пророчества, изреченные святыми Исаией и Давидом уже несколько сот лет тому назад.

«Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни, а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились. Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу; и Господь возложил на Него грехи всех нас. Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был на заклание, и, как агнец пред стригущим его, безгласен, так Он не отверзал уст Своих. Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого» (Ис. 53, 5—7, 9).

Слышали вы в евангельских чтениях утрени Великой Пятницы то самое, что предсказал святый пророк Давид в своем 21 псалме: «псы окружили Меня; скопище злых обступило Меня; пронзили руки Мои и ноги Мои. Можно было бы перечесть все кости Мои. А они смотрят и делают из Меня зрелище. Делят ризы Мои между собой и об одежде Моей бросают жребий». Вот что свершилось. Испустил Господь наш Иисус Христос последний вздох на кресте Голгофском с тем словом, которое потрясло весь мир — «совершишася». Повисло беспомощно мертвое тело Иисусово, упала на грудь глава, терновым венцом увенчанная, кровью обагренная. Разодрались под тяжестью тела раны, которыми были пробиты святые руки Его. Пришли близкие, пришла Мать Его, пришли апостолы, пришли мироносицы, пришел Иосиф Аримафейский, и, в глубоком горе, обливаясь слезами, сняли с креста Пречистое Тело Учителя своего и положили на землю. И горький плач сотворили над Ним.

Вот и ныне пред нами лежит изображенное на св. Плащанице мертвое Тело Иисусово. Сотворим же и мы плач о Нем.

На кресте воссияло солнце правды, солнце любви, озарившее весь мир светом своим, светом Божественного сострадания. И от этого солнца зажглись миллионы, миллионы сердец тех людей, которые всей душой возлюбили Господа Иисуса, в сердцах которых огненными буквами были начертаны слова Его: «Аще кто хощет по Мне идти, да отвержется себе и возьмет крест свой и по Мне грядет». Господь первый взял крест, самый страшный крест, и вслед за Ним взяли на рамена свои кресты меньшие, но часто тоже страшные кресты, бесчисленные мученики Христовы. Вслед за ними взяли кресты свои огромные толпы народа, которые, тихо опустив головы, пошли с ними в дальний путь.

В дальний и тернистый путь, указанный Христом, — путь к Престолу Божиему, путь в Царство Небесное, идут, и идут, и идут, уже почти 2000 лет, идут вслед за Христом толпы и толпы народа. На этом пути стоят кресты, на которых распяты мученики Христовы.

Кресты, кресты... И дальше, дальше, все кресты, — сколько охватывает глаз, все кресты, кресты... Лежат в лужах крови истерзанные тела исповедников Христовых, идут вереницей люди, которые отвергли все блага мира, все презрели ради Господа Иисуса Христа, люди, оставившие все, что им было дорого, и посвятившие всю жизнь свою служению Ему.

Идут юродивые под тяжестью вериг и железных крестов, идут бесконечной вереницей монахи и монахини, идут Божии святители с крестом и со Святой Чашей в руках.

Идут за ними, как за пастырями, толпы добрых и кротких людей, — людей, покорных пути Христову, людей, идущих вслед за своими духовными вождями, за пастырями и учителями. Идут без конца...

Идут толпы простого народа, любящего Христа, на которых исполнилось слово Христово — «в мире скорбны будете». Идут они, неся тяжелый крест скорбей своих. Идут длинной вереницей изгнанные за правду, изгнанные за имя Христово.

Все идут. Идут чистые непорочные жены, ведя за ручки своих маленьких детей, ибо и детям открыл Господь вход в Царство Небесное.

Что же, неужели мы не присоединимся к этой бесконечно идущей толпе, к этому святому шествию по пути скорбей, по пути страданий?

Неужели мы не возьмем на себя кресты свои и не пойдем за Христом?

Да не будет! Да содрогнется сердце наше от зрелища лежащего перед нами бездыханного Тела Христова.

Да наполнит Христос, так тяжко пострадавший за нас, Своей безмерной благодатью сердца наши.

Да даст Он нам в конце нашего долгого и трудного крестного пути познание того, что сказал Он — «мужайтесь! яко Аз победих мир». Аминь.

Святитель Лука Крымский

Великий Четверток

Установив ныне Таинство Тела и Крови, Господь предал совершение его в закон святым Апостолам, а святые Апостолы - Святой Церкви, в которой Он и пребывает, и действует неотложно.

Святая Церковь всех и всегда призывает к Святому Причащению, особенно же во время святых постов, и еще особеннее во святую Четыредесятницу, в которую и все службы и чинопоследования приспособлены к приготовлению верующих к достойному Принятию Тела и Крови Христовых.

Послушные чада Церкви смиренно внимают сему ее призыванию и во время сие исполняют христианский долг свой неопустительно. И это слава Богу! Слава Богу, что хоть однажды в год очищают совесть свою и причащаются!

И Даруй, Господи, чтоб между ними не было таких, кои самовольно лишали бы себя сего великого Божиего Дара! Лишающие себя его лишаются Господа; а без Господа что мы?

Без Мене, — говорит Господь, — не можете творити ничесоже. Якоже розга не может плод сотворити о себе, аще не будет на лозе: тако и вы, аще во Мне не пребудете. Иже будет во Мне, и Аз в нем, той сотворит плод мног. А в Господе кто пребывает? Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем, — говорит Сам Господь. Стало быть, дело Святого Причащения есть дело жизни. Причащаться или не причащаться — значит быть или не быть христианином, жить или не жить во Христе. Почему и прибавляет Господь: аще не снесте Плоти Сына Человеческаго, ни пиете Крове Его, Живота не имате в себе.

Приводя на память сии решительные слова Господа, недоумеваешь — отчего же это у нас не часто причащаются? Пересматривая недавно одну книжку, встречаю в ней наставление тем, кои часто причащаются. Вот, подумал я, блаженное было время, когда уместны были такие поучения! А у нас если скажешь: причастись, и еще в какой-либо пост кроме Великого, и то покажется странным, строгим и, пожалуй, неуместным.

Ныне, впрочем, не то у меня намерение, чтобы убеждать вас к частому Причащению, а вот какое. Без Господа, как слышали вы, мы не можем творити ничесоже и даже Живота не имеем в себе. Господь бывает в нас чрез Святое Причащение. К Святому Причащению приступают у нас большею частию однажды в год. Так нельзя ли, по крайней мере, если уже не хотим часто причащаться, то продлить силу сего единого Причащения как можно на должайшее время, пребыть в состоянии Причащения от одного Причастия до другого? Или что я говорю: нельзя ли? Необходимо так сделать. Как хочешь, но устройся так, чтоб ты всегда был, как будто только что причастился. Ибо это только и будет значить, что ты в Господе и Господь в тебе или что ты живешь христианскою жизнию. А как только потеряешь силу Причащения, потеряешь Господа, перестанешь и Живот иметь в себе.

Этим вот что требуется. Сила Причащения есть вкушение Господа. Быть в состоянии Причащения — значит постоянно вкушать Господа, или духовными чувствами ощущать Его в нас пребывание и силу. Спрашивается: к-ак сего достигнуть?

Прежде всего, надобно не понудить Господа отступить от нас, а потом изощрять духовные чувства к осязательному ощущению общения Его. Господне обетование неложно. Что Он сказал, то так и есть. Елика бо обетования Божия, в Том ей и в Том аминь, — говорит Апостол. Сказал Он, что пребывает Сам в том, кто причащается Тела Его и Крови, так это и есть. У всех достойных причастников Господь пребывает. Порадуйтесь, причастники Божии! И не отрицайте в себе сего великого Дара из ложного смирения или по неясному представлению плодов от Святого Причащения. Пусть не ощущаете вы определительно и не осязаете сего; но Господь в вас, пока не лишитесь Его пребывания по причине каких-либо смертных грехов. Подобно тому, как в природе и в обычный день солнце светит и силу свою являет, хотя бывает невидимо по причине заслоняющих его облаков; или как во время таяния льда градусник не повышается, хотя бы и много было тепла вокруг; или как при лечении иногда лекарство уже действует к выздоровлению, а больной все еще чувствует себя расслабленным и изнемогающим; так и здесь: Господь в вас, но свет Его не зрится еще ради тумана многообразных помышлений, хотя туман сей разрежается уже Господом; Господь в вас, но теплота Его еще не ощущается вполне ради хлада облежащих сердце земных и житейских желаний, хотя они уже истаивают от огня Господня; Господь в вас и врачует уже вас, но врачебную силу Свою для вашего же блага скрывает от вас под видимыми немощами нашими. Другими словами: общение с Господом совершилось, ужедействует в вас, но по причине неисправности вкуса духовного еще не ощущается и не различается ясно.

Так утвердитесь в сей мысли, что Господь в вас. Почтите тем и Дарователя, и Дар, и себя самих. В силу же сего сами видите, что подобает творить. Подобает всевозможную заботу обратить на то, чтобы не лишиться как-нибудь Господа, сокровенно в вас пребывающего и действующего. Спросите: «Как сие сотворить?» Отвечу: не думайте, чтоб для сего вам надлежало поднять такой труд, как бы горы преставлять. Нет. Средство к сему очень немногосложно и просто. Вот что надобно.

Первое. Хранить совесть свою чистою в отношении к Богу, ближним, всякой вещи и всякому делу; для сего, что ни делаете, имейте на то свидетельство слова Божия и делайте то со смирением и усердием, без всякого движения своеволия и небрежения.

Второе. Ни в словах, ни в делах, ни в чем, мало ли то или велико, ничего не допускайте, что могло бы не относиться к славе Божией, и какой-либо наносить ущерб делу спасения вашего.

Третье. Хоть бы вы обладали целым миром, так себя имейте в сердце, как имеют странники — пришельцы на земле, не имеющие зде пребывающего града, но грядущего взыскующие. Вот и все!

Так, заметьте, три вещи надо: быть странниками, все обращать во славу Божию и свое спасение, и блюсти совесть свою чистою.

Не буду распространяться в объяснении их. Скажу только, что в этих трех — всё, как сами увидите, когда станете действовать по ним. Настройтесь так и поревнуйте всегда действовать по сему настроению. И Господь не только неотлучно пребудет в вас, но часто будет давать и ощущать Себя. Сие ощущение особенно будет исполнять сердце ваше всякий раз, как для соблюдения прописанного порядка вы должны будете сделать какое-либо самопринуждение и самопожертвование; и вы сделаете то без сожаления, с полною и усердною покорностию воле Божией. Сим утешает и укрепляет Господь Своих, давая им осязательно знать, что труд их нетщетен и путь незаблуден. И чем больше у кого ревности и труда, тем больше бывает у него утешений, или осязательных вкушений Господа — этих духовных Причащений Его. Тут то же происходит, как в мiре, когда покажется солнце и спрячется в облаках, снова покажется, снова спрячется; а то разгонит все облака и одно царственно шествует на всей тверди небесной. Желает ли кто поспешнее взойти в состояние постоянного ощущения или вкушения Господа, употреби труд, намеренно обращаемый к обучению духовных наших чувств. Око ума да напрягает к зрению тайн Божественного От-кровения, начиная от Пресвятой Троицы, чрез творение и Искупление, до будущего возустроения всех. Духовное ухо да обучает в слышании и внятии внушений Божиих, непосредственно в сердце печатлеемых или посредственно чрез слово Божие и другие внешние указания сообщаемых. Духовный вкус да упражняет во вкушении истинно святого и Божественного. Да навыкает обонять благоухание Христово в радовании, веселии духовном и осязать прикосновение огня Его в теплоте, согревающей все его существо — и духовное, и душевное, и телесное.

Обучение духовных чувств заверщает дело труда в восхождении к непрестанному ощущению общения Господня. Чрез обучение их падает средостение, разделяющее нас с Ним. Как когда глаза открыты и есть свет, мы естественно видим сей свет; когда есть благоухание и обоняние нерасстроено, мы обоняем благоухание, так, когда духовные чувства наши будут обучены и очищены, мы будем в состоянии принимать посредством их Господа в соответственных им действиях Его на нас, или будем находиться в состоянии вкушения Его, иначе, в состоянии постоянного Причащения.

Сим убо образом освятите, братие, Господа в сердцах ваших.  И Он, милостивый, пребудет в вас и вас удержит в Себе и с Собою. Благость Его да дарует сие вам! Аминь.

Святитель Феофан Затворник

Великая среда

На нынешний день приходится, между прочим, вот какое горькое воспоминание: старейшины иудейские собрались в дом Каиафы и рассуждали о том, как бы схватить хитростию Господа Иисуса и предать Его смерти. В эту пору, никем не прошенный, приходит к ним один из двенадцати, Иуда Искариотский, и говорит: «что вы дадите мне, и я вам предам Его?» (Мф.26:15). Они дали ему тридцать сребреников. Когда я прочитал это место Писания, негодованием исполнилась душа моя и на старейшин, и на Иуду. Куда смотрели эти старейшины, что на себя и на народ навлекли вину и наказание богоубийства? И как мог решиться на такой поступок Иуда, который всегда так близок был к Господу и так ясно видел отпечатлевающуюся на Нем полноту Божества? Потом моя мысль перешла к характеру Иудина предательства; и между тем как я думал об этом, из совести начали возникать одно за другим дела мои собственные, очень похожие на дело Иуды. Чем дальше, тем больше. Тогда, вместо негодования на Иуду, начало возрождаться опасение за себя, и внутренний голос сказал мне: «Оставь ты Иуду, обратись скорее на себя и озаботься избежать участи его горькой».

С этим же, братия, выхожу и к вам. Я предполагал изобразить перед вами черноту Иудина предательства. А теперь говорю: оставим Иуду. Пересмотрим лучше свои дела, чтоб вычистить из жизни своей все, что носит какую-либо черту характера Иудина, и тем избежать падшей на него кары Небесной.

Что особенно поразительно в Иуде – это то, что ведь во время пребывания своего с Господом он был по жизни точь-в-точь то же, что и все Апостолы. С ними ел, пил, ходил, проводил ночи, с ними слышал поучения и видел чудеса Господа, с ними терпел все нужды, ходил даже на проповедь Евангелия и, может быть, творил чудеса именем Господа; ни Апостолы, ни другие никакой от себя особенности в нем не видели. А между тем под конец видите, что вышло? Откуда же этот плод? Конечно, изнутри, из души. И вот, видите, внутри души зрело то, чему во время не было никаких признаков снаружи.

Знал ли даже сам Иуда, что у сердца своего он лелеял такую змею, которая сгубит его наконец? По обычаю врага нашего скрывать узы, коими опутывает он грешника, главную страсть всегда закрывает он разными посторонними благовидностями от сознания и даже совести и только тогда, как рассчитывает на верную погибель человека, выпускает ее – напасть – на него со всею неудержимою яростью. Можно, судя по сему, думать, что Иуда не видел всего безобразия своей страсти и сам себя сознавал не худшим других Апостолов. И пал, как бы не предвидя того.

Имея это в мысли, братия, обратимся к себе и строгое учиним исследование самых сокровеннейших движений сердца своего, не останавливаясь на своей незазорной внешности. По внешности, посмотрите, чем мы худы? А между тем, кто знает, может быть, вокруг сердца увивается такой змей, который готов погубить нас, – и погубит, только представься случай. Припомню вам мысль святого Макария Египетского, который говорит: «Не хвались никакими делами и никакими подвигами. Но если ты сошел в самую глубь сердца своего и убил гнездящегося там змея, отравляющего ядом своим все проявления жизни твоей, тогда воздай благодарение Господу». Это разумел он или живущий в нас грех, или главную страсть каждого, в которую преобразуется тот грех. И вот на что более всего обратите внимание при предлежащем вам самоиспытании и исповеди. Ищите главную свою страсть. Ее обличите, ее выбросьте вон. «Не требует от тебя Господь, – говорит другой старец, – поста, когда страдаешь своекорыстием. Дай ему простоту милостынеподаяния. Не требует от тебя Господь знатных и славных дел, когда ты заражен тщеславием. Дай ему смирение и самоуничижение». Так и во всем другом. Господь хочет, чтобы мы ту особенно страсть обличили в себе и победить пообещались, которая нас наиболее одолевает, и в той особенно добродетели отличились, которая противоположна одолевающей нас страсти. Когда это сделаешь, тогда и все другие добродетели придут в строй и силу, а страсти ослабеют, ибо они держатся обычно около господствующей нашей страсти.

Но обратимся опять к Иуде. Так носил он занозу в сердце своем. Представился случай – страсть закипела. Враг взял его, бедного, за эту страсть, отуманил его ум и совесть и повел как слепого или связанного невольника сначала на злодеяние, а потом и в пагубу отчаяния. А ведь этого не было бы, если бы он Господу открыл свою страсть. Врач душ тотчас бы уврачевал болезнь души его. И Иуда был бы спасен. То же и с нами будет, если не откроем духовному отцу своей страсти. Теперь она притихнет; но после, лишь только случай, сейчас падение. Если же откроемся, сокрушимся, положим намерение не поддаваться и попросим у Господа помощи на то, тогда верно устоим: «ибо Тот, Кто в вас, больше того, кто в мире» (1Ин.4:4). Господь благодатию Своею, в час разрешения, убьет страсть и положит семя противоположной ей добродетели. И тогда приложи только труд небольшой, и, при помощи Божией, не будешь уже более валяться в страстях бесчестия, и открытым лицом начнешь взирать и ко Господу, и ко святым, и ко всем христианам.

Еще немного времени, и Господь придет к вам и сотворит у вас Вечерю Себе с вами. Готовьтесь! Выбросьте из сердца все противное Господу, сметите всякую пыль сердечными воздыханиями, отмойте всякое пятно слезами сокрушения, чтобы, вошедши к вам, Господь нашел храмину сердца вашего убранную, постланную, вычищенную. Да не будет между вами похожих на Иуду. И Иуда, как и прочие Апостолы, равно слышал: «через два дня будет Пасха». Но Апостолы подошли ко Господу и говорили: «где велишь нам приготовить Тебе пасху?» (Мф.26:2,17). А Иуда что? Пошел и продал Господа. А на Вечерю все же таки пришел наряду с другими. Неужели и между вами завтра будут такие? О, да не будет! Еще есть время. Пойдите и, всякий по мере сил своих, поусердствуйте достойными явиться принятия Господа в Святых Его Тайнах. Сознайтесь, в чем виноваты, поплачьте и скажите: «Не будем, Господи! Помоги нам устоять впредь!» Это главное, чего хочет Господь. Беспечных же между вами да не будет. Да не будет и таких, которые приступают к Тайнам как пришлось, без мысли и чувства и без всякой заботы о приготовлении. Особенно же да не будет таких, которые, не отвергшись своей страсти, не только намерения не имеют воздерживаться от дел ее, но тут же не чужды соуслаждения ими и склонения на них. Такой точь-в-точь Иуда: телом на Вечере, а сердцем в предательских замыслах. И такому, когда по Причащении Христовых Тайн будет он лобзать Чашу, не скажет ли ему в совести его Господь: «целованием ли предаешь Сына Человеческого?» (Лк.22:48).
Свт. Феофан Затворник, «Слова Великим постом и приготовительные к нему недели», гл.47.

Великий вторник

  Сегодня с Божьей помощью продолжаю вчера недоговоренное слово о крестном пути, предлежащем ученикам и последователям Христа в дни Страстной недели.

  Господь говорил апостолам: По двою дню Пасха будет. Се восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет архиереем и книжникам и народам; и поругаются Ему, и укорят Его, и уязвят Его, и оплюют Его, осудят Его на смерть и, бивше, убьют Его. В последнем из этих слов Спасителя выражается глубочайшая скорбь. Эта скорбь, как тяжкие оковы, с каждой минутой делалась все болезненнее и с каждой минутой возбуждала большее страдание. Печаль за печалью поражала сердце Искупителя, грядущего к вольной страсти. Многие из этих печалей предлежат и верующим на жизненном пути. Тем из верующих, которые откликаются душой на мысль о кресте и духом несут этот крест, свитый из горестей и бедствий.

  Глубокие скорби Спасителя настали еще прежде предания в руки грешников. Евангелие сообщает, что за несколько дней до праздника Пасхи, когда все готовились к радостному общему торжеству, как ко времени, в которое человек слагает с себя бремя всех забот, общественных и житейских, и отдается тихому покою, Спаситель получил скорбную весть о болезни Своего друга Лазаря. Смерть этого друга вызвала у Него слезы. Он плакал над его могилой. В преддверии крестных страданий – слезы об утраченной дружбе. Кому из нас не приходилось проливать такие слезы? Кто из нас не плакал над могилой дружбы, которой у человека отнимается утешение взаимного удовольствия? Это страшное испытание для всех сил и способностей души. Сиротство ужасно. Нельзя без сострадания видеть слезы вдовы-матери, вдовы-супруги, детей, разлученных с отцом, о друзьях, отнятых у нас роковым приговором немой, не подлежащей ни суду, ни обжалованию смерти. Здесь всякое слово утешения – звук пустой. Здесь только возможны одни слезы. Если Спаситель оросил могилу дружбы слезами, то этим средством облегчил и для нас ее утрату. Пусть же все сиротствующие облегчат свой крестный путь, путь покинутого одиночества, слезами. Слеза возрастит утешение; великую скорбь сиротства и беспомощности омоет чистой струей преданности воле Божией, без которой не падал ни один волос с человеческой головы.

  Далее, Евангелие сообщает о Христе Искупителе. Он шел в Иерусалим и, не входя еще в столицу, с горы Елеонской смотрел на этот город. Ученики Его восхищались живописным местоположением города, движением жизни праздничной столицы, его превосходными крепкими зданиями, миллионной массой людей, снующих по городу, прибывающих в Иерусалим на праздник со всех сторон. То, что в учениках возбуждало радость, в Спасителе вызывало чувство горести. Он плакал о будущей судьбе этого города, над которым уже занесен был меч казни, разрушения и рассеяния. Спаситель прозревал, что Иерусалим падет под развалинами своего нечестия. В нем не останется даже камня на камне, свидетельствующих о прежнем величии. И это угнетающее чувство печали безутешно, оно встречает истинных крестоносцев всех времен. У нас это чувство переносится не на Иерусалим, не на город, не на царства и государства, но на собственные наши семьи и на семьи близких нам лиц. Как часто прозревается упадок, запустение и рассеяние семейств, забывших заповеди Божии, отрекшихся от завещаний отеческих и материнских. Прозревать безутешную будущность непокорного сына, неблаговоспитанной дочери, неблагодарного друга – ужасающая скорбь. Все мы так или иначе связаны семейным союзом. И если в этой связи замечается ослабление скрепляющих нитей, то невольный ужас объемлет душу при одном представлении о том, как эта нить порвется. Когда порвется нить нравственных отношений между близкими, то порвутся с ней и радости земной жизни; горе, рассеяние и запустение; мерзость запустения станет на месте святе, по выражению пророка.

  Далее, Евангелие сообщает, что Христос в Иерусалиме прибыл в храм Божий. Здесь Он нашел такие беспорядки, такую продажность, что храм, с одной стороны, представлял шумную торговую площадь, с другой – вертеп разбойников. Чувства Спасителя были поражены такими безобразиями. Бесчиние в дому Божием возмутило даже Его кроткую душу.

  Мы, хотя и ученики Спасителя, этою скорбью смущаемся мало. Мы уже навыкли в дурных обычаях. Мы и сами располагаемся к тому, чтобы эти обычаи еще более умножались. Многие из нас этому способствуют. Но эти многие не крестоносцы.

  Отчаянно положение того народа, у которого храмы теряют право называться домом молитвы и благочиния. Там распадается общество и разлагается его духовная жизненность. Притязательный, корыстолюбивый, ленивый священнослужитель, невнимательный, рассеянный и развращенный мирянин сливаются воедино. Не благодать Божия призывается их устами, но их развращенное сердце ускоряет гнев Божий. Да хранит же нас Бог умножать собою кощунствующих и идолослужащих. Войдем со Христом в очищенный Им храм. Будем в нем благоговейны. Аминь.

 Великий понедельник

  Как все преходящее, прошла и святая Четыредесятница. Счастье и похвала Церкви тем, кто в течение ее узнал, что он идет вперед по пути жизни. Скорбь тем, кто пережил святую Четыредесятницу, не думая, что земная жизнь есть путь к небу. Благо и радость тем, кто в течение поста искал пользы своей душе. Грустно за тех, кто и в это душеспасительное время не замечал, что у него есть душа. Проведшие честно пост ждут теперь праздника Воскресения Христова. Отнесшиеся же к посту равнодушно не имеют должного понятия о празднике и все продолжают свою работу – работу, по выражению святого Павла, истления (Рим. 8:21).

  Теперь мы вступили уже на крестный путь Христа. Как идти и что нам делать в дороге, чтобы наш путь не был полон уныния?

  Ни в какое другое время, как в эту неделю, для христианина так не обязательно самоуглубление. В это время чтения Евангелия невольно охватывают человека завещанием Иисуса Христа: не любить мира, но полюбить Царство Христово. В эту неделю труд усиленной молитвы должен очистить и украсить душу и сделать ее способной к принятию высших внушений неба.

  На крестном пути нашем облегчается его трудность устремлением души к Богу. Только таким образом мы исторгаем из души плевелы и оставляем в ней простор для благодати. Розга плодоноснейшей лозы уже созрела и готова дать нам сок винограда Христова.

  На крестном пути нашем ежеминутно должна переноситься наша мысль к страдающему Христу. Сострадая Господу, душа страждет о себе самой. Есть слезы надрывающие, слезы тоски, уныния, досады; есть же слезы сострадания, любви, утешения и благодарности. На этих слезах растут упования, и ими возращается наше истинное счастье, счастье непреходящее. Блаженны те очи, которые будут источать такие слезы при слышании о Господе, умалившемся и смирившемся, как раб.

  Лучшего времени для христианина на земле быть не может, как грядущие теперь, день за днем, две недели – Страстная и Светлая. Не знаем, так ли хороша эта Святая седмица там, за пределами жизни, как здесь! Эти две недели на земле есть исключение из общего правила суетливой жизни.

  В эти недели поистине и воочию Иисус Христос является душе.

  Господа ради оберегитесь, чтобы суета не взяла вас от храма и чтобы эта седмица страстей Христовых не была, подобно прочим седмицам, нескончаемой неделей наших собственных погибельных страстей.

  Се Жених грядет! Души благочестивые, идите Ему навстречу... Аминь.

Протоиерей Валентин Амфитеатров

Неделя ва́ий (цветоно́сная, Вербное воскресенье).
Вход Господень в Иерусалим.

         За неделю до Пасхи празднуется Вербное воскресенье, или Вход Господень в Иерусалим. Перед началом Страстной недели, посвященной воспоминанию о страданиях и смерти Христа, – светлый праздник, который и теперь, спустя две тысячи лет, остается по-своему загадочным. Почему? Да потому, что событие это – торжественное вступление Христа в Иерусалим, восторженные толпы, встреча Его как царя восклицаниями «Осанна!» и, главное, тот факт, что Христос Сам захотел, Сам вызвал это торжество, – на первый взгляд противоречит всему, что мы знаем о Нем из Евангелия.

         Ибо если чего избегал, от чего всегда уходил Христос на протяжении всего Своего земного служения, – это от внешнего успеха, от земной славы и власти. Апостол Павел определил земной облик Христа и образ Его служения словом «истощание», т.е. самоопустошение. «Христос, – говорит он, – истощил Себя, образ раба принял. В подобии человеческом был и смирил себя до смерти, смерти же крестной» (ср.: Флп. 2:7–8). Все христианское предание издревле применяло к Христу слова пророка Исаии о страдающем слуге Божием. Нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое. Он был презираем, и мы ни во что ставили Его (Ис. 53:2–4).

        Но вот посреди всего этого смирения и самоумаления – слава, торжество, внешние признаки власти и господства! И многие столетия перед сумраком страстных дней вспоминают христиане это торжество. Внезапно поднимаются в переполненных храмах тысячи рук с вербами и зажженными свечами, и снова гремит, как тогда: «Осанна!»

        Но как часто, празднуя, мы забываем о смысле праздника! Как все в нашей жизни легко и незаметно превращается в обычай, в обряд, над смыслом которых не принято слишком задумываться! Что происходит, когда поднимаем мы вербы, приветствуя смиренного Учителя, въезжающего в Святой Город на осленке? Из евангельского чтения праздника известно, что тогда потрясеся весь град (Мф.21:10). А во мне, в нас, совершающих этот обряд, происходит ли какое-нибудь потрясение? Или, исполнив его, мы с чистой совестью возвращаемся домой? И не потому ли от христианства отошли и отходят миллионы людей, что все оно стало древним и непонятным обрядом, про который сами верующие не знают, зачем нужно его блюсти. Поэтому постараемся вспомнить, вникнуть, вглядеться в то, что было тогда, дабы узнать, что совершается, что может совершиться сегодня.

        Христос провозглашал приближение Царства Божия. Что есть Царство Божие? Победа над злом, торжество добра, света и любви, полнота знания и радости, мир в Духе Святом. Это Царство всех тех, кто узнали и приняли в Христе возможность иной жизни – жизни, торжествующей над злом и ненавистью, над разделением и распадом, а напоследок – над самой смертью. Это Царство «жизни нестареющей» , это вечная радость знающих Бога и в Нем всем обладающих. И многие верили Христу, следовали за Ним, но все же не понимали Его учения о Царстве до конца. Им все казалось (как слишком многим кажется и теперь), что Христос говорит о нездешнем мире, о том, что настанет в каком-то таинственном «после», а здесь и сейчас по-прежнему будут царить зло, грубая сила и ненависть, борьба «всех против всех». Ведь и сегодня враги религии говорят, что христианство всегда учило примирению со злом и несправедливостью в этом мире, обещая блаженство в мире будущем.

        Ответ на все это – праздник Входа Господня в Иерусалим, светлое и радостное Вербное воскресенье. Люди того времени верили, что Иерусалим – Святой Город, где откроется Царство Божие, откуда начнется победа Бога. И Христос исполнил эту веру, как бы говоря: «Да, здесь и сейчас, на земле, в нашем времени и пространстве начинается победа света над тьмой, открывается Царство Божие!» И вот Христос несколько часов был Царем на этой земле. И люди, такие же, как мы, встречали и принимали Его как Царя. О, они знали, конечно, что на смиренном животном восседает нищий Учитель. Они видели, как не похож Он на властителей, окруженных привычными символами земного могущества. Они понимали, наверное, что Его вход в Иерусалим был вызовом всем властям, что Царь этот воцарился без всякого насилия и устрашения, но только добром, только любовью, только обращением к сердцу человека. И потрясеся весь град, а вместе с ним потряслись основания всякой земной силы и власти. Словно кто-то произнес: «Разве это власть? Разве это сила? Не бойтесь, сила только в добре, власть только в любви, и нет, не должно быть другой силы, другой власти». И важнее всего то, что произошло это на нашей земле, в нашей истории.

        Вот почему, поднимая свои вербы и воспевая «Осанна», мы, в сущности, вновь приносим присягу верности единственному, ни на кого не похожему Царю царей. И, вопреки собственной слабости и маловерию, заявляем: «Да, мы хотим быть верными Царству добра и любви, мы обещаем все в нашей жизни проверять только им!» И только от нас зависит, сдержать это обещание или изменить ему.    
Протоиерей Александр Шмеман.

 Неделя 5-я Великого поста. Прп. Марии Египетской

Ныне прославляется святая Мария Египетская, из великих грешниц – великая праведница. Итак, радуйтесь, грешники! Вам не только отверста дверь покаяния, но и открыт чертог славы. Смотрите, чем была Мария и чем стала, и воодушевитесь к мужественному течению ее путем.

Воззвал ее Господь, она встала и пошла и, пошедши, уже не возвращалась вспять. Зовет и нас всех ныне Господь: и кто не отозвался на сие Его милостивое призвание? Почти все уже поговели, исповедались и Святых Тайн причастились, то есть вняли призванию и восстали. Пойдемте же теперь неуклонно и тем путем, каким пошла Мария, восстав от падения, чтоб достигнуть и того, чего достигла она напоследок.

Святая Мария, покаявшись, все оставила и, прешедши Иордан, там, в пустыне, проводя жестокое житие, очистилась от страстей и спаслась. Вот образец! Готовьтесь на подражание.

Как действовать, может быть, никто из нас не давал обета буквально; но все должны поступать именно так, если смотреть не на внешний образ действий, а на их дух и силу.

Удалившись в пустыню, святая Мария отстранилась от прелестей мира и отстранила тем все искушения со стороны их. Грех после сего мог влечь ее только чрез плоть. Но и плоти не было покоя в пустыне. Пост, долулегание, зной и холод истощали ее. И вот два мощные способа, чрез кои устояла она в борьбе и одолела трех: удаление от мира и истощение плоти.

Истощение плоти есть способ, всем нам понятный и подручный. Умали меру пищи, назначь себе побольше труда и поменьше отдыха и сна, вместо мягкости избери жесткое, вместо тепла – холод, вместо распущенности – напряжение, вместо всяких плотских утех – самоозлобление, и будешь истощать и измождать плоть свою и тем замаривать страсти, имеющие в ней свое седалище. Но как от мира удалиться нам, живущим в мире?

Есть удаление от мира телом – это удаление в пустыню. Но есть удаление от мира, не выходя из мира, – удаление от него образом жизни. Первое не всем уместно и не всем под силу, а второе для всех обязательно и всеми должно быть выполнено. И вот к сему то приглашал нас святой Андрей в своем каноне, когда советовал удалиться в пустыню благозаконием. Итак, брось обычаи мира, и всякое твое действие, и всякий шаг так совершай, как повелевает благий закон евангельский, и среди мира будешь жить, как в пустыне. Между тобою и миром сие благозаконие станет как стена, из-за которой не виден будет мир. Он и пред глазами у тебя будет, но не для тебя. У мира будут свои чередования изменений, а у тебя – свой чин и свои порядки. Он пойдет в театр, а ты в церковь; он будет танцевать, а ты класть поклоны; он будет на гулянье, а ты дома в уединении; он в празднословии и смехотворстве, а ты в молчании и богохвалении; он в утехах, а ты в трудах; он в чтении пустых романов, а ты в чтении Божия слова и отеческих писаний; он на балах, а ты в беседе с единомысленным или с духовным отцом; он в корыстных расчетах, а ты в самопожертвовании; он в мечтаниях страстных, а ты, в богомыслии. И так начертай во всем себе правила и заведи порядки жизни, противоположные обычаям мира, и будешь в мире вне мира, как в пустыне. Ни тебя не будет видно в мире, ни мира в тебе. Ты будешь в мире пустынножитель. И станешь подражателем святой Марии без удаления в пустыню.

Если, как помянул я, присоединишь к сему и то, чтоб тело свое держать в пощении, трудах, бдении и вообще в лишении всякого покоя, то будешь обладать обоими способами, какими одолела свои страсти святая Мария и спаслась.

Сокращу это в двух словах: бегай покоя плоти и заведи порядки жизни, противоположные обычаям мира, или огради себя благозаконием. Сделай так: одолеешь страсти и ты; и спасешься.

Ибо вот что будет у тебя, как учит святой Исаак; если ты возобладаешь сими двумя способами: покорность чувств, трезвость ума, кротости помыслов, светлые движения мысли, рачительность к делам, высокие и тонкие умопредставления, слезы, не знающие меры; память смертная, чистое целомудрие, далекое от всякого мечтания, искушающего мысль, таинственные понятия, какие ум постигает при пособии Божиих словес, страх, отсекающий леность и нерадение и погашающий всякое вожделение, – а в конце всего свобода истинного человека, душевная радость и воскресение со Христом во Царствии. Вот и спасение.

Если же кто вознерадит о сих двух способах, то пусть знает, что не только повредит он себе во всем, но поколеблет и самое основание добродетелей. И как они, если кто удержит их в себе и пребудет в них, суть начало и глава Божественного делания в душе, дверь и путь ко Христу; так, если кто отступит и удалится от них, то придет к противоположным им порокам: плотоугодию и телесному скитанию, то есть хождению по обычаям мира, кои открывают вход в душу всем грехам и всем страстям.

Ибо поблажь только обычаям мира, кои все суть не что иное, как телесное скитание, – поблажь только сему скитанию, смотри, что будет от сего! Неуместные и неожиданные сходбища (я продолжаю слово святого Исаака), приближающие к падениям, мятеж сильных ощущений, возбуждаемых видением, быстрое воспламенение овладевающее телом, неудержимые помыслы, стремящиеся к падению, охлаждение любви к делам Божиим и совершенное оставление правил новой жизни твоей, возобновление забытых худых дел и обучение иным, которых прежде не знал. И страсти, которые, по благодати Божией, были уже умерщвлены в душе и истреблены забвением памятований, хранящихся в уме, снова начнут приходить в движение и понуждать душу к их деланию. Вот что откроется в тебе вследствие одной первой поблажки, то есть скитания тела по обычаям мира и нетерпеливости в перенесении скорбного пребывания в новом порядке жизни. А что произойдет от плотоугодия и особенно чревоугодия, того и перечислить нельзя. Отсюда тягость в голове, великое отягощение в теле и расслабление в мышцах, оставление молитвенных правил, леность класть поклоны, омрачение и холодность сердца, огрубелость ума и помыслов, омрачение, густой и непроницаемый туман, простирающийся по всей душе, сильное уныние и скука при всяком деле Божием, а также и при чтении неспособность вкушать сладость словес Божиих, мыслей скитание по всей земле, скверные призраки, наполняющие душу и разжигающие похоть; непрестанное и нестерпимое разжжение во всем теле, а отсюда новые обольстительные помыслы, с коими сочетаваясь душа падает в страсти бесчестия, сначала в себе – сосложением, а потом и вне – самым делом.

Вот горькие плоды от скитания по обычаям мира и всякого упокоения плоти! Знает враг, что кто поддастся им, тот верною ему будет добычею. Почему всячески покушается или расстроить заведенные новые порядки доброй жизни, или склонить к какой-либо поблажке плоти. Поступись в одном, впадешь и в другое, а при том и другом не избежишь падения в грех и возвращения прежних страстей. Поблажь плоти, она приведет тебя к поблажке и обычаям мира. Или поблажь обычаям мира, они приведут тебя к поблажке и плоти. Один враг передавать тебя будет другому, не отставая и сам; и вдвоем потом всякий раз увлекут тебя в падение. Зная беду сию, стой твердо в начатом. За плоть будет стоять животолюбие, за мир – человекоугодие. Противопоставь им ощущение истинного живота в озлоблении плоти и общение с истинными человеками в отвержении обычаев мира. Начнет ныть плоть, и тосковать душа, вооружись терпением. Воодушевляй себя тем помышлением, что все одно – смерть впереди. От поблажки плоти и миру смерть чрез падение в грех – смерть истинная и вечная. Плоть и мир тоже стращают смертию тех, кои идут против требований их, но эта смерть – призрачная, не действительная, а выдумываемая врагом для устрашения нас. Обречем лучше себя на сию смерть во спасение, чтоб избежать смерти пагубной.

Трудно, конечно, это, посему и называется путь сей путем тесным и прискорбным, только к нему приложено неложным Богом утешительное обетование, что он вводит в Живот. Но ведь только безумные, как говорит святой Исаак, малый, близкий покой предпочитают отдаленному Царству, не зная, что лучше потерпеть мучение в подвиге, нежели покоиться на ложе земного царства и быть осуждену за леность. Мудрым вожделенна смерть, только бы не подпасть обвинению, что какое-либо из дел своих исполнили без трезвости. Не унывай, когда дело о том, что доставит тебе жизнь, и не поленись за то умереть.

Такими помышлениями и такими отеческими наставлениями укрепляйте свою решимость стоять в новых добрых порядках жизни, в противоположность обычаям мира, и плоти угодия не творить в похоти. Сим избежите вы мучительного дела – раболепства греху – и скоро войдете в свободу чад Божиих, когда, силою Божиею укрепляемые, уже беспрепятственно, без усилий, без особых жертв, начнете ходить в заповедях и повелениях Божиих, как сыны ходят в дому отца своего. Аминь.

Святитель Феофан Затворник

 

22 марта

Святых сорока́ мучеников, в Севастийском е́зере мучившихся.

В 313 году Святой Константин Великий издал указ, согласно которому христианам разрешалась свобода вероисповедания и они уравнивались в правах с язычниками. Но его соправитель Ликиний был убежденным язычником и в своей части империи решил искоренить христианство, которое значительно распространилось там. Ликиний готовился к войне против Константина и, боясь измены, решил очистить от христиан свое войско.

В то время в одном армянском городе Севастии одним из военачальников был Агриколай, ревностный сторонник язычества. Под его началом была дружина из сорока каппадокийцев, храбрых воинов, которые вышли победителями из многих сражений. Все они были христианами. Когда воины отказались принести жертву языческим богам, Агриколай заключил их в темницу. Войны предались усердной молитве и однажды ночью услышали глас: «Претерпевший до конца, тот спасен будет».

На следующее утро воинов вновь привели к Агриколаю. На этот раз язычник пустил в ход лесть. Он стал восхвалять их мужество, молодость и силу и снова предложил им отречься от Христа и тем снискать себе честь и расположение самого императора. Снова услышав отказ, Агриколай велел заковать воинов. Однако старший из них, Кирион, сказал: «Император не давал тебе права налагать на нас оковы». Агриколай смутился и приказал отвести воинов в темницу без оков.

Через семь дней в Севастию прибыл знатный сановник Лисий и устроил суд над воинами. Святые твердо отвечали: «Возьми не только наше воинское звание, но и жизни наши, для нас нет ничего дороже Христа Бога». Тогда Лисий велел побить мучеников камнями. Но камни летели мимо цели; камень, брошенный Лисием попал в лицо Агриколаю. Мучители поняли, что Святых ограждает какая-то невидимая сила. В темнице воины провели ночь в молитве и снова услышали утешающий их голос Господа: «Верующий в Меня , если и умрет, оживет. Дерзайте и не страшитесь, ибо восприимете венцы нетленные».

На следующий день суд и допрос перед мучителем повторился, воины же остались непреклонны.

Стояла зима, был сильный мороз. Святых воинов раздели, повели к озеру, находившемуся недалеко от города, и поставили под стражей на льду на всю ночь. Чтобы сломить волю мучеников, неподалеку на берегу растопили баню. В первом часу ночи, когда холод стал нестерпимым, один из воинов не выдержал и бросился бегом к бане, но едва он переступил порог, как упал замертво. В третьем часу ночи Господь послал отраду мученикам: неожиданно стало светло, лед растаял, и вода в озере стала теплой. Все стражники спали, бодрствовал только один по имени Аглаий. Взглянув на озеро он увидел, что над головой каждого мученика появился светлый венец. Аглаий насчитал тридцать девять венцов и понял, что бежавший воин лишился своего венца. Тогда Аглаий разбудил остальных стражников, сбросил с себя одежду и сказал им: «И я – христианин!» – и присоединился к мученикам. Стоя в воде он молился: «Господи Боже, я верую в Тебя, в Которого эти воины веруют. Присоедини меня к ним, да сподоблюсь пострадать с Твоими рабами».

Наутро истязатели с удивлением увидели, что мученики живы, а их стражник Аглаий вместе с ними прославляет Христа. Тогда воинов вывели из воды и перебили им голени. Во время этой мучительной казни мать самого юного из воинов, Мелитона, убеждала сына не страшиться и претерпеть все до конца. Тела мучеников положили на колесницы и повезли на сожжение. Юный Мелитон еще дышал, и его оставили лежать на земле. Тогда мать подняла сына и на своих плечах понесла его вслед за колесницей. Когда Мелитон испустил последний вздох, мать положила его на колесницу рядом с телами его святых сподвижников. Тела святых были сожжены на костре, а обуглившиеся кости брошены в воду, чтобы христиане не собрали их.

Спустя три дня мученики явились во сне блаженному Петру, епископу Севастийскому, и повелели ему предать погребению их останки. Епископ с несколькими клириками ночью собрал останки славных мучеников и с честью похоронил их.

«Настольная книга священнослужителя», т. 3

Крестопоклонная Неделя


Третье воскресенье Великого Поста называется — Крестопоклонная Неделя. В этот день (в субботу на всенощном бдении) торжественно на середину церкви выносится крест, и ему покланяются, и его целуют. Но ведь есть праздники Креста Господня — 14 августа или 27 сентября, где также торжественно на середину церкви выносится крест. Почему тогда то же самое делается еще раз и в Великом Посту? А вот для чего! Цель поста — побороться с самими собой, распять свои привычки и пристрастия. Дело это — непростое, необходимо себя постоянно понуждать. К середине поста энтузиазм ослабевает, человек к нему привыкает и перестает быть требовательным к себе. Вот тут то и самое время предложить ему утешение и укрепление. А что может верующее сердце укрепить больше, чем память о крестных страданиях Христа?

Прп. Ефрем Сирин желая настроить верующих постоянно держать в уме память о Кресте Господнем говорит: «Крест — воскресение мертвых. Крест — упование христиан. Крест — жезл хромых. Крест утешение бедных. Крест —низложение гордых. Крест — надежда отчаянных. Крест — отец сирот. Крест — хранитель младенцев. Крест — утешение скорбящих. Крест — слава мужей.

Крест — венец старцев. Крест — свет сидящих во тьме. Крест — мудрость невежд. Крест — проповедь пророков, спутник апостолов.

Крест — целомудрие дев и радость священников. Крест —основание Церкви, утверждение Вселенной. Крест — очищение прокаженных, восстановление расслабленных. Крест — хлеб алчущих, источник жаждущих. Крест — покров нагих… Ни на один час, ни на одно мгновение не будем оставлять Креста, и без него не станем ничего делать. Но спим ли, встаем ли, работаем ли, едим ли, пьем ли, идем ли в путь, плаваем ли по морю, переходим ли реки, будем украшать себя Животворящим Крестом и не убоимся „ужасов в ночи, стрелы, летящей днем, язвы, ходящей во мраке, заразы, опустошающей в полдень“ (Пс. 90:5-6)[1]».

Свт. Феофан Затворник в своих письмах говорит о теме креста как о спасительном крестоношении на всю жизнь:

«Есть крест внешний — на плечах лежит. Это скорби, беды, лишения, болезни…нападки, напраслины.

Есть крест внутренний — самоотвержение с самоумерщвлением.

Есть крест — духовный, Божий или Божественный — распятие по воле Божией.

Кресты эти один из другого рождаются. Последний обозначается преданностью в волю Божию, тихой, молчаливой, упокоительной; второй — борьбою с самим собою, безжалостной к себе; третий — терпением неприятностей. Сколько крестов, столько и крестоношений. Все они неразлучны бывают до гроба; только иной раз один чувствительней, в другой раз — другой или третий. Однако же вступают они в дело или налагаются постепенно… и быв наложены, остаются… Трисоставный Крест»[2].

«… Когда Господа сняли со Креста, Крест остался на Голгофе, а потом его сбросили в бывшую там яму, куда бросали эти орудия казни вместе со всяким другим сором. Скоро Иерусалим был разорен, и все здания его сровнены с землею. Засыпанною оказалась и яма, где брошен Крест Господень. Когда город восстанавливали язычники (иудеям запрещено было и приближаться к месту, где он был), случилось так, что на том месте, где скрыт был Крест Господень, они поставили идола Венеры — языческой богини блуда и всяких похотей. Враг так внушил им.

Так бывает и с внутренним нашим крестом. Когда враг разорит духовный строй в душе, сей наш мысленный Иерусалим, тогда и крест духовный сбрасывается с высоты Голгофы сердечной и заваливается хламом сластей и похотей, и похотное самоугодие, как башня, возвышается над всем внутренним миром нашим, и всё в нас поклоняется ему и его мановениям, пока не озарит благодать, не воодушевит свергнуть сего идола и воздвигнуть крест самораспятия»[3].

Свт. Игнатий (Брянчанинов) обобщая мысли церковных писателей о крестоношении говорит:

«Взять крест свой — значит великодушно переносить те насмешки и поношения, которыми мир осыпает последователя Христова, те скорби и гонения, которыми грехолюбивый и лепотствующий мир преследует последователя Христова…

Взять крест свой — значит добльственно претерпевать тяжкий невидимый труд, невидимое томление, мученичество ради Евангелия при борьбе с собственными страстями, с живущим внутри нас грехом, с духами злобы, которые с яростью восстанут против нас и с ожесточением воспротивятся нам, когда мы вознамеримся свергнуть с себя иго греха и подчиниться игу Христову…

Взять крест свой — значит с покорностью и смирением подчиниться тем временным скорбям и бедствиям, которые благоугодно Божественному Промыслу попустить нам в очищение наших согрешений, тогда крест служит человеку лестницей от земли на Небо…

Взять крест свой — значит добровольно и с усердием подчиниться лишениям и подвигам, которыми обуздываются… стремления нашей плоти…

Что значит взять крест и взять крест именно свой? Это значит, что каждый христианин должен терпеливо переносить именно те оскорбления и те гонения от мира, которые его постигают, а не какие-то другие.

Это значит, что каждый христианин должен с преданностью воле Божией, с исповеданием правосудия и милосердия Божия, с благодарностью Богу переносить те именно скорби и лишения, какие попустит ему Божественный Промысл, а не другие какие-то, рисуемые и предлагаемые гордостным мечтанием…

Это значит — довольствоваться именно теми телесными подвигами, которые соответственны нашим телесным силам, в которых именно нуждается наша плоть для содержания её в порядке, а отнюдь не стремиться, увлекаясь тщеславным усердием, по выражению святого Иоанна Лествичника, „к усиленному посту, к усиленному бдению и прочему безмерию в подвигах, разрушающему телесное здоровье и направляющему дух к самомнению и самообольщению…“»[4]. Аминь.



[1]  Цит. по: Булгаков С. В. Настольная книга священнослужителя. Т. 1. М., 1993. С. 573-574.

[2] Святитель Феофан Затворник. Собрание писем. Письмо № 986. М., 1899. С. 115-116.

[3] Феофан Затворник, святитель. Собрание писем. Письмо № 493. М., 1899. С. 166.

[4] Игнатий (Брянчанинов), епископ. Поучение в третью Неделю поста. О крестоношении. Аскетическая проповедь. Т. 4. СПб., 1905. С. 92-94.

 

Неделя 2-я Великого поста. Свт. Григория Пала́мы, архиеп. Фессалони́тского

 

Второе воскресенье Великого поста Церковь посвящает памяти святителя Григория Паламы, покровителя христианских молчальников и молитвенников, которых называли в старину безмолвниками, подвижниками. Они старались сохранять тишину в сердце, скрываясь в далеких обителях на горе Афон, отрезанные от всего мира морем, скалами. В пещерах, где они жили, многие живут и до сих пор. Почему же именно этого святого, покровителя молчальников, мы прославляем сегодня во дни Великого поста? Потому что именно в это время нам важно узнать или напомнить себе о значении молчания и безмолвия.

Какова наша жизнь? Она проходит всегда в бесконечном шуме и суете. Весь быт современного человека сопровождается массой звуков, шумами окружающей жизни. Человек, особенно живущий в городе, постоянно слышит шум: ревут автомобили, идут толпы. Врачи говорят, что это разрушает здоровье людей. Но мы с вами будем говорить о другом. Это рассеивает наше душевное сосредоточение, мы с вами уже отвыкли от тишины. Многие из нас, оказавшись дома на мгновение в тишине, уже чувствуют себя неловко и неспокойно. В голове у нас постоянно какие-то праздные мысли, и вместе мы не можем спокойно помолчать, а сколько лишних слов… И вся эта сумятица, суета, пожирающая нашу жизнь, не дает человеку обратиться к себе, вспомнить самое главное, прийти в себя. Сутолока продолжается до самого последнего нашего издыхания.

Иногда, когда болезнь жесткой рукой остановит наш бег, прикует нас к постели, и мы вдруг окажемся оторванными от всеобщего бега, нам удастся побыть наедине с собой. В такие минуты мы начинаем думать. А для чего же мы жили? Куда бежали? Чего ради торопились? Откуда этот шум в сердце, в мыслях, вокруг? Не надо ли было раньше хотя бы изредка искать себе несколько минуток внутреннего покоя, внутренней тишины? Как может прийти Божественная благодать к человеку, как может она его осенить и озарить, когда он оглушен, когда он слеп и в своем беге не отдает себе отчета, куда и зачем он бежит, и не слышит голоса Божия.

Голос Божий звучит всегда в тишине. Если вы хотите его услышать, постарайтесь вырвать из суток хотя бы несколько мгновений. Для этого нам Церковь дает правило: несколько минут прочесть молитвы, прийти в себя и подумать, каков был мой прошедший день? Каков будет мой следующий день? Для чего все это? Это важно, так важно… Кто хочет узнать волю Божию, ищите тишины.

Кто хочет собрать свои мысли и чувства – ищите тишины, потому что наши мысли и чувства разбегаются, не подчиняются нам, мы живем всегда в рассеянности. Но истинная духовная жизнь человека происходит только в собранности. Надо собрать свои мысли и чувства в тихий очаг в глубине сердца, чтобы там наступило молчание, в котором Бог произносит Свое Слово, обращенное к тебе. Если мы не будем заставлять, принуждать себя к молчанию, если мы останемся подвластны житейскому шуму, бесконечному бегу, то у нас вся жизнь пройдет на поверхности, без глубины, без духовности, без настоящей встречи с Господом.

Вот для чего нам следует вспомнить о молчальниках, вот почему Церковь призывает нас бороться с пустословием, празднословием, напрасной болтовней, употреблением дара языка во зло себе. «Положи, Господи, хранение устам моим, у дверь ограждения о устах моих», – говорит нам Священное Писание. Вот об этом мы молимся, мы просим Господа, а Он ждет от нас, чтобы и мы поучаствовали, чтобы захотели этого, чтобы мы получили дар Божий – молчание в тишине Его благословения. Аминь.

прот. Александр Мень

Об участии верных в Евхаристии

Евхаристия — главное Таинство Церкви,  установленное Господом Иисусом Христом накануне Его спасительных страданий, крестной смерти и воскресения. Участие в Евхаристии и причащение Телу и Крови Христовым является заповедью Спасителя, через Своих учеников сказавшего всем христианам: «Приимите, ядите: сие есть Тело Мое» и «пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета» (Мф. 26, 26-28). Сама Церковь есть Тело Христово, а потому Таинство Тела и Крови Христа видимым образом являет мистическую природу Церкви, созидая церковную общину.

Духовная жизнь православного христианина немыслима без причащения Святых Таин. Приобщаясь Святых Даров, верующие освящаются силой Святого Духа и соединяются со Христом Спасителем и друг с другом, составляя единое Тело Христово.

Таинство Евхаристии требует особого к нему приготовления. В Церкви само время — будь то время человеческой жизни или история всего человечества — есть ожидание и приготовление для встречи со Христом, а весь ритм богослужебной жизни — ожидание и приготовление к Божественной литургии и соответственно к причащению, ради которого она и совершается.

I.

Практика причащения и подготовки к нему в истории Церквименялась и приобретала различные формы.

Уже в апостольскую эпоху в Церкви установилась традиция совершать Евхаристию каждое воскресенье (а по возможности — и чаще: например, в дни памяти мучеников), чтобы христиане могли постоянно пребывать в общении со Христом и друг с другом (см., напр., 1 Кор. 10, 16–17; Деян. 2, 46; Деян. 20, 7). Все члены местной общины участвовали в еженедельной Евхаристии и причащались, а отказ от участия в евхаристическом общении без достаточных к тому оснований подвергался порицанию: «Всех верных, входящих в церковь, и писания слушающих, но не пребывающих на молитве и святом причащении до конца, яко бесчиние в церкви производящих, отлучати подобает от общения церковного» (правило святых Апостол 9). Первохристианская практика причащения за каждой Божественной литургией остается идеалом и в настоящее время, являясь частью Предания Церкви.

Вместе с тем, количественный рост Церкви в III и особенно IV веках привел к переменам, в том числе в литургической жизни. С увеличением числа дней памяти мучеников и праздников евхаристические собрания начали совершаться все чаще, а присутствие на них каждого христианина стало считаться многими желательным, но необязательным — равно как и участие в причащении. Церковь противопоставила этому следующую каноническую норму: «Все входящие в церковь, и слушающие священные Писания, но, по некоему уклонению от порядка, не участвующие в молитве с народом, или отвращающиеся от причащения святыя Евхаристии, да будут отлучены от Церкви дотоле, как исповедаются, окажут плоды покаяния, и будут просити прощения, и таким образом возмогут получити оное» (2-е правило Антиохийского Собора).

Тем не менее, высокий идеал постоянной готовности к принятию Святых Таин оказался труднодостижим для многих христиан. Поэтому уже в творениях Святых Отцов IV века встречаются свидетельства о сосуществовании разных практик в отношении регулярности причащения. Так, святитель Василий Великий говорит о причащении четыре раза в неделю как о норме: «Причащаться же каждый день и приобщаться Святого Тела и Крови Христовой — хорошо и полезно, поскольку Сам [Христос] ясно говорит: Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь, имеет жизнь вечную. <...> Мы каждую неделю причащаемся четыре раза: в воскресенье, в среду, в пятницу и в субботу, а также и в прочие дни, если случится память какого-либо святого» (Послание 93 [89]). Менее полувека спустя святитель Иоанн Златоуст отмечает, что многие — в том числе монашествующие — стали причащаться один-два раза в году: «Многие причащаются этой Жертвы однажды во весь год, другие дважды, а иные — несколько раз. Слова наши относятся ко всем, не только к присутствующим здесь, но и к находящимся в пустыне, — потому что те [тоже] причащаются однажды в год, а нередко — и раз в два года. Что же? Кого нам одобрить? Тех ли, которые [причащаются] однажды [в год], или тех, которые часто, или тех, которые редко? Ни тех, ни других, ни третьих, но причащающихся с чистой совестью, с чистым сердцем, с безукоризненной жизнью. Такие пусть всегда приступают; а не такие [не должны причащаться] и один раз [в году]» (Беседы на Послание к Евреям 17, 4).

В IV веке была окончательно зафиксирована сложившаяся еще в доникейскую эпоху норма об обязательном евхаристическом посте — полном воздержании от пищи и питья в день причащения до момента принятия Святых Таин Христовых: «Святое таинство олтаря да совершается людьми не ядшими» (41-е [50-е] правило Карфагенского Собора; подтверждено 29-м правилом Трулльского Собора). Однако уже на рубеже IV–V веков некоторые христиане связывали причащение не только с соблюдением евхаристического воздержания перед литургией, но и, по свидетельству святителя Иоанна Златоуста, со временем Великого поста. Сам святитель призывает к более частому причащению: «Прошу, скажи мне: приступая к причащению раз в году, ты действительно считаешь, что сорока дней тебе достаточно для очищения грехов за весь [этот] период? А потом, по прошествии недели, опять предаешься прежнему? Скажи же мне: если бы ты, выздоравливая в течение сорока дней от продолжительной болезни, потом опять принялся за ту же пищу, которая причинила болезнь, то не потерял ли бы ты и предшествовавшего труда? Очевидно, что так. Если же так устроено физическое [здоровье], то тем более — нравственное. <…> [Всего] сорок — а часто и не сорок — дней ты посвящаешь здоровью души — и полагаешь, что умилостивил Бога? <...> Говорю это не с тем, чтобы запретить вам приступать однажды в год, но более желая, чтобы вы всегда приступали к Cвятым Таинам» (Беседы на Послание к Евреям 17. 4).

В Византии к XI–XII векам в монашеской среде установилась традиция причащаться только после подготовки, включавшей в себя пост, испытание своей совести перед монастырским духовником, прочтение перед причащением особого молитвенного правила, которое зарождается и начинает развиваться именно в эту эпоху. На эту же традицию стали ориентироваться и благочестивые миряне, поскольку монашеская духовность в Православии всегда воспринималась как идеал. В наиболее строгом виде эта традиция представлена, например, в указании русского Типикона (глава 32), который, в отличие от греческого, говорит об обязательном семидневном посте перед причащением.

В 1699 году в состав русского Служебника была включена статья под названием «Учительное известие». В ней, в частности, содержится указание и об обязательном сроке подготовки ко святому причащению — в четыре многодневных поста причащаться могут все желающие, а вне постов следует поститься семь дней, но этот срок может быть сокращен: «Аще убо кроме постов четырех обычных приступити ко святому причащению восхотят, седмь дний прежде да постятся, в молитвах церковных и домашних пребывающе (сие же не в нужде: в нужде бо три дни, или един день да постятся точию)».

На практике крайне строгий подход к подготовке ко святому причащению, имевший положительные духовные стороны, приводил, однако, и к тому что некоторые христиане подолгу не причащались, ссылаясь на необходимость достойной подготовки. Против такой практики редкого причащения была, в частности, направлена норма об обязательном причащении всех христиан Российской империи хотя бы раз в году, содержащаяся в «Духовном регламенте»[1]: «Должен всяк христианин и часто, а хотя бы единожды в год причащатися Святой Евхаристии. Сие бо есть и благодарение наше изящнейшее Богу о толиком смертию Спасителевою содеянном нам спасении... Того ради, аще который христианин покажется, что он весьма от святаго причастия удаляется, тем самым являет себе, что не есть в Теле Христове, сиесть, не есть сообщник Церкви».

В XIX — начале XX века благочестивые люди стремились причащаться хотя бы во все четыре многодневных поста. Многие святые того времени, среди которых — святитель Феофан Затворник, праведный Иоанн Кронштадтский и другие — призывали приступать к Святым Таинам еще чаще. По словам святителя Феофана, «мера [причащаться] в месяц однажды или два раза — самая мерная», хотя «ничего нельзя сказать неодобрительного» и о более частом причащении[2]. Каждый верующий может руководствоваться такими словами этого святого: «Святых Таин причащайтесь почаще, как духовный отец разрешит, только старайтесь всегда приступать и с должным приготовлением и паче — со страхом и трепетом, чтоб, привыкнув, не стать приступать равнодушно» [3].

Исповеднический подвиг Церкви в годы гонений ХХ века побудил многих священнослужителей и чад церковных переосмыслить существовавшую ранее практику редкого причащения. В частности, в 1931 году Временный Патриарший Синод в своем постановлении от 13 мая указал: «Пожелание касательно возможного частого причащения православных христиан, а для преуспевающих из них — и ежевоскресного признать приемлемым».

В настоящее время многие православные люди причащаются значительно чаще, чем большинство христиан в дореволюционной России. Однако практика частого причащения не может быть автоматически распространена на всех без исключения верующих, поскольку частота причащения напрямую зависит от духовно-нравственного состояния человека дабы, по слову Златоуста, верующие приступали ко причащению Святых Таин «с чистою совестью, насколько нам это возможно» (Против иудеев. Слово III. 4).

 II.

Требования подготовки ко святому причащению определяются для каждого верующего церковными постановлениями и нормами, которые применяются духовником с учетом регулярности приобщения Святых Таин, духовного, нравственного и телесного состояния, внешних обстоятельств жизни, например, таких как занятость, обремененность попечениями о ближних.

Духовным отцом (духовником) человека является священнослужитель, у которого он постоянно исповедуется, который знаком с обстоятельствами его жизни и духовным состоянием. При этом верующие могут исповедоваться у иных священников в случае невозможности исповедоваться у своего духовника. Если нет духовника, то верующему следует обращаться с вопросами, касающимися причащения, к священникам того храма, где он желает причаститься.

Как духовнику, руководствующемуся церковными постановлениями и нормами и на основании их наставляющему христианина, так и причастнику необходимо сознавать, что целью подготовки является не внешнее выполнение формальных условий, но обретение покаянного состояния души, прощение обид и примирение с ближними, соединение со Христом в Святых Таинах. Пост и молитва призваны помочь готовящемуся ко причащению в обретении этого внутреннего состояния.

Памятуя о словах Спасителя, обличающего тех, кто возлагает на людей бремена тяжелые и неудобоносимые (см. Мф. 23, 4), духовникам следует осознавать, что неоправданная строгость, равно как и чрезмерное снисхождение способны воспрепятствовать соединению человека со Христом Спасителем, принести ему духовный вред.

Подготовка монашествующих к участию в Таинстве Евхаристии осуществляется в соответствии с Положением о монастырях и монашестве и внутренними уставами монастырей.

 1. Практика приуготовительного поста регулируется аскетической традицией Церкви. Пост в форме воздержания от скоромной пищи и удаления от развлечений, сопровождаемый усердной молитвой и покаянием, традиционно предваряет причащение Святых Таин. Продолжительность и мера поста перед святым причащением могут быть разными в зависимости от внутреннего состояния христианина, а также объективных условий его жизни. В частности, при острых или хронических заболеваниях, требующих особого режима питания, а для женщин — при беременности и кормлении пост может быть сокращен, облегчен или отменен. Это же касается и христиан, на временной или постоянной основе пребывающих в условиях светского общежития, предполагающего общее питание (войсковые подразделения, больницы, интернаты, спецшколы, места заключения).

Сложившаяся в наши дни практика, согласно которой причащающийся несколько раз в году постится три дня перед причащением, вполне соответствует преданию Церкви. Также приемлемой следует признать практику, когда причащающийся еженедельно или несколько раз в месяц, и при этом соблюдающий указанные Уставом многодневные и однодневные посты, приступает к Святой Чаше без дополнительного поста, либо сохраняя однодневный пост или пост в вечер кануна причащения. Решение по этому вопросу должно приниматься с благословения духовника. Требования подготовки ко святому причащению, адресованные к часто причащающимся мирянам, относятся и к священнослужителям.

Особый случай в отношении практики подготовки ко святому причащениюсоставляет Светлая седмица — неделя после праздника Пасхи Христовой. Древняя каноническая норма об обязательном участии всех верных в воскресной Евхаристии в VII веке была распространена и на Божественные литургии всех дней Светлой седмицы: «От святаго дня Воскресения Христа Бога нашего до Недели Новыя, во всю седмицу верные должны во святых церквах непрестанно упражняться во псалмех и пениях и песнех духовных, радуяся и торжествуя во Христе, и чтению Божественных Писаний внимая, и Святыми Таинами наслаждаяся. Ибо таким образом со Христом купно воскреснем, и вознесемся» (66-е правило Трулльского Собора). Из этого правила ясно следует, что миряне призываются причащаться на литургиях Светлой седмицы. Имея в виду, что на Светлой седмице Устав не предусматривает поста и что Светлой седмице предшествуют семь недель подвига Великого поста и Страстной седмицы, — следует признать соответствующей каноническому преданию сложившуюся во многих приходах Русской Православной Церкви практику, когда соблюдавшие Великий пост христиане в период Светлой седмицы приступают ко святому причащению, ограничивая пост невкушением пищи после полуночи. Аналогичная практика может быть распространена на период между Рождеством и Богоявлением. Готовящимся ко причащению в эти дни следует с особым вниманием блюсти себя от неумеренного потребления пищи и пития.

2.От приуготовительного постаследует отличать евхаристический пост в строгом смысле слова — полное воздержание от пищи и питья с полуночи до святого причащения. Этот пост канонически обязателен (см. выше 41-е [50-е] правило Карфагенского Собора). При этом требование евхаристического поста не применяется к младенцам, а также к лицам, страдающим тяжелыми острыми или хроническимизаболеваниями, предполагающими неопустительный прием лекарств или пищи (как, например, при сахарном диабете), и к умирающим. Кроме того, это требование, по усмотрению духовника, может быть ослаблено в отношении беременных и кормящих женщин.

Каноническое право предписывает воздерживаться в период подготовки ко святому причащению от супружеского общения. 5 правило Тимофея Александрийского говорит о воздержании накануне причастия.

Христиан, подверженных вредной привычке табакокурения, Церковь призывает отказаться от нее. Тем, кто не имеет пока для этого сил, надлежит воздерживаться от курения с полуночи, а по возможности — и с вечера в канун причащения.

Поскольку Литургия Преждеосвященных Даров согласно Уставу соединена с вечерней, совершение ее в вечернее время является уставной нормой (впрочем, на практике эта литургия обычно совершается утром).В соответствии с постановлением Священного Синода Русской Православной Церкви от 28 ноября 1968 года, «при совершении Божественной литургии Преждеосвященных Даров в вечерние часы воздержание для причащающихся от принятия пищи и пития должно быть не менее 6 часов, однако воздержание перед причащением с полуночи от начала данных суток весьма похвально и его могут держаться имеющие физическую крепость».

На не менее чем шестичасовую норму воздержания следует также ориентироваться при подготовке к причащению за Божественной литургией, совершаемой ночью (к примеру, в праздники Святой Пасхи и Рождества Христова).

3.Подготовка к причащению состоит не только в отказе от определенной пищи, но и в более частом посещении церковных богослужений, а также в совершении молитвенного правила.

Неизменной частью молитвенной подготовки является Последование ко святому причащению, состоящее из соответствующего канона и молитв. Молитвенное правило обычно включает в себя каноны Спасителю, Божией Матери, Ангелу Хранителю и другие молитвословия (см. «Правило готовящимся служити, и хотящим причаститися Святых Божественных Таинств, Тела и Крове Господа нашего Иисуса Христа» в Следованной Псалтири). Во время Светлой седмицы молитвенное правило состоит из Пасхального канона, а также канона и молитв ко святому причащению. Личное молитвенное правило должно совершаться вне богослужений, которые всегда предполагают соборную молитву. Особенное пастырское внимание требуется в отношении людей, духовный путь которых в Церкви лишь начинается и которые еще не привыкли к длительным молитвенным правилам, а также детей и больных. Следованная Псалтирь предполагает возможность замены канонов и акафистов Иисусовой молитвой и поклонами. В духе этого указания по благословению духовника упомянутое правило может быть заменено иными молитвословиями.

Поскольку литургия есть вершина всего богослужебного круга, присутствие на предваряющих ее службах — в первую очередь, вечерне и утрене (или всенощном бдении) — является важной частью подготовки к принятию Святых Тела и Крови Христовых.

Духовник или исповедующий священник в случае, когда человек отсутствовал на вечерней службе накануне причащения или совершил молитвенное правило не в полном объеме, должен побуждать его к тщательной подготовке ко причащению, но одновременно принимать во внимание обстоятельства его жизни и возможное наличие уважительных причин.

Приуготовляя себя к принятию Святых Христовых Таин за Божественной литургией чада Церкви должны собираться в храме к началу богослужения. Пренебрежением к Таинству Тела и Крови Христовых является опоздание на Божественную литургию, особенно когда верующие прибывают в храм после чтения апостола и Евангелия. В случае такого опоздания исповедающий или причащающий священник может принять решение не допустить человека к Святой Чаше. Исключение должно быть сделано для людей с ограниченными физическими возможностями, кормящих матерей, детей в младенческом возрасте и сопровождающих их взрослых.

По окончании Божественной литургии христианин должен выслушать в храме или прочесть благодарственные молитвы по святом причащении. Христианину следует всемерно стремиться к тому, чтобы, возблагодарив Господа в молитве за принятый дар, сохранять его в мире и благочестии, любви к Богу и ближнему.

Учитывая неразрывную связь причащения с Божественной литургией, духовенство не должно допускать практику, когда в отдельных храмах верным возбраняется приступать ко святому причащению в праздники Святой Пасхи, Рождества Христова, Богоявления, в родительские субботы и Радоницу.

 III.

Готовящийся ко святому причащению совершает испытание своей совести, предполагающее искреннее раскаяние в совершенных грехах и открытие их перед священником в Таинстве Покаяния. В условиях, когда многие приходящие в храмы еще недостаточно укоренены в церковной жизни,в связи с чем подчас не понимают значения Таинства Евхаристии или не осознают нравственных и канонических последствий своих греховных деяний, исповедь позволяет исповедующему священнику судить о возможности допустить кающегося к принятию Святых Христовых Таин.

В отдельных случаях в соответствии с практикой, сложившейся во многих приходах, духовник может благословить мирянина приобщиться Тела и Крови Христовых несколько раз в течение одной недели (например, на Страстной и Светлой седмицах) без предварительной исповеди перед каждым причащением кроме ситуаций, когда желающий причаститься испытывает потребность в исповеди. При преподании соответствующего благословения духовникам следует особо помнить о высокой ответственности за души пасомых, возложенной на них в Таинстве Священства.

В некоторых приходах имеет место длительное ожидание начала причащения мирян. Это происходит из-за долгого причащения духовенства при совершении соборных богослужений или совершения исповеди после запричастного стиха. Такое положение дел следует признать нежелательным. Таинство покаяния должно совершаться по возможности вне Божественной литургии, дабы не лишать исповедающего и исповедающегося полноценного участия в совместной Евхаристической молитве. Недопустимо совершение исповеди помогающим за литургией священником во время чтения Евангелия и евхаристического канона. Исповедь желательно проводить преимущественно с вечера или до начала Божественной литургии. Кроме того, важным является установление на приходах фиксированных дней и часов, когда священник в обязательном порядке присутствует для встречи с желающими общения с пастырем.

 IV.

Недопустимо причащаться в состоянии озлобленности, гнева, при наличии тяжелых неисповеданных грехов или непрощенных обид. Дерзающие приступать к Евхаристическим Дарам в таком состоянии души сами подвергают себя суду Божию, по слову апостола: «Кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. Оттого многие из вас немощны и немало умирает» (1 Кор. 11, 29-30).

При совершении тяжелых грехов применение канонов в части отлучения от причастия на длительные сроки (более чем на один год) может осуществляться только по благословению епархиального архиерея. В случае злоупотребления священником правом наложения прещений вопрос может быть передан на рассмотрение в церковный суд.

Каноны запрещают причащаться в состоянии женской нечистоты (2-е правило святого Дионисия Александрийского, 7-е правило Тимофея Александрийского). Исключение может быть сделано в случае смертной опасности, а также когда кровотечение продолжается длительное время в связи с хроническим или острым заболеванием.

 V.

Как отмечено в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви (Х. 2) и в определении Священного Синода Русской Православной Церкви от 28 декабря 1998 года, Церковь, настаивая на необходимости церковного брака, все же не лишает причащения Святых Таин супругов, состоящих в брачном союзе, который заключен с принятием на себя всех законных прав и обязанностей и признается в качестве юридически полноценного брака, но по каким-то причинам не освящен венчанием. Эта мера церковной икономии, опирающаяся на слова святого апостола Павла (1 Кор. 7, 14) и правило 72 Трулльского Собора, имеет в виду облегчение возможности участия в церковной жизни для тех православных христиан, которые вступили в брак до начала своего сознательного участия в таинствах Церкви. В отличие от блудного сожительства, являющегося каноническим препятствием ко причащению, такой союз в глазах Церкви представляет собой законный брак (за исключением тех случаев, когда законодательно допустимые «браки» — например, союз между близкими родственниками или однополое сожительство,
которые признаны в ряде стран, — с точки зрения Церкви недопустимы в принципе). Однако долг пастырей — напоминать верующим о необходимости не только заключения юридически действительного брака, но и освящения такового в церковном священнодействии.

Отдельному рассмотрению подлежат те случаи, когда лица проживают совместно длительное время, нередко имеют общих детей, но не состоят в церковном или зарегистрированном государством браке, причем одна из сторон такого сожительства не желает ни регистрировать отношения, ни венчаться. Такие сожительства греховны, а их распространение в мире является противлением замыслу Божию о человеке, опасно для института брака и не может получить никакого признания со стороны Церкви. При этом духовник, зная обстоятельства жизни конкретного человека, по снисхождению к немощи человеческой в исключительных случаях может допустить до причастия ту сторону, которая осознает греховность такого сожительства и стремится заключить законный брак. Не допускается до причастия тот сожитель, по вине которого не заключается брак. Если же хотя бы один из сожителей состоит в другом браке, то обе стороны не могут быть допущены до причастия без канонического урегулирования ситуации и принесения должного покаяния.

 VI.

Подготовка детей ко святому причащению имеет свои особенности. Ее продолжительность и содержание определяются родителями[4] в консультации с духовником и должны учитывать возраст, состояние здоровья и степень воцерковленности ребенка.

Родителям, регулярно приводящим к Святой Чаше своих детей, что является благом, необходимо стремиться к причащению вместе с ними (при невозможности одновременно причащаться обоим родителям — поочередно). Практика, когда родители причащают детей, а сами редко приступают ко святому причащению, препятствует укреплению в сознании детей необходимости участия в Евхаристической трапезе.

Первая исповедь перед причащением, согласно 18-му правилу Тимофея Александрийского, совершается по достижении возраста десяти лет, но в традиции Русской Православной Церкви первая исповедь происходит, как правило, в возрасте семи лет. При этом возраст совершения первой исповеди, а также частота совершения исповеди для ребенка в возрасте от 7 до 10 лет при ежевоскресном причащении должны определяться совместно духовником и родителями, с учетом индивидуальных особенностей в развитии ребенка и его понимания церковной жизни.

Для детей до трех лет евхаристический пост не является обязательным. По традиции, с трехлетнего возраста детей в православных семьях постепенно приучают к воздержанию от пищи и питья перед причащением Святых Таин. К семилетнему возрасту ребенок должен твердо привыкнуть причащаться натощак. С этого же времени следует учить ребенка прочитывать молитвословия ко святому причащению, содержание и объем которых определяются родителями в соответствии с возрастом, духовным и интеллектуальным развитием ребенка.

Восприемники должны принимать всемерное участие в воспитании детей в благочестии, в том числе побуждая их регулярно причащаться Святых Христовых Таин и помогая родителям приводить их ко Святой Чаше.

 * * *

 Евхаристия — центральное Таинство Церкви. Регулярное причащение необходимо человеку для спасения, в соответствии со словами Господа Иисуса Христа: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день» (Ин. 6, 53-54).



[1] Регламент или Устав духовной коллегии издан императором Петром I в 1721 году.

[2] Святитель Феофан Затворник. Письма. V, 757.

[3] Святитель Феофан Затворник. Письма. IV, 693.

[4] Здесь и далее: при отсутствии родителей или в случае лишения их прав соответствующие обязанности возлагаются на близких родственников, попечителей или опекунов.

http://www.patriarchia.ru/db/text/3981166.html

ТОРЖЕСТВО ПРАВОСЛАВИЯ

Первое воскресенье Великого Поста называется очень необычно — Торжество Православия. Торжество слово славянское, и означает оно — праздник. К нам он пришел из греческой Церкви, где первоначально была отмечена победа над иконоборческой ересью. Иконопочитание было восстановлено при патриархе Михаиле – в 842г. В трудной борьбе с ересями встал вопрос более конкретного  и твердого определения всех взглядов Церкви на многие сложные вопросы, и потому Вселенские Соборы определили точно «правила веры», чтобы утвердить истинное богопочитание. Потому в этот день празднуется не торжество иконопочитания, а Торжество Православия. Факт совпадения с первой неделей Великого поста стал не только историческим обоснованием, но и утешением верующих в дни поста, напоминанием живого общения в Церкви с теми, кто своими подвигами (и часто смертью) утверждал жизненность и значение Православия для духовного совершенствования.

Патриархом Мефодием был составлен  «чин» Торжества Православия. Со временем он менялся, но основные его положения были неизменны.

Известный проповедник XIX века митрополит Петербургский и Ладожский Палладий в проповеди на этот день говорит следующее: «В истине Православия ходит тот, кто исповедует Св. Христову веру, исповедует её не словом и языком, но делом и истиною (1 Ин. 3:28), так, как учил Начальник, Совершитель (Евр.12:2) и Учитель нашей веры Иисус Христос. В истине Православия ходит тот, кто приемлет Христову веру, как передали её и изъяснили св.пророки и апостолы в Богодухновенных своих писаниях: быв утверждены на основании апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем(Еф. 2:20).

В истине Православия ходит тот, кто твердо и несомненно содержит все догматы и коренные истины веры и благочестия, кто вполне и в точности верует во всё, что принято, установлено и утверждено Св. Соборною и Апостольскою Церковью, и отвергает всё, что отвергнуто ею; ибо Церковь есть столп и утверждение истины (1Тим.3:15)…

В истине Православия ходит тот, кто старается возможно усерднее и благоговейнее пользоваться Христовыми таинствами, старается исполнять св.заповеди, жить в благочестии, по уставам Церкви; кто часто и с усердием молится Богу, чтит праздники и дни воскресные, крестом и молитвою начинает и заканчивает всякое дело; кто по церковному порядку соблюдает посты и другие предписания Церкви…

В истине Православия ходит тот, кто не отделяется от единства веры и союза с Церковью и не удаляется на распутия пагубного иномыслия и раскола, твердо держится законных пастырей и повинуется им во всем, что относится ко спасению души, по слову Писания: «Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны»(Евр.13:17)…

В истине Православия ходит тот, кто не только верует святому Христову учению умом и сердцем, но исповедует эту веру устами, открыто и безбоязненно перед всеми во всяком месте и во всякое время, когда нужда того требует. Такой христианин на все вещи в мире смотрит очами веры, живой и деятельной[1]…».

Свт. Игнатий (Брянчанинов) в слове на первую неделю Великого поста поучает о православии: «Православие есть истинное Богопознание и Богопочитание, есть прославление Бога истинным познанием Его и поклонением Ему; Православие есть прославление Богом человека, истинного служителя Божия, дарованием ему благодати Всесвятого Духа. Дух есть слава христиан. Где нет Духа, там нет Православия…

Чтобы сохранить для нас этот залог, Святая Церковь исчисляет сегодня во всеуслышание те учения, которые порождены и изданы сатаною; которые —выражение вражды к Богу; которые клевещут на наше спасение, похищают его у нас. Как волков хищных, как змей смертоносных, как воров и убийц, Церковь обличает эти учения; охраняя нас от них и взывая из погибели обольщенных ими, она предает анафеме эти учения и тех, которые упорно держатся их.

Словом „анафема“ означается отлучение, отвержение. Когда Церковью предается анафеме какое-либо учение-это значит, что учение содержит в себе хулу на Святого Духа, и для спасения должно быть отвергнуто и устранено, как яд устраняется от пищи. Когда анафеме предается человек — это значит, что человек тот усвоил себе богохульное учение безвозвратно, лишает им спасения себя и ближних, которым сообщает свой образ мыслей…

Значение анафемы есть значение духовного церковного врачевства против недуга в духе человеческом, причиняющего вечную смерть. Причиняют вечную смерть все учения человеческие, вводящие свое умствование, почерпаемое из лжеименного разума, из плотского мудрования, — этого общего достояния падших духов и человеков, — в Богом открытое учение о Боге. Человеческое умствование, введенное в учение веры христианской, называется ересью, а последование этому учению — зловерием…

Ереси, будучи делом плотским, плодом плотского мудрования, изобретены падшими духами… Они ниспали в плотское мудрование более, нежели человеки… Плотское мудрование в области духов получило обширнейшее, полное развитие, какого оно только может достигнуть. Главнейший грех их — исступленная ненависть к Богу, выражающаяся страшным непрестанным богохульством… Существенная страсть их — гордость; они преобладаются чудовищным и глупым тщеславием; находят наслаждение во всех видах греха, вращаются постоянно в них, переходя от одного греха к другому… Не имея возможности совершать плотские грехи телесно, они совершают их в мечтании и ощущении; они усвоили бесплотному естеству пороки, свойственные плоти; они развили в себе эти неестественные им пороки несравненно более, нежели сколько они могут быть развитыми между человеками…

Страшное орудие в руках духов — ересь! Они погубили посредством ереси целые народы, похитив у них, незаметно для них, христианство, заменив христианство богохульным учением, украсив смертоносное учение наименованием очищенного, истинного восстановленного христианства.

Ересь есть грех, совершаемый преимущественно в уме. Грех этот, будучи принят умом, сообщается духу, разливается на тело, оскверняет самое тело наше, имеющее способность принимать освящение от общения с Богом и способность оскверняться и заражаться общением с падшими духами[2]…»

Будем держаться истин Православной веры и помнить слова из чина Торжества Православия: «Сия вера Апостольская, сия вера вселенную утверди».Аминь.



[1] Проповедническая хрестоматия. Т. 1. Поучения на все воскресные дни года. Издание Свято-Троицкого монастыря, 1963. С.640-641

[2] Игнатий (Брянчанинов), епископ. Слово в первую Неделю Великого Поста. О Православии. Аскетическая проповедь. Т. 4. Джорданвилль, 1984. С. 78, 79, 80, 81, 82

ПРОЩЕНОЕ ВОСКРЕСЕНИЕ

   В воскресном евангельском чтении мы слышали слова Господа: “Аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный. Аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших” (Мф.6,14-15). На кануне Великого поста Православная Церковь призывает нас к прощению наших обидчиков. Эти слова евангельского зачала повелевают нам оставить всякую ненависть и вражду на ближнего своего, примирится с ним, простив ему все обиды и неприятности причиненные нам. Святитель Игнатий Брянчанинов говорит: “Все желающие приступить к подвигу поста и молитвы, все желающие пожать плоды от своего покаяния, услышьте Слово Божие, услышьте завет Божий: простите ближним согрешения их пред вами[1]”.

  Праведный Иоанн Кронштадский  дает несколько практических советов, как приучить себя к прощению обид: “Если ты чувствуешь в сердце убийственное зло на ближнего, тебя мучат злые думы об обидах, причиненных тебе от него, — вот тебе средства избавиться от внутренней тесноты:

  а) Представь себе множество своих грехов и живо вообрази, как на тебе терпит их Владыка твоей жизни, как Он ежедневно и без числа отпускает тебе, если ты искренно молишь Его о том, согрешения твои.

  б) Чтобы не помнить тебе злобы против ближнего, а от души прощать его, вспомни, что ты сам не чужд злобы, равно как и всех других страстей.

  в) Зная по собственному опыту всю слабость, всю греховность человеческой природы, мы должны не ненавидеть, не презирать врагов наших, а, скорее, сожалеть о них.

  г) Если же при обидах и огорчениях закипает в сердце как бы невольно злоба и ненависть, направляй её не на брата, согрешающего против тебя, но на диавола — творца всякой вражды и злобы, на самый грех.

  д) Помни, что огорчением и раздражением не поправляется дело, а, напротив, еще больше расстраивается.

  е) Наконец, — чтобы поддержать в себе в минуту искушения истинно- христианское настроение и чувства, будем чаще взирать на Крест Господа нашего Искупителя. Он скорее напомнит нам о любви к ближнему, о снисхождении и прощении обид”[2].

   Свт.Василий Великий учит: “Не врачуйте зло злом, не старайтесь превзойти друг друга в бедствиях. В недобрых борьбах злосчастнее тот, кто победил, потому что с победы приносит больше греха. Не будь собирателем худой дани и еще более лукавым воздаятелем лукавого долга. Обидел тебя разгневанный? Останови зло молчанием… Ибо раздражение возбуждает ссору, ссора  родит ругательство, ругательства родят драку, драка — раны, а от ран нередко бывает смерть. Остановим зло в первом его начале, всеми мерами истребляя в душах гнев… Поэтому, если послушаешься меня, то к обидным словам другого от себя прибавь нечто. Он назвал тебя подлым, бесславным, нигде ничего не значущим? А ты назови себя землею и пеплом. Ты не честнее отца нашего Авраама, который так себя называет (Быт. 18:27). Он назвал тебя невеждою, нищим, человеком ничего не стоящим? А ты, говоря словами Давида, скажи о себе, что ты червь и ведешь начало от гусениц (Пс. 21:7). Присоедини к этому прекрасный поступок Моисея. Укоренный Аароном и Мариамной, не жало­ваться на них стал он Богу, но молиться за них. Чьим учеником желаешь ты лучше быть? Мужей ли богоугодных и блаженных, или людей, исполненных духом лукавства?…

   Когда смущает тебя искушение сказать укоризненное слово, представь, что должен ты решить о себе: приблизиться ли тебе к Богу долготерпением, или че­рез гнев перейти на сторону противника. Дай время своим помыслам избрать благую часть. И врагу — или окажешь некоторую пользу примером кротости, или сильнее отомстишь презрением.

   Может ли что быть для него болезненнее, чем видеть, что враг его выше обид? Не теряй благоразумия и не позволяй себе поддаваться обидчику… Он будет жалеть о том, что наговорил, а ты никогда не будешь раскаиваться в добродете­ли. Нужно ли говорить много? Ему укоризны его заградили Царствие Небесное. Ибо „досадители Царствия Божия не наследуют“ (1 Кор. 6:10). А тебе молчание уготовало Царство. Ибо, претерпевший до конца, спасен будет (Мф. 10:22)…

   Истреби в себе две мысли: не признавай себя достойным чего-либо велико­го и не думай, чтобы какой человек был многим ниже тебя по достоинству. В таком случае наносимые нам бесчестия никогда не приведут нас в раздражение”[3].

    Вступая на поприще Святой Четыредесятницы, мы должны простить друг другу прегрешения, чтобы и Бог нас простил. Иначе напрасны будут все наши труды в предстоящем посту. Не примет Господь и наших многочисленных земных поклонов, если в сердце нашем будут оставаться обиды и недоброжелательство к ближним. Преподобный Ефрем Сирин говорит: “Если ты, человек, не прощаешь всякого согрешившего против тебя, то не утруждай себя постом и молитвой… Бог не примет тебя[4]”.


[1] Чтение на каждый день Великого поста. – М.: Сретенский монастырь, 2009.С.60
[2] Цит. по: Дьяченко Григорий, протоиерей. Катехизические поучения. М., 1898. С. 557-558
[3] Василий Великий, святитель. Творения. Т. 2. На гневливых. Беседа 10. СПб.: Репринт, 1911. С. 162, 163, 164, 165
[4] Чтение на каждый день Великого поста. – М.: Сретенский монастырь, 2009.С.60

 

15 февраля —

Сретение Господа нашего Иисуса Христа

  Слово сретение в переводе со славянского языка означает встреча. Праздник Сретения Господня — это радость долгожданной Встречи с Богом, свершившейся некогда в Иерусалимском храме, происходящей и поныне в сердце каждого человека, ищущего Бога, Его Истины, сохраненной Церковью.

  В праздник Сретения Господня Церковь воспоминает важное событие в земной жизни Господа нашего Иисуса Христа (Евангелие от Луки 2, 22–40). В 40-й день по рождении Богомладенец был принесен в Иерусалимский храм — центр религиозной жизни богоизбранного народа. По закону Моисееву (Лев. 12) женщине, родившей младенца мужского пола, в продолжение 40 дней было запрещено входить в храм Божий. После этого срока мать приходила в храм с младенцем, чтобы принести Господу благодарственную и очистительную жертву. Пресвятая Дева, Матерь Божия, не имела нужды в очищении, ибо неискусомужно родила Источник чистоты и святости, но по глубокому смирению Она подчинилась предписанию закона.

  В то время жил в Иерусалиме праведный старец Симеон. Ему было откровение, что он не умрет, пока не увидит Христа Спасителя. По внушению свыше, благочестивый старец пришел в храм в то время, когда Пресвятая Богородица и праведный Иосиф принесли туда Младенца Иисуса, чтобы исполнить законный обряд. Богоприимец Симеон взял Богомладенца на руки, и благословив Бога, изрек пророчество о Спасителе мира: Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыка, по слову Твоему с миром, ибо видели очи мои спасение Твое, которое Ты уготовал пред лицем всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля (Лк. 2, 29–32). Эта молитва поется (в праздничные дни) или читается (во время вседневного богослужения) на каждой вечерне, чтобы уходящий день напоминал каждому верующему о вечере его земной временной жизни, который закончится исходом в вечную жизнь. Надо прожить на земле в мире с Богом, исполняя евангельские заповеди, чтобы, как святой старец Симеон, с радостью встретить нескончаемый светлый день в Царствии Небесном.

  Пресвятой Деве праведный Симеон сказал: Се лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий, и Тебе Самой оружие пройдет душу, да откроются помышления многих сердец (Лк. 2, 35).

  На праздник Сретения Господня в храмах совершается чин освящения свечей. Многие люди приходят в этот день только для того, чтобы освятить пучок свечек, забывая о духовном значении праздника. В молитвах на освящение свеч в Сретение возносится Богу просьба о том, чтобы, как зажженные свечи своим светом разгоняют ночной мрак, так и наши души, просвещенные Духом Святым, избегали греховной тьмы («слепоты»).

  Со свечами вообще связано много суеверий, включая ворожбу и всевозможные гадания. Подобные действия не имеют ничего общего с православным вероучением

  На праздник Сретения свечи — это символ. Человечество в лице Симеона Богоприимца встречает Господа. В знак духовной радости и торжества зажигаются свечи. И сам Симеон Богоприимец называет Иисуса Христа светом к просвещению язычников (Лк. 2: 32).

  Приписывание "сретенским" (или любым другим) свечам "особых" свойств коренится не в христианском вероучении, а в языческом мировосприятии, когда человек желает, исполнив некий ритуал, приобрести талисман, защищающий от житейских бед и скорбей, и при этом не прилагать никаких усилий к исправлению своей жизни.

  Возжженная свеча - символ нашей пламенеющей и благодарной любви к Богу. Как писал святитель Филарет (Дроздов), митрополит Московский, "свет свечи должен означать благоговение к святой иконе и давать удобство видеть ее". Из этого следует также, что нет "более благодатных" или "менее благодатных" свечей, и, например, "Пасхальная" свеча не обладает большей "святостью", чем "обычная" освященная в церкви свеча.

  Святой праведный Иоанн Кронштадтский советовал: "Видя свечи горящие и лампады в церкви, восходи мыслию от огня вещественного к невещественному огню Духа Святаго: Бог наш есть огнь поядаяй (Евр. 12, 29)… Свеча или лампада напоминает нам о свете и огне духовном, напр., о словах Господа: Я - свет, пришедший в мир, да всяк веруяй в Мя во тьме не пребудет (Иоан. 12, 46), или: огня приидох воврещи на землю, и что хощу аще уже возгореся (Лк. 12, 49), или: да будут чресла ваша препоясана, и светилницы горящии, и вы подобни человеком, чающим господа своего, когда возвратится от брака, да пришедшу и толкнувшу, абие отверзут ему (Лк. 12, 35, 36), или: тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела, и прославят Отца вашего, Иже на небесех (Мф. 5, 16), - и самою вещию, самым существом своим учат нас соответствующим свету и огню духовным вещам или предметам, напр., чтобы сердца наши всегда горели любовью к Богу и ближнему, чтобы мы не допускали в себе возгораться страстям или геенскому огню, чтобы примером добродетельной жизни мы светили другим, как свеча светит нам в делах житейских…

  Ставить свечи перед иконами хорошо. Но лучше, если приносишь в жертву Богу огнь любви к Нему и к ближнему. Хорошо, если вместе бывает то и другое. Если же ставишь свечи, а любви к Богу и ближнему в сердце не имеешь: скупишься, не мирно живешь, - то напрасна и жертва твоя Богу…”

  "Твоя свечка как бы жертва всесожжения Господу; да будет же она дар Богу от совершенного сердца".

 

Слово на Преображение Господне


Празднуя Преображение Господне, обязуемся усвоить себе значение его и в себе изобразить смысл его. Не для себя явил Господь чрез преображение славу Своего Божества в человечестве, как Славный искони. Он хотел показать, до какой славы возводит Он в себе человеческое естество, а чрез него и всякого человека: слава преображения есть наша слава в Господе Иисусе Христе. Он как бы говорит нам: вот каковы будете все вы! Истинно слово Господа! Воистину таковыми предназначены все верующие во имя Его. Но явимся таковыми мы уже по втором пришествии Христовом, по воскресении всех, явимся, когда окажемся того достойными.

Спрашивается теперь, как же сделаться нам достойными того?! – Надобно в сей жизни преобразиться внутренно, чтоб в будущей восприять славу, в коей явил Господь человечество Свое в преображении.

Вот о чем после сего да будет все попечение наше и вся забота наша – созидаться «по внутреннему человеку» (Рим.7:22), преображаясь в нем «от славы в славу... от Господня Духа» (2Кор.3:18).
Есть в нас внутренний или потаенный сердца человек, как вы знаете. Слышали, конечно, как говорит Апостол Петр женам: «да будет им не внешняя плетения влас и обложения злата, или одеяния риз лепота, но потаеный сердца человек, в неистлении кроткаго и молчаливаго духа, еже есть пред Богом многоценно» (1Пет.3:3–4). Или как в другом месте говорит апостол Павел: молюсь, чтоб вы утверждались во внутреннем человеце Духом Божиим (Еф.3:16). Сего-то потаенного человека и будем возводить от славы в славу.

Я Свет в мир пришел, говорит Господь(Ин.12,46). Свет сей есть свет истины, принесенный Им на землю, свет ведения Божественного. Померк ум наш и стал тьма. Приходит Господь и просвещает его. Когда вместо истины входит в ум ложь, он омрачается, а когда истина вновь возвращается в него, он просветляется и входит в славу свою. Слава ума – ведение истины. Чем более усвояет он истину, тем более восходит от славы в славу. – Хотите ли потому возвести ум свой в славу преображения? – Исполните его истиною, которую принес Господь на землю. Вы знаете, в чем состоит сия истина. Ее объясняет нам Символ веры и истолковывает Катихизис. Она исповедует, что Бог есть – и есть троичен в Лицах: Отец, Сын и Святой Дух – Троица единосущная и нераздельная; что Бог сотворил мир Словом Своим, промышляет о нем и о каждой твари в нем, а паче о человеке; что кроме сего видимого мира есть другой, невидимый мир духов бестелесных, из коих часть пала и богоборствует в ожесточении; что мы сотворены для блаженства, но, преступив заповедь по внушению духа злобы, пали в прародителях, и бедствуем по праведному суду Божию; что Бог явил к нам беспредельное милосердие, благоволив Богу Сыну снизойти на землю, воплотиться и пострадать за нас, что сей Господь, крестною смертию оправдав нас, открыл к нам вход обильным дарам Святого Духа; что сей Дух, по вознесении Господа на небо излиясь на святых апостолов, а чрез них и на все человечество, учредил на земле Святую Церковь – нашу врачевательницу, просветительницу и освятительницу; что кто, сочетавшись с Церковию, как член с телом, ходит в духе ее, тот только ходит в истине и готовит себе блаженную вечность; что смерть разлучает душу с телом, которые по воскресении снова соединятся и будут вместе или блаженствовать, или страдать вечно, судя по тому, как действовал кто на земле.

Вот истины! Кто усвояет себе их одну за другою, тот прогоняет ложь за ложью, тьму за тьмою и все более и более вступает в область света. А чей ум исполнится всей истины и так сочетается с нею и проникнется ею, что не только не допускает никакого помышления противного, а напротив, всякое помышление свое и всю свою умовую работу подчиняет ей и ею проверяет, тот прогоняет из себя всю тьму и становится всецело светлым и светоносным. У того ум есть «ум Христов», по Апостолу (1Кор.2:16).

Он преобразуется из человеческого в Божественный, и из мрачности облекаясь в свет, и в себе светит, и всех вокруг просвещает. Это единственный способ обновления духом ума нашего (Еф.4:23). Сим убо обновлением ума преобразуйтесь (Рим.12:2), ведая, что всякие другие учения суть, по Апостолу, беседы злых суесловцев, растленных умом, прельщенных и прельщающих (1Тим.6:5, 2Тим.3:8; Тит.1:10).

Пойдемте далее. – Премудрый говорит, что Бог сотворил человека правого, или, как изъясняется Макарий Великий, украсил его всякою добродетелию: страхом Божиим, смирением, кротостию, воздержанием, любовию и прочее. Когда внял человек совету змия, вместе с тем восприял в себя семя злобы самостной, которое, разросшись, произвело терние страстей, заглушивших собою добродетели. Каждую добродетель заслонила и заглушила противоположная страсть; и стал человек вместо кроткого – буйным, вместо смиренного – гордым, вместо любительного – ненавистником и завистником, вместо общительного – притязательным и своекорыстным и прочее.

Был он светел светом правоты и святости и стал омрачен злобою и страстями. Пришел Господь восстановить первую нашу доброту (внутреннее совершенство), и вот что заповедует: блажени нищий духом, – блажени кротцыи, – блажени миротворцы, – блажени чистии сердцем, – блажени терпеливые(Мф.5,3-9). Отбросьте, говорит, страсти, бесчестящие вас и омрачающие, и блаженны будете. Восставьте в себе чистоту нрава, в коей блаженствовал праотец и блаженствуют святые небожители. «Святи будите», говорит Господь, «Аз свят есмь» (1Пет.1:16). И тут нет ничего излишнего и преувеличенного, ибо мы – по образу Создавшего нас. Образ сей испорчен в падении. Надо его восстановить. Как? – Так же, как художники восстановляют испорченные картины. Они угадывают формы частей, подыскивают краски, как было в оригиналах, и восстановляют, таким образом, часть за частию, всю картину, как она была вначале. Страсти пришли вместо добрых расположений и обезобразили нас. Надо восстановить добрые расположения, противоположные страстям. Итак погасим гнев и восприимем кротость, подавим самость и восстановим любовь, отгоним зависть и укрепимся в сорадовании, перестанем осуждать, а будем хвалить, перестанем присвоять, а будем давать, и прочее. Так, страсть за страстию искореняя и добродетель за добродетелию вкореняя, мы будем возвращаться к прежней чистоте, «отлагая ветхаго человека, облекаться в новаго, созданнаго по Богу в правде и препоподобии истины» (Еф.4:22, 24), «облекаться во Христа, ходя во обновлении жизни» (Рим.6:4).

Свет истины и чистота святости и бесстрастия суть две стороны преображения нашего внутреннего. Ни того, ни другого сами собою сделать мы не можем. Того ради обетована и дается нам благодать Божественная в Святых Таинствах. Искра ее полагается в святом крещении. Питается огненность ее во всю жизнь в святом покаянии и причащении, а возгревается и раздувается при вере и доброделании, участием во всех молитвенных и освятительных чинах Церкви.

Когда искра, падши в горючее вещество, раздувается ветром, то скоро превращается в пламень. Так и в нас, когда искра благодати, нами восприятая в крещении и поддерживаемая в покаянии и причащении, возгревается нами посредством трудов в благочестии и добре, то светит не только внутри нас, но и вне. Огня, говорит Господь, пришел Я воврещи на землю и как бы хотел, чтобы он скорее возгорелся(Лк.12,49). Сей огнь есть огнь благодати Всесвятого Духа, нисшедшего в виде огненных языков(Деян.2,1-4), и огнь духовный возгревающего в сердцах приемлющих Его. Вы знаете, что так есть. И поревнуйте о хранении и усилии сего огня. Когда есть сей огнь, тогда никакой труд – не в труд и все делается легко. Он приносит мир, чистоту и силу, и есть то же, что крылья у птиц. Птица на крыльях возлетает на воздух, а в нас огнь благодатный восторгает дух наш горе, и не мысленно только, а делом возводит нас к Божественному совершенству. Огнь, нечистую руду расплавляя, извлекает оттуда чистый благородный металл: так огнь Духа перечищает нечистую природу нашу. Еще более – он растворяется с нами. Как благороднейший металл, подлитый в медь, сообщает сему последнему звук свой, чистейший и приятнейший, так благодать, растворившись с духом нашим, сообщает ему свою Божественную чистоту, и внутренно сознаваемую, и во вне проявляемую.

Вот способ преображения! – Догматы веры усвоить и напитать ими свой ум; страсти искоренить и вкоренить добрые расположения, паче же – возгревать в себе благодать благодатными в Церкви содержимыми средствами. Так будет зреть и преображаться наш внутренний потаенный человек. Это наш Иоанн – благодатный, Иаков – праведный, Петр – ревнивый в вере. Так исполняются и в нас закон и пророки (Лк.16,16) – Моисей и Илья! А конец какой! – Тот, о коем говорили они Господу. Пострадавши и потерпевши в трудах по Богоугождению, внити в славу. Как бабочки красивые, прежде чем вылетят на воздух, бывают закрыты в клубочках, некрасивых на вид, так внутренний наш человек, когда действует по указанному, зреет, несмотря на грубую оболочку плоти и неблаговидную обстановку внешнюю. Придет срок – сбросит он свою плоть дебелую, исторгнется из уз внешних, в коих держит его течение жизни сей, и воспарит горé – к Богу, в хор Ангелов и святых, чтобы присно в веселии и радовании пребыть там до будущего всеобщего воскресения, когда начнется полное нескончаемое блаженство.

Господь да поможет вам быть так, чтобы, преобразясь здесь, вы сподобились внити в славу Его в будущем веке. Аминь.

Свт. Феофан Затворник.

Как Серафим Саровский любил детей 

(По воспоминаниям Надежды Аксаковой

"Отшельник 1-й четверти XIX столетия и паломники его времени")

Так, великий Старец Серафим Саровский с детьми обходился, как дитя, так что детям казалось, что и он - дитя. И вот трогательный рассказ одной старушки о том, как чувствовал он себя между детьми. Эта старушка, дочь богатой барыни в детстве, в девятилетнем возрасте была у отца Серафима с родителями своими и так рассказывает о поездке к великому Старцу.

- Помню я ночевки в громадных селах зажиточного края. В просторной, недавно срубленной избе сладко засыпалось под жужжанье бабьих веретен. Смотришь спросонья, а бабы все прядут - молча прядут они далеко за полночь. Седая свекровь то присаживается, то снова встает, мерными, как маятник, движеньями вставляя лучину за лучиной в высокий светец… А с высоты светца сыплются искры брызгами, огненным дождем, придавая молчаливому труду крестьянок в ночной тиши что-то сказочное.

Ехали мы длинным поездом, с дворней, с провизией; а за господским поездом тянулись крестьянские встречные телеги, которые старались присоединиться к барскому многолюдному поезду, так как в то время по лесам пошаливали недобрые люди.

Вот уже наши богомольцы в Сарове, и после обедни направились к келье старца Серафима. Но на стук в его дверь нет ответа.

- Убёг, - озабоченно заметил старый монах путеводитель, а игумен утешал большую толпу богомольцев, жаждавших увидеть старца Серафима: "Далеко ему не уйти. Ведь он сильно калечен на своем веку. А все вряд ли вам отыскать его в бору. В кусты спрячется, в траву заляжет. Разве сам откликнется на детские голоса. Забирайте детей побольше, да чтоб наперед вас шли, непременно бы впереди дети".

Игумен знал отношение великого Старца к детям. Очевидно, Старец в тот день искал уединения, которое нужно было его святой душе. Но игумен рассчитывал, что вид детей умилит сердце Старца, и он им покажется.

Весело было сначала бежать детям одним, совсем одним, без присмотра и без надзора по мягкому сыпучему песку. Но дальше их все больше охватывало лесною сыростью и лесным затишьем. Под высокими сводами громадных елей стало совсем темно. Детям сделалось жутко. Хотелось плакать… По счастью, где-то вдалеке им блеснул солнечный луч между иглистыми ветвями. Они побежали на мелькнувший вдали просвет и вскоре врассыпную выбежали на зеленую, облитую солнцем, поляну.

Тут дети увидали человека около корней ели, отдельно стоявшей на поляне. Человек этот, низенький худенький старичок, работал, пригнувшись к самой земле. Он подреза1л серпом высокую лесную траву. Заслышав шорох по лесу, старичок быстро поднялся и проворно шарахнулся к чаще леса. Но он не успел убежать, запыхался и, юркнув в густую траву, скрылся из вида детей. Тогда дети дружно крикнули во много голосов: "Отец Серафим, отец Серафим!"

И вот, не выдержал в засаде великий Старец, не устоял перед детским зовом, и над высокими стеблями лесной травы показалась его голова. Он приложил палец к губам и умильно поглядывал на детей, как бы упрашивая их не выдавать его старшим, шаги которых уже слышались по лесу. Мягкими прядями лежали на лбу пустынника его светлые волосы, смоченные трудовым потом; все его лицо, искусанное комарами и лесной мошкарой, было в запекшихся каплях крови. Неказист был его вид, а между тем какая-то сила влекла к нему детей. Он протоптал к ним дорожку чрез всю траву, опустился на землю и поманил детей к себе. И маленькая девочка Лиза первая бросилась к нему на шею, прильнув нежным личиком к его плечу, покрытому рубищем. И каждого из детей, окруживших его, он прижимал к своей худенькой груди… А пока дети обнимали Старца, пастушок Сема, замешавшийся в толпу детей, бежал со всех ног к отставшим от детей взрослым, крича что было силы: "Здесь, сюда! Вот он… Вот отец Серафим! Сюда, сюда-а!" И вот подбежали к старцу двое дюжих мужчин и, взяв его под локотки, повели к толпе народа, уже высыпавшей из леса на полянку.

Когда старец, освободясь от своих вожатых, подошел к своей лесной избушке, он ласково сказал толпе: "Нечем мне угостить вас, милые; а вот деток полакомить можно". И он сказал одному смышленому мальчику-подростку: "Вот у меня там грядки с луком. Собери всех деток, нарежь им лучку, накорми их лучком и напой их хорошенько водой из ручья". Дети вприпрыжку побежали к грядкам и, залегши там, не рвали лука, а все смотрели на ласкового старичка. А старичок стал говорить со старшими… В каком-то восторге возвращались дети из пустынной кельи старца в монастырь, и маленькая Лиза, та самая, что первая бросилась на шею Старца, сказала своей старшей сестренке: "Ведь отец Серафим только кажется старичком, а на самом деле он такое же дитя, как ты да я, не правда ли, Надя?"

А Надя, та самая девочка, что видела тогда Старца, и по случаю открытия его мощей, будучи древней старушкой, описала старца, как вспомнила, говорит: "Много с тех пор в продолжение следующих семидесяти лет моей жизни видала я и умных, и добрых глаз; много видала я очей, полных горячей привязанности. Но никогда с тех самых пор не видала я таких детски ясных, старчески прекрасных глаз, как те, которые в это утро так умильно смотрели на нас из-за высоких стеблей лесной травы. В них было целое откровение любви. Улыбку же, покрывшую это морщинистое, изнуренное лицо, могу сравнить разве только с улыбкой спящего новорожденного, когда, по словам нянек, его еще тешат во сне недавние товарищи - Ангелы".

Так принимал Старец Серафим детей, и так понимали его дети своей безгрешной душой.

Православный календарь для семейного чтения на 2008 год. М. 2007 


Книга Екклесиаста

(1,2-11,17-18;3,1-8,16-17;7,1-10;8,11-14;11,1;12,1-8,13-14)

Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, – все суета! Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем? Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки. Восходит солнце, и заходит солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит. Идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги свои. Все реки текут в море, но море не переполняется: к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь. Все вещи – в труде: не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием. Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: «смотри, вот это новое»; но это было уже в веках, бывших прежде нас. Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после. И предал я сердце мое тому, чтобы познать мудрость и познать безумие и глупость: узнал, что и это – томление духа; потому что во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь. Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное; время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить; время плакать, и время смеяться; время сетовать, и время плясать; время разбрасывать камни, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий; время искать, и время терять; время сберегать, и время бросать; время раздирать, и время сшивать; время молчать, и время говорить; время любить, и время ненавидеть; время войне, и время миру. Еще видел я под солнцем: место суда, а там беззаконие; место правды, а там неправда. И сказал я в сердце своем: «праведного и нечестивого будет судить Бог; потому что время для всякой вещи и суд над всяким делом там». Доброе имя лучше дорогой масти, и день смерти – дня рождения. Лучше ходить в дом плача об умершем, нежели ходить в дом пира; ибо таков конец всякого человека, и живой приложит это к своему сердцу. Сетование лучше смеха; потому что при печали лица сердце делается лучше. Сердце мудрых – в доме плача, а сердце глупых – в доме веселья. Лучше слушать обличения от мудрого, нежели слушать песни глупых; потому что смех глупых то же, что треск тернового хвороста под котлом. И это – суета! Притесняя других, мудрый делается глупым, и подарки портят сердце. Конец дела лучше начала его; терпеливый лучше высокомерного. Не будь духом твоим поспешен на гнев, потому что гнев гнездится в сердце глупых. Не говори: «отчего это прежние дни были лучше нынешних?», потому что не от мудрости ты спрашиваешь об этом. Не скоро совершается суд над худыми делами; от этого и не страшится сердце сынов человеческих делать зло. Хотя грешник сто раз делает зло и коснеет в нем, но я знаю, что благо будет боящимся Бога, которые благоговеют пред лицем Его; а нечестивому не будет добра, и, подобно тени, недолго продержится тот, кто не благоговеет пред Богом. Есть и такая суета на земле: праведников постигает то, чего заслуживали бы дела нечестивых, а с нечестивыми бывает то, чего заслуживали бы дела праведников. И сказал я: и это – суета! Отпускай хлеб твой по водам, потому что по прошествии многих дней опять найдешь его. И помни Создателя твоего в дни юности твоей, доколе не пришли тяжелые дни и не наступили годы, о которых ты будешь говорить: «нет мне удовольствия в них!» Доколе не померкли солнце и свет и луна и звезды, и не нашли новые тучи вслед за дождем. В тот день, когда задрожат стерегущие дом и согнутся мужи силы; и перестанут молоть мелющие, потому что их немного осталось; и помрачатся смотрящие в окно; и запираться будут двери на улицу; когда замолкнет звук жернова, и будет вставать человек по крику петуха и замолкнут дщери пения; и высоты будут им страшны, и на дороге ужасы; и зацветет миндаль, и отяжелеет кузнечик, и рассыплется каперс. Ибо отходит человек в вечный дом свой, и готовы окружить его по улице плакальщицы; доколе не порвалась серебряная цепочка, и не разорвалась золотая повязка, и не разбился кувшин у источника, и не обрушилось колесо над колодезем. И возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратился к Богу, Который дал его. Суета сует, сказал Екклесиаст, все – суета! Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно, или худо.

 

 О том, как мы должны переносить постигающия нас беды, напасти и скорби.

 I. Ныне праздник в честь святых первоверховных апостолов Петра и Павла.

«Ап. Петр» (Кифа, Симон) — рыбарь из Вифсаиды, брат апостола Андрея, призван к апостольству Самим Иисусом Христом. По вознесении Господнем, он первый из апостолов начал проповедывать в Иерусалиме воскресшаго Господа, много прострадал за это от иудеев и даже потерпел темничное заключение, откуда был чудесно спасен ангелом. Потом проповедывал евангелие в Самарии, Сирии, Понте, Галатии, Вифинии, Асии и Египте. Он был апостолом преимущественно иудеев. Подвиг благовестия окончил в Риме, где в Нероново гонение был распят на кресте, вниз головою, около 67 г., так как в образе страданий он не хотел уподобиться своему Божественному Учителю.

 «Ап. Павел», именовавшийся прежде Савлом, родился в городе Тарсе Киликийском, воспитывался в Иерусалиме под руководством знаменитаго учителя Гамалиила и был ревнителем отеческих преданий по учению фарисеев. Чудесно обращенный Самим Иисусом Христом, на пути в Дамаск, он принял святое крещение в Дамаске и из гонителя веры Христовой сделался самым ревностным ея проповедником. Он больше всех апостолов потрудился в устроении церкви Христовой и насаждении веры между язычниками, причем перенес многочисленныя страдания и гонения как от иудеев, так и язычников. Он основал церкви в Малой Азии, Греции и Риме. Скончался в Риме, быв усечен мечем, в один год с ап. Петром. Важнейшия события жизни и деятельности верховных апостолов описаны в книге «Деяний апостольских».

Святые апостолы Петр и Павел в земной жизни переносили безчисленное множество трудов, лишений, бед и напастей. Так святой апостол Петр три раза был заключен в темницу (Деян. 4:3; 5, 18; 12, 4), подвергался поруганиям и побоям (Деян. 5. 18 и 35) и наконец, как мы видели, умер мученическою смертию в царствование Нерона: он был распят на кресте головою вниз. А святой апостол Павел был безмерно в ранах, в темницах и многократно при смерти. От иудеев пять раз дано было ему по сорок ударов без одного. Три раза били палками, и однажды побивали его камнями, три раза терпел он кораблекрушение, ночь и день пробыл в глубине морской. Много раз был он в путешествиях, в опасностях на реках, от разбойников, от единоплеменников, от язычников, в опасностях в городе, в пустыне, на море и между лжебратиями (2 Кор. 11:23—27). Слова Иисуса Христа: «в мире скорбни будете» (Ин. 16:33), сбылись над ним во всей точности. Но среди всех бед, напастей и скорбей святые апостолы Петр и Павел утешались и радовались.

II. А мы, братия христиане, как переносим постигающия нас скорби и напасти? Если случится с ними какая-либо скорбь, или несчастие, или беда, то как мы тогда печалимся, сокрушаемся и унываем! Сколько ропота на Бога вырывается тогда из уст наших, сколько досады и зависти на людей тогда возникает в нашем сердце? Нет, не так мы должны переносить постигающия нас беды, напасти и скорби.

а) Святые отцы церкви учат нас иному перенесению скорбей. «Св. Ефрем Сирин» говорит: «если желающие приобрести земное богатство терпят всякую опасность и напасть, кольми паче мы, желающие приобрести небесное богатство и наслаждаться вечно пребывающими утехами, обязаны ни во что ставить для себя всякое трудное дело и всякую опасность и отваживаться на искушение. Ибо если не будем охотно, с сердечным желанием переносить всякий труд, не будем с умилением и сокрушенным сердцем посевать слез, то как, не плакав здесь, станем пожинать там, т.-е. на том свете. Если можно было бы получить царство без скорбей, без искушений, без терпеливаго подвига в прочих добродетелях, то для чего Бог попускал святым терпеть столько опасностей, искушений и тесноты, а не дозволил жить всем в своеволии и роскоши? Посему не будем унывать, когда приключаются с нами огорчения и скорбь, а напротив того, станем более радоваться, что идем путем святых».

А свт. Иоанн Златоуст учит: «душа очищается, когда терпит скорби ради Бога. Скорбь искореняет высокомерие, отсекает всякое нерадение, уготовляет к терпению, обнаруживает ничтожность дел человеческих и в жизни вводит много любомудраго. Ей уступают все страсти: зависть, ревность, похоть, пристрастие к богатству, плотская любовь, гордость, высокомерие, гнев и весь рой душевных недугов. Что огонь для золота, то скорбь для души; она стирает с нея скверну, делает ее чистою, светлою и ясною. Скорбь вводит в царство, а безпечная жизнь в геенну. Итак, если ты ученик Христов, иди путем тесным и скорбным: не ропщи и не унывай».

б) Зная благодетельное и благотворное значение бед и скорбей в деле нашего спасения, люди богобоязненные даже тревожились, безпокоились, сокрушались, когда их долго не постигали какие-либо беды и скорби.

Вот пример тому один из многих. Рассказывал некто из отцов другому, что, бывши в Александрии, он пришел однажды в церковь помолиться и увидел там женщину богобоязненную. Она была в черном одеянии и, молясь пред иконою Спасителя, плакала и со слезами повторяла: «оставил Ты меня, Господи, помилуй Ты меня, милостивый». Что это она так плачет? думал я. Видно, вдова она и от кого-нибудь терпит обиду. Поговорю с нею и успокою ее. Я сказал ей: «видно, обижает тебя кто-нибудь, что ты так плачешь?» «Ах, нет, отвечала она и опять заплакала, нет, отче, не знаешь ты моего горя. Среди людей я живу и ни от кого не терплю оскорбления никакого. И вот о том-то я и плачу, что так как я забываю о Боге, то и Бог забыл меня посещать; три уже года, как я не знаю никакой скорби. И ни я сама не была больна, ни сын мой, и ни чего у меня из дома не пропадало. Думаю, поэтому, что Бог за грехи мои оставил меня, не посылает мне никаких скорбей, и вот плачу пред Ним, чтобы Он помиловал меня по милости Своей». Вот как люди богобоязненные разсуждают, когда долго у них не бывает скорбей: им тогда думается, что Бог забыл их; скорби они считают за особенное к себе внимание от Бога, за особенную Его к себе милость.

III. Итак, христианин, скажем словами святаго Иоанна Златоуста, «не скорби среди скорбей, помышляя, кому ты чрез них приобщаешься и как искушения очищают тебя и сколь много приносят тебе пользы». Аминь.

Протоиерей Григорий Дьяченко. Полный годичный круг кратких поучений, составленных на каждый день года.

«От Меня это было»


(Прп.Серафим Вырицкий)

Думал ли ты когда-либо, что все, касающееся тебя, касается одинаково и Меня? Ибо касающееся тебя касается зеницы Моего ока. Ты дорог в очах Моих, многоценен, и Я возлюбил тебя, и поэтому для Меня составляет особую отраду воспитывать тебя. Когда искушения восстанут на тебя, и враг придет, как река, Я хочу, чтобы ты знал, что От Меня это было.

Что твоя немощь нуждается в Моей силе и что безопасность твоя заключается в том, чтобы Мне дать возможность бороться за тебя. Находишься ли ты в трудных обстоятельствах, среди людей, которые тебя не понимают, которые не считаются с тем, что тебе приятно, которые тебя отстраняют, - От Меня это было.

Я - Бог, располагающий обстоятельствами. Ты не случайно оказался на твоем месте, это то самое место, которое Я тебе предназначил. Не просил ли ты, чтобы Я научил тебя смирению, - так вот смотри, Я поставил тебя как раз в ту среду, в ту школу, где этот урок изучается. Твоя среда и живущие с тобою только выполняют Мою волю. Находишься ли ты в денежном затруднении, тебе трудно сводить концы с концами - От Меня это было.

Ибо Я располагаю твоим кошельком. И Я хочу, чтобы ты прибегал ко Мне и был в зависимости от Меня. Мои запасы неистощимы. Я хочу, чтобы ты убеждался в верности Моей и Моих обетований. Да не будет того, чтобы тебе могли сказать о нужде твоей: "Вы не верили Господу Богу вашему". (Второзак 8, 12-13). Переживаешь ли ты ночь скорбей!? Ты разлучен с близкими своими!? От Меня это было.

Я - муж скорбей, изведавший болезни, Я допустил это, чтобы ты обратился ко Мне и во Мне мог найти утешение вечное. Обманулся ли ты в друге своем, в ком-нибудь, кому ты открыл сердце свое... От Меня это было.

Я допустил этому разочарованию коснуться тебя, чтобы ты познал, что лучший друг твой Есть Господь. Я хочу, чтобы ты все приносил ко Мне и говорил Мне. Наклеветал ли кто на тебя? Предоставь Мне это дело и прильни ближе ко Мне, убежищу твоему, чтобы укрыться от "пререкания языков". Я изведу, как свет, правду твою и справедливость твою, как полдень. (см.: Пс. 36, 6). Разрушились планы твои? поник ли ты душою и устал - От Меня это было.

Ты создавал себе планы, и принес их Мне, чтобы Я благословил их. Но Я хочу, чтобы ты предоставил Мне распоряжаться обстоятельствами твоей жизни, и тогда ответственность за все будет на Мне, ибо слишком тяжело это для тебя, ты один не можешь справиться с ними, так как ты только орудие, а не действующее лицо. Посетили ли тебя неожиданные неудачи житейские, и уныние охватило сердце твое, знай, что От Меня это было.

Ибо Я хочу, чтобы сердце твое и душа твоя всегда были пламенеющими пред очами Моими, и побеждали именем Моим это душевное малодушие. Не получаешь ты долго известий от близких и дорогих тебе людей и по своему малодушию впадаешь в отчаяние и ропот - знай, От Меня это было.

Ибо этим томлением твоего духа Я испытываю крепость твоей веры, в непреклонность обетования, силу дерзновенной молитвы твоей о сих близких твоих. Ибо не ты ли вручил их Покрову Матери Моея Пречистыя: не ты ли некогда возлагал заботу о них Моей промыслительной любви. Посетила ли тебя тяжелая болезнь, временная или неисцелимая, и ты оказался прикованным к одру своему, - знай, что От Меня это было.

Ибо Я хочу, чтобы ты познал Меня еще глубже в немощаx своих телесных и не роптал бы за сие ниспосланное тебе испытание, не старался бы проникать в Мои планы спасения душ человеческих различными путями, а безропотно и покорно преклонил бы выю свою под благость Мою к тебе. Мечтал ли ты сотворить какое-либо особенное дело для Меня и вместо того слег на одр болезни и немощи - От Меня это было.

Тогда бы ты был погружен в свои дела, и Я не мог бы привлечь мысли твои к Себе, а Я хочу научить тебя самым глубоким мыслям и урокам Моим, что ты на службе у Меня. Я хочу научить тебя сознавать, что ты - ничто. Некоторые из лучших соработников Моих - суть те, которые отрезаны от живой деятельности, чтобы им научиться владеть орудием непрестанной молитвы. Призван ли ты неожиданно занять трудное и ответственное положение!? Иди, полагаясь на Меня. Я вверяю тебе эти трудности, ибо за это благословит тебя Господь Бог твой во всех делах твоих, на всех путях твоих, во всем, что будет делаться твоими руками. В сей день даю в руку твою этот сосуд священного елея. Пользуйся им свободно, дитя Мое! Каждое возникающее затруднение, каждое оскорбляющее тебя слово, каждая помеха в твоей работе, которая могла бы вызвать в тебе чувство досады, каждое откровение твоей немощи и неспособности пусть будут помазаны этим елеем. Помни, что всякая помеха есть Божие наставление. Всякое жало притупится, когда ты научишься во всем видеть Меня, что бы ни коснулось тебя. А потому и положи в сердце свое слова, которые Я объявил тебе сегодня: От Меня это было.

Ибо это не пустое для тебя, но это - жизнь твоя.

 

Преподобный Паисий Святогорец

ОБЩЕНИЕ С БОГОМ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Молитва есть разговор с Богом

Блаженны установившие связь с Небом

-Батюшка, что значит для Вас молитва?

- Посылаю сигнал, прошу помощи. Постоянно прошу помощи у Христа, у Божией Матери, у святых, для себя самого и для других. Если не буду просить, то и не получу.

Помню, во время гражданской войны нас окружили мятежники, тысяча шестьсот человек. Наших было только сто восемьдесят. Мы укрепились за горой. Если бы мятежники нас захватили, то поубивали бы всех. Я пытался установить антенну, чтобы связаться с центром. Но ничего не получалось: её сбивало огнем. Капитан кричит: «Бросай, давай сюда, помогай таскать гранаты». Иногда он отбегал к пулеметам, проверить как там дела. И только уходил, я тут же бежал к рации. Пока он отдавал приказы, я пробовал

установить антенну, а потом снова бежал помогать таскать ящики, чтобы командир не ругался. В конце концов, с помощью палки и саперной лопатки я смог поднять антенну и установить связь. Сказал всего два слова. И всё, этого было достаточно! Утром подоспела авиация, и нас спасли. Шутка, сто восемьдесят человек были в окружении у тысячи шестисот и смогли выбраться?

Тогда-то я понял великую миссию монаха — помогать молитвой. Мирские говорят: «Чем занимаются монахи? Почему не идут в мир помогать людям?» Это все равно, что говорить радисту: «Ты чего возишься с рацией? Бросай ее, бери винтовку и иди стреляй».

Даже если мы установим связь со всеми радиостанциями мира, не будет нам от этого никакой пользы, если не будем иметь небесного общения с Богом, просить и получать от Него помощь. Блаженны установившие связь с Небом и по благочестию пребывающие в общении с Богом.

Христос даёт нам возможность общения с Ним

- Батюшка, моя боль и печаль это молитва. Я сильно в ней отстаю. Что мне делать?

- Говори со Христом, Божией Матерью, ангелами и святыми просто и не задумываясь, на любом месте, и проси чего хочешь. Говори: «Господи, или, Матерь Божия, Ты знаешь мой настрой. Помоги мне!» Вот так просто и со смирением говори с Ними о том, что тебя беспокоит, а уже потом произноси молитву: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя».

- Батюшка, я не молюсь со вниманием.

- Когда молишься, думай, с кем говоришь. Ты говоришь с Богом! Неужели это неважно? Когда кто-то говорит с каким-нибудь высокопоставленным чином, то с каким вниманием произносит каждое слово! Следит, чтобы не сказать какой глупости, порой даже дар речи теряет от смущения. Если с человеком мы с таким вниманием говорим, то с каким вниманием надо говорить с Богом? Малое дитя, когда идёт говорить с отцом или каким-либо взрослым человеком, испытывает смущение. А когда собирается сказать что-то учителю, которого к тому же немного побаивается, то смущается ещё больше. А мы говорим с Самим Богом, Божией Матерью, святыми и этого не понимаем?

- До прихода в монастырь, батюшка, я монашество связывала с молитвой. А теперь мне трудно молиться и я считаю, что молитва это самое тяжёлое и утомительное дело.

- Ты вроде филолог по образованию? Тебе нравится говорить, и ты не устаёшь от разговоров с людьми. А со Христом, Который удостаивает тебя беседы, тебе говорить трудно. Это уж как-то слишком. Всё равно, что сказать: «Ох, нужно идти говорить с царём. Неохота, да делать нечего. Придётся идти». Христос даёт нам возможность общаться с Ним постоянно в молитве, а мы этого не хотим? Вот это да! И удивительно то, что Он Сам хочет нам помогать, лишь бы мы к Нему обращались, а нам лень!

- Батюшка, я часто впадаю в пустословие, а потом огорчаюсь.

- Разве не лучше разговаривать со Христом? Кто говорит со Христом, никогда не раскаивается. Конечно, пустословие —

страсть, но если пользоваться им в духовных целях, то оно может стать началом молитвы. Другим даже лень говорить. А в тебе есть сила и порыв к разговору. Если будешь использовать это в духовных целях, то твоя душа освятится. Постарайся с людьми говорить только о необходимом, и всё время говорить со Христом. Стоит тебе завести с Ним смиренную беседу, как перестанешь замечать, что происходит вокруг: таким сладким и интересным будет это общение. Меня разговоры даже и на духовные темы утомляют, а я в молитве по-настоящему отдыхаю.

Молитва — это разговор с Богом. Я иногда завидую людям, жившим во времена Христа, ведь они видели Его своими глазами и слышали своими ушами, даже могли с Ним говорить. Но думаю, что мы находимся в лучшем по сравнению с ними положении, потому что они не могли часто беспокоить Его своими нуждами, а мы можем в молитве постоянно общаться со Христом.

Желание молитвы

- Батюшка, как нужно молиться?

- Себя ощущай маленьким ребёнком, а Бога своим Отцом и проси Его обо всём, в чём имеешь нужду. Беседуя таким образом с Богом, тебе не захочется потом от Него отходить, потому что только в Боге человек обретает безопасность, утешение, невыразимую любовь, соединённую с божественной нежностью.

Молитва означает поместить Христа к себе в сердце, возлюбить Его всем своим существом. «Возлюбиши Господа Бога твоего от всего сердца твоего, и от всея души твоея, и всею крепостию твоею, и всем помышлением твоим» (Лк. 10, 27), — говорит Священное Писание. Когда человек любит

Бога и имеет общение с Ним, ничто земное его не прельщает. Он делается словно безумный. Поставь безумцу самую лучшую музыку: она его не трогает. Покажи самые прекрасные картины: он и внимания не обратит. Дай самые вкусные блюда, самую лучшую одежду, самые прекрасные ароматы: ему всё равно, он живёт в своем мире. Так и человек, имеющий общение с миром небесным: он весь там и ни за что не хочет с ним расстаться. Как нельзя ребёнка оторвать от объятий матери, так нельзя оторвать от молитвы человека, который понял её смысл. Что чувствует ребёнок в объятиях матери? Только тот, кто почувствует присутствие Бога, а себя почувствует маленьким дитём, может это понять.

Я знаю людей, которые, когда молятся, ощущают себя маленькими детьми. И если кто-то услышит, что они говорят во время молитвы, то скажет, что это маленькие дети. А если увидит, какие делают при этом движения, то скажет, что эти люди сошли с ума! Как дитя бежит к отцу, хватает его за рукав и говорит: «Не знаю как, но ты должен сделать, что я прошу». С такой же простотой и дерзновением эти люди просят Бога.

- Батюшка, может ли желание молитвы родиться

от некоей эмоциональной потребности в общении, в утешении?

- Даже если оно родится от какой-нибудь доброй эмоциональной потребности в Боге, разве это плохо? Однако, похоже, что ты всё пребываешь в забывчивости и только в нужде обращаешься к молитве. Ясно, что Бог для того попускает случаться у нас разным нуждам и затруднениям, чтобы мы прибегали к Нему, но лучше, когда по любви ребёнок бежит к своему отцу или матери. Возможно ли представить ребёнка, знающего, как его любят родители, которого приходилось бы силой заставлять идти на руки к матери или отцу?

Бог есть нежный Отец, и Он любит нас. Поэтому нужно с нетерпением ждать часа молитвы и никогда не насыщаться общением с Ним.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Потребность молитвы

Будем чувствовать потребность в молитве

- Батюшка, у меня нет крепкой веры и я чувствую себя слабой.

- Знаешь, что сделай? Прилепись к Богу, как ребёнок хватается за шею отца, обними Его и не отпускай, чтобы Он не мог тебя от Себя отдалить. Тогда ты будешь чувствовать надежность и силу.

- Батюшка, я чувствую потребность опереться на Бога, но затрудняюсь.

- Тяни руки вверх, так они у тебя постепенно вырастут, и ухватишься за Бога.

- Батюшка, когда мало времени, и я молюсь торопливо, может, ворую время, которое должна посвятить Христу?

- У Христа всего много, сколько ни воруй, Он ни в чём не имеет нужды, а ты вот не получаешь пользы. Не Христу нужна наша молитва, а нам нужна Его помощь. Мы молимся, потому что так общаемся с Богом, Который нас сотворил. Если не будем этого делать, то впадём в руки диавола, и тогда горе нам. Видишь, что говорит авва Исаак? «Бог не спросит с нас, почему мы не молились, но почему не пребывали с Ним в общении и таким образом дали право диаволу мучить нас»1.

- Батюшка, как мне полюбить молитву?

- Почувствуй потребность в молитве. Как телу, чтобы жить,

нужна пища, так и душа, чтобы жить, должна питаться. Если она не будет питаться, то ослабеет, а потом наступит духовная смерть.

- Батюшка, что нам мешает в молитве?

- Нам трудно молиться только тогда, когда мы не чувствуем в молитве потребности. Кто не понимает смысла молитвы, не ощущает потребности в ней, тот считает её повинностью, уподобляется неразумному дитю, которое отворачивается от материнской груди, материнской нежности и потому растет слабое и болезненное.

Молитва — это защита

- Батюшка, как почувствовать необходимость в молитве?

- Нужно было бы вам побывать на войне, чтобы мы могли понять друг друга! На фронте во время войны, если мы постоянно находились на связи с центром, то чувствовали себя в большей безопасности. Когда выходили на связь каждые два часа, чувствовали себя в безопасности. Если связывались всего два раза в день, утром и вечером, то чувствовали себя покинутыми. То же и с молитвой. Чем больше человек молится, тем больше чувствует духовной уверенности. Молитва — это защита.

Если мы постоянно находимся «на связи» с Богом, то будем предупреждать любое зло. Как-то раз в автобусе ехал один монах2, он молился с закрытыми глазами, и поэтому все

думали, что он спит. Вдруг грузовик, который ехал по встречной полосе, врезался в столб, машины с разных сторон начали сталкиваться и произошла серьезная авария. Автобус же каким-то образом оказался в нескольких метрах от дороги, как будто его перенесла какая-то невидимая рука, и никто из пассажиров не пострадал. Молитва монаха их спасла.

- Батюшка, часто миряне спрашивают, как приобрести навык постоянной молитвы.

- Видишь ли, раньше некоторые из тех, кто посвящал себя монашеству и имел твёрдый характер, уходили и подвизались на неприступных скалах, в пещерах, в языческих гробницах или в жилищах демонов. Там им угрожало множество опасностей — мог сорваться камень со скалы, рычали бесы и т. д. — и страх вынуждал их постоянно вопиять: «Христос, Матерь Божия…». Так в них постоянно жил добрый навык непрестанной молитвы. Сегодня, с ночными увеселениями, наркотиками и пр., многие из тех, кто садятся за руль, себя не контролируют. Отправляется человек на работу и не знает, вернётся ли домой живым или окажется покалеченным в больнице. Разве это не повод, чтобы постоянно вопиять: «Христос, Матерь Божия…»? Если бы миряне использовали во благо страх тех опасностей, что им угрожают, то они бы и нас монахов превзошли в молитве и самих бы опасностей избежали.

Как-то пришёл ко мне в каливу один человек. Он был сильно расстроен, потому что по невнимательности сбил на дороге ребёнка. «Я преступник», — повторял он. «А ты молился в это время?», — спросил я его. «Нет», — ответил он. «Ты виноват не столько в том, что сбил ребёнка, сколько в том, что не молился». И я рассказал ему один случай. Я знал одного человека, служащего, который достиг большой меры добродетели. Он молился постоянно – и на работе, и в дороге, везде. Молитва у него стала самодвижущаяся, и вслед за славословиями у него лились слезы радости. В офисе, где он работал, все бумаги орошал слезами. Поэтому он подумывал оставить работу, уйти на пониженную пенсию, и приехал ко мне в каливу за советом. Я ему сказал: «Не уходи, а когда товарищи по работе станут тебя спрашивать, почему ты плачешь, отвечай, что подумал о своем умершем отце». Так вот, однажды он ехал за рулем и вдруг на дорогу выскочил ребёнок. Он стукнул его так, что тот отлетел как мячик, но при этом ничуть не пострадал. Бог сохранил, потому что в это время человек молился.

Мобилизация молитвы

- Батюшка, будет война?

- Вы молитесь? Я с весны по осень провожу мобилизацию молитвы, без шума, молюсь, чтобы Бог нас помиловал, чтобы нам избежать войны и мобилизации. Мне было такое извещение3: «Усиленно молитесь, чтобы туркам помешали, потому что в воскресенье 16 октября они собираются на нас напасть». Слава Богу, пока Богородица нас хранит, будем надеяться, что будет нас хранить и дальше.

- Батюшка, теперь, когда у нас опасность миновала, нужно продолжать молиться об этом?

- Что, в других местах нет войны? Что значит «у нас» и «у них»? И там, где сейчас война, наши братья. Разве все мы люди не от Адама и Евы? Но семья наша разделилась: одни люди здесь, другие там. С другими православными мы братья и по плоти и по духу, а с остальными людьми братья только по плоти. Значит, ещё один повод больше за них молиться, потому что они несчастней нас.

- Батюшка, сейчас в трудное для Греции время я больше молюсь, но в то же время думаю, что спасение Греции не зависит от моей молитвы.

- Не в том дело, что спасение Греции зависит от твоей молитвы, но в том, что, если ты думаешь о трудностях, которые переживает Греция, значит болеешь за родину и просишь Бога о помощи; и только Он один может помочь.

Молитесь, чтобы Бог явил людей духовных, Маккавеев4, потому что в них большая потребность. Пришло время борьбы добра со злом, потому что беззаконие возведено в закон, а грех сделался модой. Но, когда вы увидите беды в Греции; правительство станет издавать безумные законы и начнётся всеобщая нестабильность, не бойтесь — Бог поможет5.

- Судя по тому, что Вы говорите, батюшка, нам нужно всё оставить и все силы направить на молитву.

- Конечно, как же ещё! Весь мир кипит, как большой котёл. Церковь, государство, народы — всё перевернулось вверх дном! И к чему всё это ведёт, не знает никто. Будем надеяться на помощь Божию! Монахам нужно усиленно молиться. Им нужно оставить все свои, даже срочные, дела и заняться молитвой.

По мере сил молитесь со смирением за мир, который дал лукавому большие права над собой и страдает. Не забывайте, что мы стали монахами и ради спасения своей души и для того, чтобы помогать миру молитвой. Будем стараться стать добрыми монахами, будем молиться, творить поклоны за себя и за мир, потому что монах этим помогает людям.

Перевод ИздательскогоДома"Святая Гора". Все права защищены. При перепечатке на Вашем сайте ссылка на AgionOros.ru обязательна. Любое другое полное или частичное воспроизведение текста возможно только c письменного разрешения«Святой Горы».

Прп. Паисий Святогорец

Святая Гора

14 марта 2013 г.

1 Ἀββᾶ ἸσαὰκτοῦΣύρου. ΟἱἈσκητικοὶΛόγοι.ΛόγοςΜΒ´. Ἀθῆναι, 1961. Σ. 153.

2 Позднее выяснилось, что это был сам старец Паисий.

3 Сказано в ноябре 1983 года. Извещение было не человеческое, но божественное.

4 Прозвание «Маккавей» было дано Иуде, вождю иудейского восстания, которое произошло в 166 году до н. э. против Антиоха IV Епифана и его наследников. Маккавеи отличились в борьбе за отеческую веру и свободу. (См.: 1, 2, 3 книги Маккавейские)

5 Сказано в 1981 году.

 

Свт. Игнатий Брянчанинов о молитвенном правиле


Войдя в комнату твою, и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно… (Мф. 6, 6).

Господь, заповедавший уединенную молитву, очень часто Сам, во время Своего земного странствования, как повествует Евангелие, пребывал в ней. Он не имел где главу подклонить: и потому часто заменяли для него безмолвную, спокойную келлию безмолвные вершины гор и тенистые виноградники.

Темнота ночи закрывает предметы от любопытных взоров, тишина безмолвия не развлекает слуха. В безмолвии и ночью можно молиться внимательнее. Господь избирал для молитвы Своей преимущественное уединение и ночь, избирал их с тем, чтобы мы не только повиновались Его заповеди о молитве, но и следовали Его примеру. Для Самого Господа нужна ли была молитва? Пребывая, как человек, с нами на Земле, Он, как Бог, неразлучно был с Отцом и Духом, имел с Ними единую Божественную волю и Божественную власть.

«Войдя в комнату твою, и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне». Пусть о молитве твоей не знает никто: ни друг твой, ни родственник, ни само тщеславие, сожительствующее сердцу твоему и подстрекающее высказать кому-нибудь о молитвенном подвиге твоем, намекнуть о нем.

Затвори двери келлии твоей от людей приходящих для пустословия, для похищения у тебя молитвы; затвори двери ума от посторонних помышлений, которые предстанут, чтобы отвлечь тебя от молитвы; затвори двери сердца от ощущений греховных, которые будут покушаться смутить и осквернить тебя, и помолись.

Не дерзни приносить Богу многоглагольных и красноречивых молитв, тобой сочиненных, как бы они не казались тебе сильны и трогательны: они – произведение падшего разума и, будучи жертвой оскверненной, не могут быть приняты на духовный жертвенник Божий. А ты, любуясь изящными выражениями сочиненных тобою молитв и признавая утонченное действие тщеславия и сладострастия за утешение совести, и даже благодати, увлечешься далеко от молитвы; увлечешься далеко от молитвы в то самое время, когда тебе будет представляться, что ты молишься обильно и уже достиг некоторой степени богоугождения.

Душа, начинающая путь Божий, погружена в глубокое неведение всего Божественного и духовного, хотя бы она была и богата мудростию этого мира. По причине неведения она не знает, как и сколько надо ей молиться. Для вспомоществования младенчествующей душе Святая Церковь установила молитвенные правила.

Молитвенное правило есть собрание нескольких молитв, сочиненных Боговдохновенными святыми отцами, приспособленное к известному обстоятельству и времени.

Цель правила – доставить душе недостающее ей количество молитвенных мыслей и чувств, притом мыслей и чувств правильных, святых, истинно богоугодных. Такими мыслями и чувствами наполнены благодатные молитвы святых отцов.

Для молитвенного упражнения утром имеется особое собрание молитв, называемое утренними молитвами, или утренним правилом; для ночного моления пред отшествием ко сну – другое собрание молитв, именуемое молитвами на сон грядущим, или вечерним правилом. Особенное собрание молитв прочитывается готовящимися ко причащению Святых Христовых Таин и называется правилом ко Святому Причащению. Посвятившие большую часть своего времени благочестивым упражнениям (монахи) прочитывают около третьего часа пополудни особенное собрание молитв, называемое ежедневным, или иноческим правилом. Иные прочитывают ежедневно по нескольку кафизм, по нескольку глав из Нового Завета, полагают несколько поклонов – все это называется правилом.

Правило! Какое точное название, заимствованное из самого действия, производимого на человека молитвами, называемым правилом! Молитвенное правило направляет правильно и свято душу, научает ее поклоняться Богу Духом и Истиною (Ин. 4, 23) , между тем как душа, будучи предоставлена самой себе, не могла бы идти правильно путем молитвы. По причине своего повреждения и омрачения грехом,она совращалась бы непрестанно в стороны, нередко в пропасти, то в рассеянность, то в мечтательность, то в различные пустые и обманчивые призраки высоких молитвенных состояний, сочиняемых ее тщеславием и сластолюбием.

Молитвенные правила удерживают молящегося в спасительном расположении смирения и покаяния, научая его непрестанному самоосуждению, питая его умилением, укрепляя надеждой на Всеблагого и Всемилосердого Бога, увеселяя миром Христовым, любовию к Богу и ближним.

Как возвышенны и глубоки молитвы ко Святому Причащению! Какое превосходное приготовление они доставляют приступающему к Святым Христовым Тайнам! Они убирают и украшают дом души чудными помышлениями и ощущениями, столь благоугодными Господу. Величественно изображено и объяснено в этих молитвах величайшее из Таинств христианских; в противоположность этой высоте живо и верно исчислены недостатки человека, показаны его немощь и недостоинство. Из них сияет, как солнце с неба, непостижимая благость Бога, по причине которой Он благоволит тесно соединяться с человеком, несмотря на ничтожность человека.

Утренние молитвы так и дышат бодростью, свежестью утра: увидевший свет чувственного солнца и свет земного дня научается желать зрения высшего, духовного Света и Дня бесконечного, производимых Солнцем Правды – Христом.

Краткое успокоение сном во время ночи – образ положительного сна во мраке могилы. И напоминают нам молитвы на сон грядущим о нашем переселении в вечность, обозревают всю нашу деятельность в течение дня, научают приносить Богу исповедание соделанных согрешений и покаяние в них.

Молитвенное чтение акафиста Сладчайшему Иисусу, кроме собственного своего достоинства, служит превосходным приготовлением к упражнению Молитвой Иисусовой, которая читается так: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго». Эта молитва составляет почти единственно упражнение преуспевших подвижников, достигших (христианской) простоты и чистоты, для которых всякое многомышление и многословие служат обременительным развлечением. Акафист показывает, какими мыслями может быть сопровождаема Молитва Иисусова, представляющаяся для новоначальных крайне сухой. Он (акафист) изображает только прошение грешника о помиловании Господом Иисусом Христом, но этому прошению даны разноообразные формы, сообразно младенчественности ума новоначальных. Так младенцам дают пищу, предварительно размягченную.

В акафисте Божией Матери воспето воплощение Бога Слова и величие Божией Матери, Которую за рождение Ею вочеловечившегося Бога «ублажают все роды» (Лк. 1, 48). Как бы на большой картине бесчисленными дивными чертами, красками, оттенками изображено в акафисте великое Таинство вочеловечения Бога Слова. Удачным освещением оживляется всякая картина – и необыкновенным светом благодати озарен акафист Божией Матери. Свет этот действует сугубо: им просвещается ум, он него сердце исполняется радости и извещения. Непостижимое приемлется как вполне постигнутое, по чудному действию, производимому (словами акафиста) на ум и сердце.

Многие благоговейные христиане, особенно иноки, совершают очень продолжительное вечернее правило, пользуясь тишиной и мраком ночи. К молитвам на сон грядущим они присоединяют чтение кафизм, чтение Евангелия, Апостола, чтение акафистов и поклоны с Молитвой Иисусовой… рабы Христовы плачут в тишине своих келлий, изливая усердные молитвы пред Господом… В веселии и бодрости духа, в сознании и ощущении необыкновенной способности к богомыслию и ко всем благим делам встречают рабы Божии тот день, которому предшествующую ночь они провели в молитвенном подвиге.

Господь повергался на колени во время молитвы Своей – и ты не должен пренебрегать коленопреклонениями, если имеешь достаточно сил для совершения их. Поклонением до лица земли, по объяснению отцов, изображается наше падение, а восстанием с земли – наше искупление (Слова св. Феолипта. Добротолюбие, ч.2). Пред началом вечернего правила особенно полезно положить посильное число поклонов, чтобы приготовиться к усердному и внимательному чтению правила.

При совершении правила и поклонов никак нельзя спешить; надо совершать и правила, и поклоны с возможной неспешностью и вниманием. Лучше меньше прочитать молитв и меньше положить поклонов, но со вниманием, чем много и без внимания.

Избери себе правило, соответствующее силам. Сказанное Господом о субботе, что она для человека, а не человек для нее (Мк. 2, 27), можно и нужно отнести ко всем благочестивым подвигам, а также и к молитвенному правило. Молитвенное правило – для человека, а не человек – для правила: оно должно способствовать к достижению человеком духовного преуспеяния, а не служить бременем неудобоносимым (тягостной обязанностью), сокрушающим телесные силы и смущающим душу. Тем более оно не должно служить поводом к гордостному и пагубному самомнению, к пагубному осуждению и унижению ближних.

Благоразумно избранное молитвенное правило, соответственно силам и роду жизни, является большим подспорьем для подвизающегося о своем спасении. Совершение его в положенные часы обращается в навык (от постоянства), в необходимую естественную потребность. Стяжавший этот блаженный навык, как только приближается к обычному месту совершения правила, так душа его уже исполняется молитвенным настроением: он не успел еще произнести ни одного слова из читаемых им молитв, а уже сердце наполняется умилением, и весь ум углубляется во внутренюю клеть (сердце).

«Предпочитаю, — сказал великий отец Матой, — непродолжительное правило, но постоянно исполняемое, продолжительному, но в скором времени оставляемому». А такую участь всегда имеют молитвенные правила, несоразмерные силам: при первом порыве горячности подвижник выполняет их, некоторое время, конечно, обращая больше внимания на количество, чем на качество, потом изнеможение, производимое подвигом, превосходящим силы, постепенно принуждает его сокращать и сокращать правило.

Часто подвижники, безрассудно установившие для себя обременительное правило, переходят от многотрудного правила к оставлению всякого правила. По оставлении правила, и даже при одном сокращении его, непремено нападает на подвижника смущение. От смущения он начинает чувствовать душевное расстройство. От расстройства рождается уныние. Усилившись, оно производит расслабление и исступление, а от действия их безрассудный подвижник предается праздной, рассеянной жизни, с равнодушием впадает в самые тяжкие согрешения.

Избрав для себя соразмерное силам и душевной потребности молитвенное правило, старайся тщательно и постоянно исполнять его: это нужно для поддержания нравственных сил души твоей, как нужно для поддержания телесных сил ежедневное, в известые часы, достаточное употребление здоровой пищи.

«Не за оставление псалмов осудит нас Бог в день Суда Своего, — говорит святой Исаак Сирин, — не за оставление молитвы, но за последующий оставлению их вход в нас бесов. Бесы, когда найдут место, войдут и затворят двери очей наших, тогда исполняют нами, их орудиями, насильственно и нечисто, с лютейшим отмщением, все воспрещенное Богом. И по причине оставления малого (правила), за которое (мы) сподобляемся заступления Христова, мы делаемся подвластными (бесам), как написано некоторым премудрым отцом: «Непокоряющий воли своей Богу, подчинится сопернику своему. Эти (правила), кажущиеся тебе малыми, соделаются для тебя стенами против старающихся пленить нас. Совершение этих (правил) внутри келлии премудро установлено учредителями Церковного Устава, по откровению свыше, для хранения жития нашего» (Исаак Сирин, Слово 71).

Великие отцы, пребывавшие от обильного действия благодати Божией в непрестанной молитве, не оставляли и правил своих, которые навыкли они совершать в известные часы нощеденствия (ночных и дневных молитв). Многие доказательства этого видим в их житиях: преподобный Антоний Великий, совершая правило девятого часа – церковный девятый час соответствует третьему часу пополудни, — сподобился Божественного откровения; когда Преподобный Сергий Радонежский занимался молитвенным чтением акафиста Божией Матери, явилась ему Пресвятая Дева в сопровождении апостолов Петра и Иоанна.

Возлюбленные! Покорим свою свободу правилу: оно, лишив нас свободы пагубной, свяжет нас только для того, чтоб доставить нам свободу духовную, свободу во Христе. Цепи сначала покажутся тягостными, потом сделаются драгоценными для связанного ими. Все святые Божии приняли на себя и несли благое иго молитвенного правила; подражанием им и мы последуем в этом случае Господу нашему Иисусу Христу, Который вочеловечившись и указав нам Собой образ поведения, действовал так, как действовал Отец Его (Ин. 5, 19), говорил то, что заповедал Ему Отец (Ин. 12, 49), имел целью исполнить во всем волю Отца (Ин. 5, 30). Воля Отца и Сына и Святаго Духа – одна. По отношению к людям она заключается в спасении людей.

Всесвятая Троице, Боже наш! Слава Тебе! Аминь.

Епископ Игнатий Брянчанинов. Сочинения. Аскетические опыты. Пб., 1865 т.2, с. 181-191. Публикуется в сокращении.

 

Святитель Николай Сербский. «Миссионерские письма».  

Письмо 199

Железнодорожнику М.М., о словах Откровения

И соделавшему нас царями и священниками Богу и Отцу Своему, слава и держава во веки веков, аминь (Откр. 1, 6).

Жил некогда в Азии один царь; не был он христианином. Был он сильным и могущественным, но не имел наследника. Приближалось время его смерти, и спросили его: "Кто же будет править после тебя?". Ответил царь: "Найдите человека, который пришелся бы мне по душе. Я усыновлю его, и будет вам царем. Но человек этот должен обладать определенными качествами: во-первых, он не должен бояться смерти; во-вторых, он не должен желать стать царем; в-третьих, у него должно быть самое большое количество детей в моем царстве".

Искали, искали и не находили. Наконец привели к царю одного молодого плотника, известного своим мужеством. Умирающий царь спросил его: "Боишься ли ты смерти?". Плотник ответил: "Как мне бояться того, что боится меня и что просто послужит мне мостом в вечное Царство?". Снова спросил его царь: "Желаешь ли ты стать царем?". Ответил ему плотник: "Как я могу желать стать тем, кто я есть? Мой Создатель усыновил меня во Христе, а Создатель мой – Царь над царями, следовательно, и я царь". Наконец, умирающий царь спросил его: "Сколько у тебя детей?". Ответил юноша: "Триста детей есть у меня. Это те, кого крестил я и родил в духе. Это дети мои духовные, которые называют меня своим духовным отцом". Задумался царь и сказал: "Я звал тебя, чтобы усыновить, а теперь прошу тебя усыновить меня и принять меня духовным сыном". И крестил плотник царя. И умер царь без страха.

Ответы молодого плотника объясняют тебе значение слов – соделавшему нас царями. Все христиане усыновлены Царем Небесным, по милости и благодати Его, ради Крови Сына Божия Иисуса Христа. Все, кто ведет христианскую жизнь на земле, войдут в Царство Небесное и будут царствовать с Отцом своим, Царем вечным.

Мир тебе и благословение от Господа.

 Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. М.2014. С. 299-300

Письмо 85

Ремесленнику Петру Ч., об исповеди

Ты хочешь знать, действительно ли исповедь необходима. Раньше ты часто исповедовался, но перестал, потому что кто-то посмеялся над тобой. Над кем люди не смеялись? Знаешь, что сказал Всеведущий? – Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете. Кроме твоего ремесла, кормит тебя и виноградник. Он приносит хороший урожай, потому что ты хорошо его возделываешь. А если бы кто-то, запустив свой виноградник, посмеялся над твоим усердием, разве ты бросил бы из-за этого виноградник и перестал заботиться о нем? Как же ты мог поколебаться в заботе о своей душе, которая важнее всех виноградников на земле? Ибо, когда умрешь, душу возьмешь с собой, а виноградник оставишь.

Из всех забот забота о душе – самая важная; из всех трудов, которые несет человек на земле, труд над душой – самый разумный. Поэтому вернись к прежнему труду над душой и снова начни исповедоваться. Вот что говорит апостол Иаков: Признавайтесь друг пред другом в проступках. Сокрытые грехи растут и множатся, а когда выносятся на свет, засыхают и гибнут. Не говори: я негрешен! Прочти, что пишет праведник в Псалтири: в беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя. Не говори: Богу исповедую я грехи мои, и нет мне нужды исповедоваться человеку.

Кто был праведнее апостола Павла? И он согрешил прежде апостольства своего, будучи Савлом, и этот грех исповедал он явно, исповедал не только перед верными, но и перед язычниками, и не однажды. Известно вам,– пишет он некрещеным галатам,– как гнал я Церковь Божию. О том же говорит и перед некрещеным царем Агриппой (см.: Деян. 26). Если святой апостол Павел поступал так, почему ты держишь раны своей души в тайне? Зачем даешь змеям множиться в недрах своих? Неужели только потому, что кто-то посмеялся над тобой? Если посмеялся однажды, будет ли смеяться над тобой вечно? Помолись о нем Богу втайне: может быть, и он покается и изгладит свой грех слезами.

Что на свете ненадежнее мыслей человеческих? Сколько людей раскаиваются вечером в том, что говорили днем? Если не хочешь навредить своей душе, не слушай всякого, кто мимоходом скажет тебе что-то, но слушай, что Церковь Божия говорит!

Поговори с духовниками, которые исповедуют людей, и услышишь от них множество примеров о духовной помощи тем, кто усердно исповедуется. Услышишь, что многие умирающие получали облегчение в предсмертной агонии, только когда исповедовали свои грехи перед священником, и это не сказка, но сама истина. И я бы мог привести тебе такие примеры, очевидцем которых был сам. Господь наш – Господь милости и доброты, Он всем желает спасения. Но как человек может спастись, если ясно не осознает разницы между грехом и правдой Божией, если не изгонит грех и не признает истину?

С тем человек предстанет пред судом Божиим, что при жизни носил в душе: если грех – с грехом, если правду – с правдой. Господь ожидает покаяния от каждого смертного, а покаяния нет без исповеди. Ибо каждый день и каждый миг Ангел смерти может прийти за душой, поэтому Церковь предлагает верным частую исповедь и частое покаяние.

Господь да просветит и благословит тебя.

Там же. С. 136-138

Письмо 45

Машинисту Стамену И., который жалуется на скучную работу

Жалуешься на свою скучную работу: она надоела тебе. Все другие профессии кажутся тебе лучше. Ты смущаешься и грустишь, что не можешь найти лучшую работу. Я долго размышлял, прежде чем взяться за перо и ответить тебе. Мысленно я вживался в твое положение и в твою работу. Я представлял себя на твоем месте, в машинном отделении, в грохоте и шуме. Весь в поту и копоти, я вглядывался в дорогу. За моей спиной целое маленькое государство – старики, дети, родители, князья, дипломаты, чиновники, крестьяне, рабочие, служащие. Все они, в силу обстоятельств, в невольном "родстве", и все зависят от меня, разговаривают между собой или сидят молча, в раздумье. Каждый мысленно стремится к станции назначения, к тем, к кому едет. Но доберется ли он туда, зависит от меня, а я – только от Бога. Они и не предполагают, сколько от меня зависит, они и не задумываются обо мне, не знают меня. И это радует меня. Когда поезд тронулся в путь, никто не пришел посмотреть на меня и познакомиться со мной. Ни у кого не возникло вопроса: не безумен ли этот человек? Не слеп ли или пьян? Ведь мы все доверили ему свои жизни! Он главный человек в этом грохочущем "городе", жителями которого мы на время становимся. Никому не пришла в голову эта мысль, и это меня бесконечно радует. Радует то, что столько людей без размышлений доверили мне свои жизни, мне, невидимому, незнакомому, скрытому среди грохочущих машин. И в радостном трепете я прославляю Бога: "О Господи, великий и чудный! Слава Тебе, и благодарю, что дал Ты мне жизнь и разум и такую важную работу! Дал Ты мне работу, подобную Твоей, Боже. Ибо и Ты, Господи мой, неведомый, сокрытый и невидимый, управляешь составом жизни нашей Святым Своим Духом. Ты машинист вселенной, многие и многие путники и не задумываются о Тебе, не исследуют тайны Твоего бытия, но с доверием входят в Твой состав и едут, едут... И это, должно быть, радует Тебя, бесконечно радует. Ты знаешь место, где дашь отдых Своим усталым путникам, где накормишь их, где кому надлежит сойти. Они неясно представляют себе конечную станцию Твоего чудесного поезда, но с доверием рассаживаются, с доверием едут, с доверием выходят – с доверием к Тебе, неведомому, сокрытому, невидимому. Тысячи и тысячи раз восхваляю Тебя, и славлю, и кланяюсь Тебе, всевидящий и всемогущий Творец мой и Водитель мой. На Тебя одного уповаю во всех испытаниях моих".

Друг мой молодой, какую же лучшую работу хочешь? Разве может быть работа лучше твоей? Апостол Петр ловил рыбу, Павел делал палатки . Задумайся, насколько твоя работа важнее и выше, чем их занятия. И поклонись Промыслу, вверившему тебе именно такую работу.

От Бога тебе здравия и благословение.

 Там же. С. 71-72

Письмо 47

Одному брату из Сараева, на вопрос о поминовении усопших после Светлой седмицы

Ты спрашиваешь, почему женщины каждый понедельник после Светлой седмицы приходят на кладбище. Для того, чтобы сохранить старый прекрасный, исполненный глубокого смысла обычай. После восьмидневного прославления воскресения Христа из мертвых христианки на девятый день приходят на могилы своих родных, чтобы помянуть их в молитвах, разделить с ними радость о воскресении Спасителя и освятить могилы. Сначала читаются заупокойные молитвы. Таким образом мы выражаем свою любовь к дорогим и милым нашему сердцу, которые телесно и временно в разлуке с нами. Знай: истинно любит тебя тот, кто втайне молится о тебе Богу. После молитвы бьют о крест красным пасхальным яйцом и восклицают: "Христос воскресе!". Этим радостным возгласом поздравляют усопших, объявляя им, что придет день воскресения из мертвых. Наконец, очищают могилу от прошлогодней травы и сажают новую зелень. Это выражает нашу надежду на то, что в день Всеобщего воскресения истлевшая плоть умерших преобразится в новую, небесную. Ибо, по истинному свидетельству Свидетеля воскресения – Христа, есть тела небесные и тела земные . И еще: этим тленным телам надлежит облечься в нетленные, и смертным – в бессмертное .

Когда христианки все это исполнят, они, еще раз помолившись Богу, кланяются на восток и покидают могилы.

Итак, молитвой они выражают любовь, красным яичком и поздравлением – веру в воскресение, а свежей весенней травой – надежду. Любовь, вера, надежда, и опять любовь. Вот в чем смысл и символика поминального понедельника.

Далее ты спрашиваешь, почему в этот день на кладбище приходят одни женщины, без мужчин, как в другие родительские поминальные дни. Этим понедельником начинается неделя жен-мироносиц, а мироносицы первыми пришли ко Гробу Господню и первыми объявили людям о воскресении Христа. Блаженны матери, сестры и вдовы, своей любовью к умершим подобные женам-мироносицам! Чувствуют усопшие наше присутствие на своих могилах, чувствуют – и как еще чувствуют! – наши молитвы и жертвоприношения за них, нашу любовь к ним. И мы с тобой скоро почувствуем это, по ту сторону могилы, и будем благодарны тем, кто помнит нас и молится о нас Богу.

Брат мой, слова человеческие бессильны выразить тайну жизни и смерти, чудесную и страшную тайну, о которой Ангелы перешептываются с умершими! Как наши христианские обычаи помогают нашим словам – обычаи прекрасные и полные глубокого смысла,– помогают немощным словам нашим! От Бога тебе здравия и благословение.

Там же. С. 74-75.

 

Чудо схождения Благодатного огня

 

Это чудо происходит каждый год накануне православной Пасхи в Иерусалимском храме Воскресения, который накрывает своей громадной кровлей и Голгофу, и пещеру, в которой был положен снятый с креста Господь, и сад, где Мария Магдалина первой из людей встретила Его воскресшего. Храм воздвигнут императором Константином и его матерью царицей Еленой в IV веке, и свидетельства о чуде восходят уже к этому времени.

Вот как оно происходит в наши дни. Примерно в полдень со двора Иерусалимской Патриархии выходит крестный ход во главе с Патриархом. Процессия входит в храм Воскресения, направляется к часовне, возведенной над Гробом Господним, и, трижды обойдя ее, останавливается перед ее вратами. Все огни в храме потушены. Десятки тысяч людей: арабов, греков, русских, румын, евреев, немцев, англичан — паломников со всего мира — в напряженном молчании следят за Патриархом. Патриарх разоблачается, полицейские тщательно обыскивают его и самый Гроб Господень, ища хоть чего-то, что может произвести огонь (во время турецкого владычества над Иерусалимом это делали турецкие жандармы), и в одном длинном ниспадающем хитоне предстоятель Церкви входит внутрь. На коленях перед Гробом, он молит Бога о ниспослании Святого огня. Долго длится иногда его молитва… И вдруг на мраморной плите гроба появляется как бы огненная роса в виде шариков голубоватого цвета. Святейший прикасается к ним ваткой, и она воспламеняется. Этим прохладным огнем Патриарх зажигает лампаду и свечи, которые затем выносит в храм и передает Армянскому Патриарху, а затем и народу. В это же мгновение десятки и сотни голубоватых огней вспыхивают в воздухе под куполом храма.

Трудно представить себе, какое ликование охватывает многотысячную толпу. Люди кричат, поют, огонь передается от одного пучка свечей к другому, и через минуту — весь храм в огне.

Вначале Благодатный огонь имеет особые свойства — он не обжигает, хотя у каждого в руке горит пучок из 33 свечей (по числу лет Спасителя). Поразительно наблюдать, как люди умываются этим пламенем, проводят им по бородам и волосам. Проходит еще некоторое время, и огонь приобретает естественные свойства. Многочисленные полицейские заставляют людей тушить свечи, но ликование продолжается.

Святой огонь нисходит в храм Гроба Господня только в Великую Субботу — накануне православной Пасхи, хотя празднуется Пасха каждый год в разные дни по старому Юлианскому календарю. И еще одна особенность — Благодатный огонь сходит только по молитвам православного Патриарха.

Как-то раз другая община, живущая в Иерусалиме, — армяне, тоже христиане, но отступившие от святого Православия еще в IV веке, — подкупили турецкие власти, чтобы последние именно их, а не православного Патриарха в Великую Субботу допустили в пещеру — Гроб Господень.

Долго и безуспешно молились армянские первосвященники, а православный Иерусалимский Патриарх вместе со своей паствой плакал на улице у запертых дверей храма. И вот неожиданно как бы молния ударила в мраморную колонну, она рассеклась, и из нее вышел столп огня, который зажег свечи у православных.

С тех пор никто из представителей многочисленных христианских конфессий не решается оспаривать у православных право молиться в этот день в Гробе Господнем.

В мае 1992 года впервые после 79-летнего перерыва Благодатный огонь был вновь доставлен на русскую землю. Группа паломников — священнослужителей и мирян — по благословению Святейшего Патриарха пронесла Благодатный огонь от Гроба Господня в Иерусалиме через Константинополь и все славянские страны до Москвы. С тех пор этот неугасимый огонь горит на Славянской площади у подножия памятника святых учителей словенских Кирилла и Мефодия.

Источник: http://www.pravmir.ru/chudo-sxozhdeniya-blagodatnogo-ognya/

 Об участии верных в Евхаристии

Евхаристия — главное Таинство Церкви, установленное Господом Иисусом Христом накануне Его спасительных страданий, крестной смерти и воскресения. Участие в Евхаристии и причащение Телу и Крови Христовым является заповедью Спасителя, через Своих учеников сказавшего всем христианам: «Приимите, ядите: сие есть Тело Мое» и «пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета» (Мф. 26, 26-28). Сама Церковь есть Тело Христово, а потому Таинство Тела и Крови Христа видимым образом являет мистическую природу Церкви, созидая церковную общину.

Духовная жизнь православного христианина немыслима без причащения Святых Таин. Приобщаясь Святых Даров, верующие освящаются силой Святого Духа и соединяются со Христом Спасителем и друг с другом, составляя единое Тело Христово.

Таинство Евхаристии требует особого к нему приготовления. В Церкви само время — будь то время человеческой жизни или история всего человечества — есть ожидание и приготовление для встречи со Христом, а весь ритм богослужебной жизни — ожидание и приготовление к Божественной литургии и соответственно к причащению, ради которого она и совершается.

I.

Практика причащения и подготовки к нему в истории Церквименялась и приобретала различные формы.

Уже в апостольскую эпоху в Церкви установилась традиция совершать Евхаристию каждое воскресенье (а по возможности — и чаще: например, в дни памяти мучеников), чтобы христиане могли постоянно пребывать в общении со Христом и друг с другом (см., напр., 1 Кор. 10, 16–17; Деян. 2, 46; Деян. 20, 7). Все члены местной общины участвовали в еженедельной Евхаристии и причащались, а отказ от участия в евхаристическом общении без достаточных к тому оснований подвергался порицанию: «Всех верных, входящих в церковь, и писания слушающих, но не пребывающих на молитве и святом причащении до конца, яко бесчиние в церкви производящих, отлучати подобает от общения церковного» (правило святых Апостол 9). Первохристианская практика причащения за каждой Божественной литургией остается идеалом и в настоящее время, являясь частью Предания Церкви.

Вместе с тем, количественный рост Церкви в III и особенно IV веках привел к переменам, в том числе в литургической жизни. С увеличением числа дней памяти мучеников и праздников евхаристические собрания начали совершаться все чаще, а присутствие на них каждого христианина стало считаться многими желательным, но необязательным — равно как и участие в причащении. Церковь противопоставила этому следующую каноническую норму: «Все входящие в церковь, и слушающие священные Писания, но, по некоему уклонению от порядка, не участвующие в молитве с народом, или отвращающиеся от причащения святыя Евхаристии, да будут отлучены от Церкви дотоле, как исповедаются, окажут плоды покаяния, и будут просити прощения, и таким образом возмогут получити оное» (2-е правило Антиохийского Собора).

Тем не менее, высокий идеал постоянной готовности к принятию Святых Таин оказался труднодостижим для многих христиан. Поэтому уже в творениях Святых Отцов IV века встречаются свидетельства о сосуществовании разных практик в отношении регулярности причащения. Так, святитель Василий Великий говорит о причащении четыре раза в неделю как о норме: «Причащаться же каждый день и приобщаться Святого Тела и Крови Христовой — хорошо и полезно, поскольку Сам [Христос] ясно говорит: Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь, имеет жизнь вечную. <...> Мы каждую неделю причащаемся четыре раза: в воскресенье, в среду, в пятницу и в субботу, а также и в прочие дни, если случится память какого-либо святого» (Послание 93 [89]). Менее полувека спустя святитель Иоанн Златоуст отмечает, что многие — в том числе монашествующие — стали причащаться один-два раза в году: «Многие причащаются этой Жертвы однажды во весь год, другие дважды, а иные — несколько раз. Слова наши относятся ко всем, не только к присутствующим здесь, но и к находящимся в пустыне, — потому что те [тоже] причащаются однажды в год, а нередко — и раз в два года. Что же? Кого нам одобрить? Тех ли, которые [причащаются] однажды [в год], или тех, которые часто, или тех, которые редко? Ни тех, ни других, ни третьих, но причащающихся с чистой совестью, с чистым сердцем, с безукоризненной жизнью. Такие пусть всегда приступают; а не такие [не должны причащаться] и один раз [в году]» (Беседы на Послание к Евреям 17, 4).

В IV веке была окончательно зафиксирована сложившаяся еще в доникейскую эпоху норма об обязательном евхаристическом посте — полном воздержании от пищи и питья в день причащения до момента принятия Святых Таин Христовых: «Святое таинство олтаря да совершается людьми не ядшими» (41-е [50-е] правило Карфагенского Собора; подтверждено 29-м правилом Трулльского Собора). Однако уже на рубеже IV–V веков некоторые христиане связывали причащение не только с соблюдением евхаристического воздержания перед литургией, но и, по свидетельству святителя Иоанна Златоуста, со временем Великого поста. Сам святитель призывает к более частому причащению: «Прошу, скажи мне: приступая к причащению раз в году, ты действительно считаешь, что сорока дней тебе достаточно для очищения грехов за весь [этот] период? А потом, по прошествии недели, опять предаешься прежнему? Скажи же мне: если бы ты, выздоравливая в течение сорока дней от продолжительной болезни, потом опять принялся за ту же пищу, которая причинила болезнь, то не потерял ли бы ты и предшествовавшего труда? Очевидно, что так. Если же так устроено физическое [здоровье], то тем более — нравственное. <…> [Всего] сорок — а часто и не сорок — дней ты посвящаешь здоровью души — и полагаешь, что умилостивил Бога? <...> Говорю это не с тем, чтобы запретить вам приступать однажды в год, но более желая, чтобы вы всегда приступали к Cвятым Таинам» (Беседы на Послание к Евреям 17. 4).

В Византии к XI–XII векам в монашеской среде установилась традиция причащаться только после подготовки, включавшей в себя пост, испытание своей совести перед монастырским духовником, прочтение перед причащением особого молитвенного правила, которое зарождается и начинает развиваться именно в эту эпоху. На эту же традицию стали ориентироваться и благочестивые миряне, поскольку монашеская духовность в Православии всегда воспринималась как идеал. В наиболее строгом виде эта традиция представлена, например, в указании русского Типикона (глава 32), который, в отличие от греческого, говорит об обязательном семидневном посте перед причащением.

В 1699 году в состав русского Служебника была включена статья под названием «Учительное известие». В ней, в частности, содержится указание и об обязательном сроке подготовки ко святому причащению — в четыре многодневных поста причащаться могут все желающие, а вне постов следует поститься семь дней, но этот срок может быть сокращен: «Аще убо кроме постов четырех обычных приступити ко святому причащению восхотят, седмь дний прежде да постятся, в молитвах церковных и домашних пребывающе (сие же не в нужде: в нужде бо три дни, или един день да постятся точию)».

На практике крайне строгий подход к подготовке ко святому причащению, имевший положительные духовные стороны, приводил, однако, и к тому что некоторые христиане подолгу не причащались, ссылаясь на необходимость достойной подготовки. Против такой практики редкого причащения была, в частности, направлена норма об обязательном причащении всех христиан Российской империи хотя бы раз в году, содержащаяся в «Духовном регламенте»[1]: «Должен всяк христианин и часто, а хотя бы единожды в год причащатися Святой Евхаристии. Сие бо есть и благодарение наше изящнейшее Богу о толиком смертию Спасителевою содеянном нам спасении... Того ради, аще который христианин покажется, что он весьма от святаго причастия удаляется, тем самым являет себе, что не есть в Теле Христове, сиесть, не есть сообщник Церкви».

В XIX — начале XX века благочестивые люди стремились причащаться хотя бы во все четыре многодневных поста. Многие святые того времени, среди которых — святитель Феофан Затворник, праведный Иоанн Кронштадтский и другие — призывали приступать к Святым Таинам еще чаще. По словам святителя Феофана, «мера [причащаться] в месяц однажды или два раза — самая мерная», хотя «ничего нельзя сказать неодобрительного» и о более частом причащении[2]. Каждый верующий может руководствоваться такими словами этого святого: «Святых Таин причащайтесь почаще, как духовный отец разрешит, только старайтесь всегда приступать и с должным приготовлением и паче — со страхом и трепетом, чтоб, привыкнув, не стать приступать равнодушно» [3].

Исповеднический подвиг Церкви в годы гонений ХХ века побудил многих священнослужителей и чад церковных переосмыслить существовавшую ранее практику редкого причащения. В частности, в 1931 году Временный Патриарший Синод в своем постановлении от 13 мая указал: «Пожелание касательно возможного частого причащения православных христиан, а для преуспевающих из них — и ежевоскресного признать приемлемым».

В настоящее время многие православные люди причащаются значительно чаще, чем большинство христиан в дореволюционной России. Однако практика частого причащения не может быть автоматически распространена на всех без исключения верующих, поскольку частота причащения напрямую зависит от духовно-нравственного состояния человека дабы, по слову Златоуста, верующие приступали ко причащению Святых Таин «с чистою совестью, насколько нам это возможно» (Против иудеев. Слово III. 4).

 II.

Требования подготовки ко святому причащению определяются для каждого верующего церковными постановлениями и нормами, которые применяются духовником с учетом регулярности приобщения Святых Таин, духовного, нравственного и телесного состояния, внешних обстоятельств жизни, например, таких как занятость, обремененность попечениями о ближних.

Духовным отцом (духовником) человека является священнослужитель, у которого он постоянно исповедуется, который знаком с обстоятельствами его жизни и духовным состоянием. При этом верующие могут исповедоваться у иных священников в случае невозможности исповедоваться у своего духовника. Если нет духовника, то верующему следует обращаться с вопросами, касающимися причащения, к священникам того храма, где он желает причаститься.

Как духовнику, руководствующемуся церковными постановлениями и нормами и на основании их наставляющему христианина, так и причастнику необходимо сознавать, что целью подготовки является не внешнее выполнение формальных условий, но обретение покаянного состояния души, прощение обид и примирение с ближними, соединение со Христом в Святых Таинах. Пост и молитва призваны помочь готовящемуся ко причащению в обретении этого внутреннего состояния.

Памятуя о словах Спасителя, обличающего тех, кто возлагает на людей бремена тяжелые и неудобоносимые (см. Мф. 23, 4), духовникам следует осознавать, что неоправданная строгость, равно как и чрезмерное снисхождение способны воспрепятствовать соединению человека со Христом Спасителем, принести ему духовный вред.

Подготовка монашествующих к участию в Таинстве Евхаристии осуществляется в соответствии с Положением о монастырях и монашестве и внутренними уставами монастырей.

1. Практика приуготовительного поста регулируется аскетической традицией Церкви. Пост в форме воздержания от скоромной пищи и удаления от развлечений, сопровождаемый усердной молитвой и покаянием, традиционно предваряет причащение Святых Таин. Продолжительность и мера поста перед святым причащением могут быть разными в зависимости от внутреннего состояния христианина, а также объективных условий его жизни. В частности, при острых или хронических заболеваниях, требующих особого режима питания, а для женщин — при беременности и кормлении пост может быть сокращен, облегчен или отменен. Это же касается и христиан, на временной или постоянной основе пребывающих в условиях светского общежития, предполагающего общее питание (войсковые подразделения, больницы, интернаты, спецшколы, места заключения).

Сложившаяся в наши дни практика, согласно которой причащающийся несколько раз в году постится три дня перед причащением, вполне соответствует преданию Церкви. Также приемлемой следует признать практику, когда причащающийся еженедельно или несколько раз в месяц, и при этом соблюдающий указанные Уставом многодневные и однодневные посты, приступает к Святой Чаше без дополнительного поста, либо сохраняя однодневный пост или пост в вечер кануна причащения. Решение по этому вопросу должно приниматься с благословения духовника. Требования подготовки ко святому причащению, адресованные к часто причащающимся мирянам, относятся и к священнослужителям.

Особый случай в отношении практики подготовки ко святому причащениюсоставляет Светлая седмица — неделя после праздника Пасхи Христовой. Древняя каноническая норма об обязательном участии всех верных в воскресной Евхаристии в VII веке была распространена и на Божественные литургии всех дней Светлой седмицы: «От святаго дня Воскресения Христа Бога нашего до Недели Новыя, во всю седмицу верные должны во святых церквах непрестанно упражняться во псалмех и пениях и песнех духовных, радуяся и торжествуя во Христе, и чтению Божественных Писаний внимая, и Святыми Таинами наслаждаяся. Ибо таким образом со Христом купно воскреснем, и вознесемся» (66-е правило Трулльского Собора). Из этого правила ясно следует, что миряне призываются причащаться на литургиях Светлой седмицы. Имея в виду, что на Светлой седмице Устав не предусматривает поста и что Светлой седмице предшествуют семь недель подвига Великого поста и Страстной седмицы, — следует признать соответствующей каноническому преданию сложившуюся во многих приходах Русской Православной Церкви практику, когда соблюдавшие Великий пост христиане в период Светлой седмицы приступают ко святому причащению, ограничивая пост невкушением пищи после полуночи. Аналогичная практика может быть распространена на период между Рождеством и Богоявлением. Готовящимся ко причащению в эти дни следует с особым вниманием блюсти себя от неумеренного потребления пищи и пития.

2.От приуготовительного постаследует отличать евхаристический пост в строгом смысле слова — полное воздержание от пищи и питья с полуночи до святого причащения. Этот пост канонически обязателен (см. выше 41-е [50-е] правило Карфагенского Собора). При этом требование евхаристического поста не применяется к младенцам, а также к лицам, страдающим тяжелыми острыми или хроническимизаболеваниями, предполагающими неопустительный прием лекарств или пищи (как, например, при сахарном диабете), и к умирающим. Кроме того, это требование, по усмотрению духовника, может быть ослаблено в отношении беременных и кормящих женщин.

Каноническое право предписывает воздерживаться в период подготовки ко святому причащению от супружеского общения. 5 правило Тимофея Александрийского говорит о воздержании накануне причастия.

Христиан, подверженных вредной привычке табакокурения, Церковь призывает отказаться от нее. Тем, кто не имеет пока для этого сил, надлежит воздерживаться от курения с полуночи, а по возможности — и с вечера в канун причащения.

Поскольку Литургия Преждеосвященных Даров согласно Уставу соединена с вечерней, совершение ее в вечернее время является уставной нормой (впрочем, на практике эта литургия обычно совершается утром).В соответствии с постановлением Священного Синода Русской Православной Церкви от 28 ноября 1968 года, «при совершении Божественной литургии Преждеосвященных Даров в вечерние часы воздержание для причащающихся от принятия пищи и пития должно быть не менее 6 часов, однако воздержание перед причащением с полуночи от начала данных суток весьма похвально и его могут держаться имеющие физическую крепость».

На не менее чем шестичасовую норму воздержания следует также ориентироваться при подготовке к причащению за Божественной литургией, совершаемой ночью (к примеру, в праздники Святой Пасхи и Рождества Христова).

3.Подготовка к причащению состоит не только в отказе от определенной пищи, но и в более частом посещении церковных богослужений, а также в совершении молитвенного правила.

Неизменной частью молитвенной подготовки является Последование ко святому причащению, состоящее из соответствующего канона и молитв. Молитвенное правило обычно включает в себя каноны Спасителю, Божией Матери, Ангелу Хранителю и другие молитвословия (см. «Правило готовящимся служити, и хотящим причаститися Святых Божественных Таинств, Тела и Крове Господа нашего Иисуса Христа» в Следованной Псалтири). Во время Светлой седмицы молитвенное правило состоит из Пасхального канона, а также канона и молитв ко святому причащению. Личное молитвенное правило должно совершаться вне богослужений, которые всегда предполагают соборную молитву. Особенное пастырское внимание требуется в отношении людей, духовный путь которых в Церкви лишь начинается и которые еще не привыкли к длительным молитвенным правилам, а также детей и больных. Следованная Псалтирь предполагает возможность замены канонов и акафистов Иисусовой молитвой и поклонами. В духе этого указания по благословению духовника упомянутое правило может быть заменено иными молитвословиями.

Поскольку литургия есть вершина всего богослужебного круга, присутствие на предваряющих ее службах — в первую очередь, вечерне и утрене (или всенощном бдении) — является важной частью подготовки к принятию Святых Тела и Крови Христовых.

Духовник или исповедующий священник в случае, когда человек отсутствовал на вечерней службе накануне причащения или совершил молитвенное правило не в полном объеме, должен побуждать его к тщательной подготовке ко причащению, но одновременно принимать во внимание обстоятельства его жизни и возможное наличие уважительных причин.

Приуготовляя себя к принятию Святых Христовых Таин за Божественной литургией чада Церкви должны собираться в храме к началу богослужения. Пренебрежением к Таинству Тела и Крови Христовых является опоздание на Божественную литургию, особенно когда верующие прибывают в храм после чтения апостола и Евангелия. В случае такого опоздания исповедающий или причащающий священник может принять решение не допустить человека к Святой Чаше. Исключение должно быть сделано для людей с ограниченными физическими возможностями, кормящих матерей, детей в младенческом возрасте и сопровождающих их взрослых.

По окончании Божественной литургии христианин должен выслушать в храме или прочесть благодарственные молитвы по святом причащении. Христианину следует всемерно стремиться к тому, чтобы, возблагодарив Господа в молитве за принятый дар, сохранять его в мире и благочестии, любви к Богу и ближнему.

Учитывая неразрывную связь причащения с Божественной литургией, духовенство не должно допускать практику, когда в отдельных храмах верным возбраняется приступать ко святому причащению в праздники Святой Пасхи, Рождества Христова, Богоявления, в родительские субботы и Радоницу.

 III.

Готовящийся ко святому причащению совершает испытание своей совести, предполагающее искреннее раскаяние в совершенных грехах и открытие их перед священником в Таинстве Покаяния. В условиях, когда многие приходящие в храмы еще недостаточно укоренены в церковной жизни,в связи с чем подчас не понимают значения Таинства Евхаристии или не осознают нравственных и канонических последствий своих греховных деяний, исповедь позволяет исповедующему священнику судить о возможности допустить кающегося к принятию Святых Христовых Таин.

В отдельных случаях в соответствии с практикой, сложившейся во многих приходах, духовник может благословить мирянина приобщиться Тела и Крови Христовых несколько раз в течение одной недели (например, на Страстной и Светлой седмицах) без предварительной исповеди перед каждым причащением кроме ситуаций, когда желающий причаститься испытывает потребность в исповеди. При преподании соответствующего благословения духовникам следует особо помнить о высокой ответственности за души пасомых, возложенной на них в Таинстве Священства.

В некоторых приходах имеет место длительное ожидание начала причащения мирян. Это происходит из-за долгого причащения духовенства при совершении соборных богослужений или совершения исповеди после запричастного стиха. Такое положение дел следует признать нежелательным. Таинство покаяния должно совершаться по возможности вне Божественной литургии, дабы не лишать исповедающего и исповедающегося полноценного участия в совместной Евхаристической молитве. Недопустимо совершение исповеди помогающим за литургией священником во время чтения Евангелия и евхаристического канона. Исповедь желательно проводить преимущественно с вечера или до начала Божественной литургии. Кроме того, важным является установление на приходах фиксированных дней и часов, когда священник в обязательном порядке присутствует для встречи с желающими общения с пастырем.

 IV.

Недопустимо причащаться в состоянии озлобленности, гнева, при наличии тяжелых неисповеданных грехов или непрощенных обид. Дерзающие приступать к Евхаристическим Дарам в таком состоянии души сами подвергают себя суду Божию, по слову апостола: «Кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. Оттого многие из вас немощны и немало умирает» (1 Кор. 11, 29-30).

При совершении тяжелых грехов применение канонов в части отлучения от причастия на длительные сроки (более чем на один год) может осуществляться только по благословению епархиального архиерея. В случае злоупотребления священником правом наложения прещений вопрос может быть передан на рассмотрение в церковный суд.

Каноны запрещают причащаться в состоянии женской нечистоты (2-е правило святого Дионисия Александрийского, 7-е правило Тимофея Александрийского). Исключение может быть сделано в случае смертной опасности, а также когда кровотечение продолжается длительное время в связи с хроническим или острым заболеванием.

 V.

Как отмечено в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви (Х. 2) и в определении Священного Синода Русской Православной Церкви от 28 декабря 1998 года, Церковь, настаивая на необходимости церковного брака, все же не лишает причащения Святых Таин супругов, состоящих в брачном союзе, который заключен с принятием на себя всех законных прав и обязанностей и признается в качестве юридически полноценного брака, но по каким-то причинам не освящен венчанием. Эта мера церковной икономии, опирающаяся на слова святого апостола Павла (1 Кор. 7, 14) и правило 72 Трулльского Собора, имеет в виду облегчение возможности участия в церковной жизни для тех православных христиан, которые вступили в брак до начала своего сознательного участия в таинствах Церкви. В отличие от блудного сожительства, являющегося каноническим препятствием ко причащению, такой союз в глазах Церкви представляет собой законный брак (за исключением тех случаев, когда законодательно допустимые «браки» — например, союз между близкими родственниками или однополое сожительство,
которые признаны в ряде стран, — с точки зрения Церкви недопустимы в принципе). Однако долг пастырей — напоминать верующим о необходимости не только заключения юридически действительного брака, но и освящения такового в церковном священнодействии.

Отдельному рассмотрению подлежат те случаи, когда лица проживают совместно длительное время, нередко имеют общих детей, но не состоят в церковном или зарегистрированном государством браке, причем одна из сторон такого сожительства не желает ни регистрировать отношения, ни венчаться. Такие сожительства греховны, а их распространение в мире является противлением замыслу Божию о человеке, опасно для института брака и не может получить никакого признания со стороны Церкви. При этом духовник, зная обстоятельства жизни конкретного человека, по снисхождению к немощи человеческой в исключительных случаях может допустить до причастия ту сторону, которая осознает греховность такого сожительства и стремится заключить законный брак. Не допускается до причастия тот сожитель, по вине которого не заключается брак. Если же хотя бы один из сожителей состоит в другом браке, то обе стороны не могут быть допущены до причастия без канонического урегулирования ситуации и принесения должного покаяния.

 VI.

Подготовка детей ко святому причащению имеет свои особенности. Ее продолжительность и содержание определяются родителями[4] в консультации с духовником и должны учитывать возраст, состояние здоровья и степень воцерковленности ребенка.

Родителям, регулярно приводящим к Святой Чаше своих детей, что является благом, необходимо стремиться к причащению вместе с ними (при невозможности одновременно причащаться обоим родителям — поочередно). Практика, когда родители причащают детей, а сами редко приступают ко святому причащению, препятствует укреплению в сознании детей необходимости участия в Евхаристической трапезе.

Первая исповедь перед причащением, согласно 18-му правилу Тимофея Александрийского, совершается по достижении возраста десяти лет, но в традиции Русской Православной Церкви первая исповедь происходит, как правило, в возрасте семи лет. При этом возраст совершения первой исповеди, а также частота совершения исповеди для ребенка в возрасте от 7 до 10 лет при ежевоскресном причащении должны определяться совместно духовником и родителями, с учетом индивидуальных особенностей в развитии ребенка и его понимания церковной жизни.

Для детей до трех лет евхаристический пост не является обязательным. По традиции, с трехлетнего возраста детей в православных семьях постепенно приучают к воздержанию от пищи и питья перед причащением Святых Таин. К семилетнему возрасту ребенок должен твердо привыкнуть причащаться натощак. С этого же времени следует учить ребенка прочитывать молитвословия ко святому причащению, содержание и объем которых определяются родителями в соответствии с возрастом, духовным и интеллектуальным развитием ребенка.

Восприемники должны принимать всемерное участие в воспитании детей в благочестии, в том числе побуждая их регулярно причащаться Святых Христовых Таин и помогая родителям приводить их ко Святой Чаше.

 * * *

 Евхаристия — центральное Таинство Церкви. Регулярное причащение необходимо человеку для спасения, в соответствии со словами Господа Иисуса Христа: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день» (Ин. 6, 53-54).



[1] Регламент или Устав духовной коллегии издан императором Петром I в 1721 году.

[2] Святитель Феофан Затворник. Письма. V, 757.

[3] Святитель Феофан Затворник. Письма. IV, 693.

[4] Здесь и далее: при отсутствии родителей или в случае лишения их прав соответствующие обязанности возлагаются на близких родственников, попечителей или опекунов.

http://www.patriarchia.ru/db/text/3981166.html

 

Слово на Благовещение Пресвятой Богородицы


 «Благовествуй, земле, радость велию, хвалите, Небеса, Божию славу». 

      Ныне празднуем мы, братие, Благовещение, что значит благую весть, возвещение о радости, празднуем светло по гласу Церкви, которая всех созывает к веселию — и небо, и землю, и Ангелов, и человеков, всю тварь видимую и невидимую. «Благовествуй», воспевает она, «земле, радость велию, хвалите небеса Божию славу, — да веселятся небеса и радуется земля... да радуется вся тварь, и гласи да поет» (Стихиры на литии и на стиховне). Среди такой всеобщей радости о чем приличнее нам и рассуждать, как не о радости же?
    Все мы любим радость, все ищем радостей. Тягостны для нас узы скорби; печаль стесняет грудь, омрачает голову, поражает душу, расстраивает тело. Богат ли кто, готов бывает отдать все богатство, только бы ему возвратили веселие; славен ли кто, тяготится самою лестною славою, если у него недостает радости; в чести ли кто, презирает все почести, когда сердце его томится в безотрадном крушении. При всем, однако ж, том, братие, что так естественно и так всеобще желание радости, радоваться можно и на добро себе, и на зло, в похвалу и в осуждение, радоваться и угодить Богу, радоваться и оскорбить Его, судя по предметам и обстоятельствам нашей радости. Потому-то надобно уметь отличать радость от радости, чтоб радоваться не в осуждение, а во спасение. Будем же учиться сему у Святой матери нашей Церкви, ныне изливающейся в радостных восхищениях о нас и ради нас. Здесь прежде всего очень вразумительное дает нам наставление обстоятельство времени. Что значит, — что Благовещение, светло празднуемое, всегда почти совершается в пределах святого поста — времени плача и сетования? Не ясно ли сим уставом Святой Церкви внушает нам Бог, что мы не должны знать никаких радостей, кроме тех, которые открывает нам Благовещение? — Действительно так. Мы не можем радоваться без особенного Божия позволения, без непосредственного от лица Его разрешения на радость. Ибо где мы? — На земле — месте скорбей и бед. Рай сладости заключен грехопадением, и падшим сказано — мужу: «в печалех снеси»- жене: «в болезнех родиши» (Быт.3:16—17). Не дано отрады роду нашему: она под запрещением. Как праотец наш, седя прямо рая, рыдающи бил себя в перси от скорби, так и нам, сынам его, жизнь свою проводить должно в слезах и болезновании. Бог наказал нас, чтоб мы сокрушились и жили со скорбным сознанием вины своей: чувствуя же на себе гнев Божий, прилично ли предаваться радости и увеселениям? Если раб, находясь под наказанием, веселится, не показывает ли это, что он не боится своего господина, презирает его угрозы, ни во что ставит его наказание? Не то же ли обнаружим и мы, осужденные, в отношении к Богу, самовольно устрояя себе увеселения? И сами мы укоряем того, кто в дни скорби облекается в светлые одежды, не паче ли Бог? В забвении о казни, предаваясь радостям, мы не только лишаем себя всякого милосердия и сострадания, но еще большую привлекаем казнь за самоволие и невнимание к Божественным распоряжениям. Но коль скоро Сам Бог откроет и дарует нам какую радость, то такая радость, несмотря на место изгнания, благословенна, и должно сказать — одна и благословенна, потому что как Бог наложил на нас печаль и скорбь, так Он же Один и отменить ее может, или, по крайней мере, растворить отрадою и утешением. Благословение Божие все разрешает. В сем случае не то уже предосудительно, если кто радуется, но то, если не радуется, тем более, если не умеет радоваться, или даже не знает о радости. Такая радость даже поставляется в заслугу, потому что означает соуслаждение Божественному порядку, готовность к деятельному в нем участию. Потому-то человек, Бога боящийся, никак не позволит себе самому прелагать печаль на радость, самовольно слагать с себя наложенную на всех одежду сетования. Он, действительно, более сетует, а если радуется, то только тою радостию, которою радоваться разрешил Сам Бог.
    Такая разрешенная Богом радость и есть уже на самом деле. Ее принес к нам ныне Архангел Гавриил — к нам, изгнанникам, с неба от лица Божия. Он предстал Преблагословенной Деве Марии и сказал: «Радуйся, Благодатная!» (Лк.1:28). И вот сидящим в стране и сени смертной воссиявает в первый раз луч радости, в мрачной юдоли плача впервые слышится: радуйся! Приклоним же внимание! — «Радуйся, Благодатная! Господь с тобою». Вдовствовавшая земля снова обручается Небу. Мы отдалились от Бога, но Бог не оставил нас. Сам приходит, ища нас, заблудших, подъем лет на рамена Свои и приносит к Себе. Не скоро приходит, чтоб искусить терпение и возбудить жажду помощи, а между тем приготовить, очистить и указать избранное себе селение: «Радуйся, Благодатная!... Благословенна ты в женах!» Жена предстоит от лица рода нашего как начаток благословения, потерянного женою. Пречистая Дева обретает благодать, которой лишила нас праматерь. «Обрела еси благодать у Бога. И се зачнеши и родиши Сына и наречеши имя ему Иисус» (Лк.1:30—31). «От ног до главы» не было в нас «целости», и «несть пластыря приложити, ниже елея, ниже обязания» (Ис.1:6): приходит Иисус, Целитель всех наших недугов, и душевных, и телесных, приходит не Ходатай, не Ангел, но Сам Господь воплощьшся. «Сей будет велий и Сын Вышняго наречется, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его, и воцарится в дому Иаковли во веки и царствию Его не будет конца» (Лк.1:32—33). Бог — Царь наш — уступил нам в свободе некоторую часть своей безграничной власти над нами самими, чтоб, свободно принося Ему себя в жертву, мы служили Ему совершеннейшим образом; но мы возмутились и преимущество свободы обратили в повод к своеволию; бежали из Царства Божия, и куда же? — В плен и рабство прежде всего князю века сего, чрез него — греху, а чрез грех смерти и аду. Приходит наконец Господь Всемогущий связать (Мф.12:29) сильного, свергнуть (Лк.10:18) с престола, изгнать (Ин.12:31) вон и заключить (Апок.20:3) в бездну, а нам возвратить опять свободу в истинном служении Богу, восстановить владычество Божие, воздвигнуть в нас и чрез нас благодатное Свое Царство.
    И вот нам, братие, радость, Богом благословенная! Радуйтесь, ибо устроилось Царствие Божие. Сам Господь пришел в мир, совершил дело искупления нашего, основал Церковь Святую, и ею спасает приходящих чрез Него к Богу. Потому сею одною радостию и должно нам радоваться — так радоваться, чтоб других радостей как бы не было для нас, чтоб мы и не замечали их, не прилагали к ним даже имени радости. Изгнанник, когда по благоволению Царя возвещают ему о возвращении в отечество, одну только сию радость и имеет на сердце; заключенный в темницу, получивши свободу, только и радуется одной свободе; больной, оздоровевши, весь, так сказать, поглощается отрадными чувствами здоровья. Так и нам поступать должно: тому только радоваться, что «Бог, Царь наш... содела спасение посреде земли» (Пс.73:12), восчувствовать сию радость и потом исповедать ее вслух всех высоким проповеданием. Пусть спросит кто: какая у нас первая радость? — Скажем ему: та, что Единородный Сын Божий пришел на землю.- Какая вторая? — Та, что он избавил нас от всех язв, и душевных, и телесных. — Какая третья? — Та, что он поразил врагов наших — диавола, смерть, ад. — Какая четвертая? — Та, что он основал на земле Царство Свое — единую Святую Церковь, которою приводя к себе людей, преисполняет их всякого рода «благословениями в небесных о Христе» (Еф.1:3).
    Перечисляя так, братие, все блага, принесенные на землю Сыном Божиим, мы не дождем, пока наконец можно будет упомянуть о других радостях, именуемых на земле, даже тех, которые почитаются невинными: может быть, тысячное останется для них место, и то с великими ограничениями. Так, братие, — Святая Церковь, учрежденная Господом нашим Иисусом Христом, есть град на горе, который один укрыться не может: все другое пред ним ничтожно. Припомните, что вся история рода человеческого ограждается двумя чудными пределами: сначала раем земным, маловременным, а по кончине веков — раем небесным и адом, бесконечным; между ними заключается беспрерывная цепь изменений, которым одна надпись: «и плач, и жалость, и горе» (Иез.2:10, 4). Отрадное, светлое, чудное в сих пределах мрака одно — дела спасения, совершенные Господом нашим Иисусом Христом: Царство Его Святое, Святая Церковь, как видел еще пророк Исайя из отдаленного прошедшего в сокровенном будущем: «и будет», говорит, «в последния дни, явлена гора Божия и дом Божий версе гор» (Ис.2:2), дом преисполненный света и блаженства. Прилипни же, христианин, всем твоим вниманием к сей горе и к сему чудному дому, и пребывай так неисходно, вместе с мыслию и сердцем. Даниил, находясь в плену у вавилонян, положил законом чаще обращаться в ту страну, где Иерусалим, и воздавать поклонение храму его — единому истинному. Подражай и ты сему святому делу. Встаешь — вспомни, что есть Церковь Божия на земле, поклонись внутренно и возрадуйся о милости Божией, явленной нам в ней. Отходишь ко сну — вспомни, что есть Церковь Божия, ради которой ты безопасно ложишься, засыпаешь и встаешь. И среди обыкновенных дел чаще воспоминай о чудных делах Божественного домостроительства в Его Святой Церкви, от которой исходит благословение на всякое дело благое. Если в каком городе воздвигнут памятник, то сначала о нем одном только и разговаривают и помышляют — дома и вне, за делом и на свободе: общее внимание всех обращено к нему. Но что для памятника делают вначале, то нам должно делать непрерывно в отношении к Святой Церкви: иметь во всегдашнем внимании в уме и сердце, что есть на земле сей дом спасения, радоваться тому преимущественно, и благодарить Бога, воздвигшего сей чудный памятник в роде нашем.
    Но, братие, сия радость наша не будет полною и даже искреннею, если мы не усвоим ее себе, если не сделаем из общей радости вместе и частною радостию о себе. Не того мы почитаем счастливым, кто воображает только царский пир, но того, кто удостоивается быть на нем и наслаждаться им; не ублажаем и того больного, который смотрит только, как один, другой, третий получают исцеление, а сам остается больным, ни того, кто видит, как многие около его милостиво принимаются в царскую благосклонность, а сам остается в презрении и невнимании. Что утешительного смотреть только и дивиться чудному делу Божию в роде нашем, не участвуя в плодах его. Святая Церковь не затем воздвигнута на земле, чтоб быть предметом праздного любопытства, а затем, чтобы мы входили в нее, делались причастниками благ ее и благословляли Бога. И святой Пророк, видевший возвышение горы и дома Божия верху ее, видел вместе и то, как все народы единодушно взывали: «приидите, и взыдем на гору Господню и в дом Бога Иаковля, и возвестит нам путь, и пойдем по нему» (Ис.2:3). Припомните притчу о званых на браки! То, что они знали о браке, и даже были званы, нисколько не помогло: требовалось участие, а они отказались, потому и презрены, как неключимые. Великое благо, что Церковь Божия, как скиния, осеняет нас, что она есть в роде нашем и ублажает вступающих в нее: не забудем же притом, что сие благо может пребывать в нем только чрез нас, только тогда, как каждый в частности будет иметь живое участие в сем благе. Отказываясь от участия в нем, мы тем самым как бы умаляем его во всем роде и, следовательно, из простого равнодушия доходим до подрыва всеобщего блага, что свойственно только одной злобе.
     Видите теперь, что еще требуется для полноты нашей радости? — Требуется живое общение каждого из нас с телом Церкви Христовой, чтоб все содержащиеся в ней блага перенесть в себя. И Архангел не ограничился одним возвещением о рождаемом Царе и Царстве, но не прекратил благовествовательного собеседования, пока не изрек: «Дух Святый найдет на тя и сила Вышняго осенит тя», и не услышал: «се раба Господня» (Лк.1:35, 38). Здесь изображено, как Слово плоть бысть, и вместе сокрыто для нас наставление — чем восполнить недостающее к совершенству нашей радости. То есть, как Сын Божий входит в общение с нашим естеством, которое он после назвал храмом, так и нам должно вступить в Церковь, которая есть тело Его. Когда Преблагословенная Дева Мария предложила Архангелу: како будет сие? — как то есть Богом устроится в ней плоть — Архангел отвечал: «Дух Святый найдет на тя, и сила Вышняго осенит тя». Дух Святый только и нас может ввесть в живое общение с Царством Христовым, которое и состоит не в слове, но в силе, то есть в силе Духа. Привлеки Духа, чтобы как «каление живо» (1Пет.2:5) положиться где-нибудь в духовном здании храма Церкви Христовой; соделайся жилищем Духа, чтоб быть включену в жилище Божие (Церковь) Духом. А для того приступи к сосудам благодати — Святым Таинствам — и пей из них живую воду, пока утолится жажда; только отверзи при сем уста совершенною Богопреданностию. И в Преблагословенной Деве Дух Святой начал действовать к общению Бога Слова с плотию не прежде, как она всецело предала себя Его вседействию, в словах: «се раба Господня» (Лк.1:38). Положи и себя в руку Божию, тогда при глубоком молчании естественных движений твоего духа и тела напечатлеется в тебе глагол Духа, вводящий в таинственное общение с Святою Церковию, а чрез нее с Самим Господом и Спасителем. Тогда-то возрадуется сердце твое радостию неизглаголанною, ибо «царство Божие... есть правда, мир и радость о Дусе Святе» (Рим.14:17). И вот второй предмет истинной радости — если мы уже испытали благодатную милость Божию к себе, приняты в недра Святой Церкви, приобщены к народу Божию, значимся в числе сынов Царствия и ходим среди благ и обетовании его.
    Сии-то две радости, — то есть, что есть на земле Святая Церковь и что мы сами принадлежим к живым членам сей единой Святой Соборной и Апостольской Церкви, и должны занимать нас во все время нашей жизни, исключая все другие, для которых потому у нас не должно быть ни времени, ни сердца. Так, кажется, просто и так естественно заметить сии предметы радости и радоваться им. Но, обращаясь к себе, мы не находим того. Истинная радость наша потеряна, а следовательно, и всякая. Правда, потеряв истинную радость, мы много теперь изобрели себе радостей сторонних, но что это за радости? Ни упоминать о нашем в сем случае обмане, ни обнаруживать заблуждения нет почти нужды: всякий из нас знает это сам по опыту. Дайте голодному камень вместо хлеба — тотчас знает, что то не хлеб; так и мы испытали уже все придуманные нами блага и знаем, что они не радостны: не радостно богатство, не радостна слава, не радостны все удовольствия чувства — и вкуса, и обоняния, и осязания, и слуха, и зрения, даже и те, кои известны под именем высоких наслаждений. Пустота в душе, смятение и томность сердечная ясно показывают, что там кроется обман и обольщение. Но что за несчастное у нас расслабление! Ясно сознаем, что мы в обмане, а не возымеем крепости отказаться от обычая жить в обмане, потому и словом, и делом гонимся за ложными удовольствиями при уверенности, что они для нас — крушение духа, даже с самим крушением духа. Ложных наслаждений не вкушаем, от истинных отклоняемся и стоим, таким образом, в некоторой безотрадно неопределенной средине; кружимся и действуем по чьему-то внушению, как орудия; жалуемся друг другу на такой порядок и все остаемся по-прежнему в нем. О Господи! Когда же наконец избавимся мы от ослепления! Соломон вдавался в удовольствия ложные, когда в себе самом носил источник истинных наслаждений — Богом дарованную мудрость; но, познавши опытно, что все на земле есть одно крушение духа, тотчас все оставил и опять обратился к истине. Позволим, братие, и о себе надеяться, что в нас ослепление только отчасти, только на время. Господь милосердый не попустит нам навсегда оставаться в сем дыме, в сем чаду и опьянении чувственном. Пробудимся, Бог даст, и опять познаем и исповедуем истинную радость, и тогда уже «радости нашей никто не отнимет у нас» (Ин.16:22). Только, братие, скрепим сию надежду до времени, по крайней мере, одним видимым делом благочестия: будем благоговейно взирать на нашу Святую Церковь, честно хранить ее уставы, неуклонно ходить в ее постановлениях. Тогда не забывающий «дела и труда любве» (Евр.6:10) Бог и за это одно помилует нас и от внешнего действием Духа Своего преведет к внутреннему. Пусть себе преступное и богопротивное суемудрие изобретает свое служение без Церкви и ее благообразного чина в святых постах, в праздниках, в священное лужении. Останемся лучше в смиренной части людей, преданных Церкви, без отмен и нечестивых мудрований, все еще будем при сем, хоть одною частию, на стороне истины, будем заключены внутри мрежи Апостольской. И пусть мы непотребны; может быть, наконец Бог скажет кому-нибудь и о нас: «заколи и яждь» (Деян.10:13). В сем чаянии будем чаще обращаться к Преблагословенной — Радости нашей — с молитвою, да посетит нас и положит благая в сердцах наших, как и Ей первой принесена благая весть с Престола Божия. Аминь.
Свт. Феофан Затворник


Неделя ва́ий
(цветоно́сная, Вербное воскресенье).

Вход Господень в Иерусалим.

За неделю до Пасхи празднуется Вербное воскресенье, или Вход Господень в Иерусалим. Перед началом Страстной недели, посвященной воспоминанию о страданиях и смерти Христа, – светлый праздник, который и теперь, спустя две тысячи лет, остается ¬по-своему загадочным. Почему? Да потому, что событие это – торжественное вступление Христа в Иерусалим, восторженные толпы, встреча Его как царя восклицаниями «Осанна!» и, главное, тот факт, что Христос Сам захотел, Сам вызвал это торжество, – на первый взгляд противоречит всему, что мы знаем о Нем из Евангелия.

Ибо если чего избегал, от чего всегда уходил Христос на протяжении всего Своего земного служения, – это от внешнего успеха, от земной славы и власти. Апостол Павел определил земной облик Христа и образ Его служения словом «истощание», т.е. самоопустошение. «Христос, – говорит он, – истощил Себя, образ раба принял. В подобии человеческом был и смирил себя до смерти, смерти же крестной» (ср.: Флп. 2:7–8). Все христианское предание издревле применяло к Христу слова пророка Исаии о страдающем слуге Божием. Нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое. Он был презираем, и мы ни во что ставили Его (Ис. 53:2–4).

Но вот посреди всего этого смирения и самоумаления – слава, торжество, внешние признаки власти и господства! И многие столетия перед сумраком страстных дней вспоминают христиане это торжество. Внезапно поднимаются в переполненных храмах тысячи рук с вербами и зажженными свечами, и снова гремит, как тогда: «Осанна!»

Но как часто, празднуя, мы забываем о смысле праздника! Как все в нашей жизни легко и незаметно превращается в обычай, в обряд, над смыслом которых не принято слишком задумываться! Что происходит, когда поднимаем мы вербы, приветствуя смиренного Учителя, въезжающего в Святой Город на осленке? Из евангельского чтения праздника известно, что тогда потрясеся весь град (Мф.21:10). А во мне, в нас, совершающих этот обряд, происходит ли какое-нибудь потрясение? Или, исполнив его, мы с чистой совестью возвращаемся домой? И не потому ли от христианства отошли и отходят миллионы людей, что все оно стало древним и непонятным обрядом, про который сами верующие не знают, зачем нужно его блюсти. Поэтому постараемся вспомнить, вникнуть, вглядеться в то, что было тогда, дабы узнать, что совершается, что может совершиться сегодня.

Христос провозглашал приближение Царства Божия. Что есть Царство Божие? Победа над злом, торжество добра, света и любви, полнота знания и радости, мир в Духе Святом. Это Царство всех тех, кто узнали и приняли в Христе возможность иной жизни – жизни, торжествующей над злом и ненавистью, над разделением и распадом, а напоследок – над самой смертью. Это Царство «жизни нестареющей» , это вечная радость знающих Бога и в Нем всем обладающих. И многие верили Христу, следовали за Ним, но все же не понимали Его учения о Царстве до конца. Им все казалось (как слишком многим кажется и теперь), что Христос говорит о нездешнем мире, о том, что настанет в каком-то таинственном «после», а здесь и сейчас по-прежнему будут царить зло, грубая сила и ненависть, борьба «всех против всех». Ведь и сегодня враги религии говорят, что христианство всегда учило примирению со злом и несправедливостью в этом мире, обещая блаженство в мире будущем.

Ответ на все это – праздник Входа Господня в Иерусалим, светлое и радостное Вербное воскресенье. Люди того времени верили, что Иерусалим – Святой Город, где откроется Царство Божие, откуда начнется победа Бога. И Христос исполнил эту веру, как бы говоря: «Да, здесь и сейчас, на земле, в нашем времени и пространстве начинается победа света над тьмой, открывается Царство Божие!» И вот Христос несколько часов был Царем на этой земле. И люди, такие же, как мы, встречали и принимали Его как Царя. О, они знали, конечно, что на смиренном животном восседает нищий Учитель. Они видели, как не похож Он на властителей, окруженных привычными символами земного могущества. Они понимали, наверное, что Его вход в Иерусалим был вызовом всем властям, что Царь этот воцарился без всякого насилия и устрашения, но только добром, только любовью, только обращением к сердцу человека. И потрясеся весь град, а вместе с ним потряслись основания всякой земной силы и власти. Словно кто-то произнес: «Разве это власть? Разве это сила? Не бойтесь, сила только в добре, власть только в любви, и нет, не должно быть другой силы, другой власти». И важнее всего то, что произошло это на нашей земле, в нашей истории.

Вот почему, поднимая свои вербы и воспевая «Осанна», мы, в сущности, вновь приносим присягу верности единственному, ни на кого не похожему Царю царей. И, вопреки собственной слабости и маловерию, заявляем: «Да, мы хотим быть верными Царству добра и любви, мы обещаем все в нашей жизни проверять только им!» И только от нас зависит, сдержать это обещание или изменить ему.  
Протоиерей Александр Шмеман.


 Неделя 5-я Великого поста. Прп. Марии Египетской

Ныне прославляется святая Мария Египетская, из великих грешниц – великая праведница. Итак, радуйтесь, грешники! Вам не только отверста дверь покаяния, но и открыт чертог славы. Смотрите, чем была Мария и чем стала, и воодушевитесь к мужественному течению ее путем.

Воззвал ее Господь, она встала и пошла и, пошедши, уже не возвращалась вспять. Зовет и нас всех ныне Господь: и кто не отозвался на сие Его милостивое призвание? Почти все уже поговели, исповедались и Святых Тайн причастились, то есть вняли призванию и восстали. Пойдемте же теперь неуклонно и тем путем, каким пошла Мария, восстав от падения, чтоб достигнуть и того, чего достигла она напоследок.

Святая Мария, покаявшись, все оставила и, прешедши Иордан, там, в пустыне, проводя жестокое житие, очистилась от страстей и спаслась. Вот образец! Готовьтесь на подражание.

Как действовать, может быть, никто из нас не давал обета буквально; но все должны поступать именно так, если смотреть не на внешний образ действий, а на их дух и силу.

Удалившись в пустыню, святая Мария отстранилась от прелестей мира и отстранила тем все искушения со стороны их. Грех после сего мог влечь ее только чрез плоть. Но и плоти не было покоя в пустыне. Пост, долулегание, зной и холод истощали ее. И вот два мощные способа, чрез кои устояла она в борьбе и одолела трех: удаление от мира и истощение плоти.

Истощение плоти есть способ, всем нам понятный и подручный. Умали меру пищи, назначь себе побольше труда и поменьше отдыха и сна, вместо мягкости избери жесткое, вместо тепла – холод, вместо распущенности – напряжение, вместо всяких плотских утех – самоозлобление, и будешь истощать и измождать плоть свою и тем замаривать страсти, имеющие в ней свое седалище. Но как от мира удалиться нам, живущим в мире?

Есть удаление от мира телом – это удаление в пустыню. Но есть удаление от мира, не выходя из мира, – удаление от него образом жизни. Первое не всем уместно и не всем под силу, а второе для всех обязательно и всеми должно быть выполнено. И вот к сему то приглашал нас святой Андрей в своем каноне, когда советовал удалиться в пустыню благозаконием. Итак, брось обычаи мира, и всякое твое действие, и всякий шаг так совершай, как повелевает благий закон евангельский, и среди мира будешь жить, как в пустыне. Между тобою и миром сие благозаконие станет как стена, из-за которой не виден будет мир. Он и пред глазами у тебя будет, но не для тебя. У мира будут свои чередования изменений, а у тебя – свой чин и свои порядки. Он пойдет в театр, а ты в церковь; он будет танцевать, а ты класть поклоны; он будет на гулянье, а ты дома в уединении; он в празднословии и смехотворстве, а ты в молчании и богохвалении; он в утехах, а ты в трудах; он в чтении пустых романов, а ты в чтении Божия слова и отеческих писаний; он на балах, а ты в беседе с единомысленным или с духовным отцом; он в корыстных расчетах, а ты в самопожертвовании; он в мечтаниях страстных, а ты, в богомыслии. И так начертай во всем себе правила и заведи порядки жизни, противоположные обычаям мира, и будешь в мире вне мира, как в пустыне. Ни тебя не будет видно в мире, ни мира в тебе. Ты будешь в мире пустынножитель. И станешь подражателем святой Марии без удаления в пустыню.

Если, как помянул я, присоединишь к сему и то, чтоб тело свое держать в пощении, трудах, бдении и вообще в лишении всякого покоя, то будешь обладать обоими способами, какими одолела свои страсти святая Мария и спаслась.

Сокращу это в двух словах: бегай покоя плоти и заведи порядки жизни, противоположные обычаям мира, или огради себя благозаконием. Сделай так: одолеешь страсти и ты; и спасешься.

Ибо вот что будет у тебя, как учит святой Исаак; если ты возобладаешь сими двумя способами: покорность чувств, трезвость ума, кротости помыслов, светлые движения мысли, рачительность к делам, высокие и тонкие умопредставления, слезы, не знающие меры; память смертная, чистое целомудрие, далекое от всякого мечтания, искушающего мысль, таинственные понятия, какие ум постигает при пособии Божиих словес, страх, отсекающий леность и нерадение и погашающий всякое вожделение, – а в конце всего свобода истинного человека, душевная радость и воскресение со Христом во Царствии. Вот и спасение.

Если же кто вознерадит о сих двух способах, то пусть знает, что не только повредит он себе во всем, но поколеблет и самое основание добродетелей. И как они, если кто удержит их в себе и пребудет в них, суть начало и глава Божественного делания в душе, дверь и путь ко Христу; так, если кто отступит и удалится от них, то придет к противоположным им порокам: плотоугодию и телесному скитанию, то есть хождению по обычаям мира, кои открывают вход в душу всем грехам и всем страстям.

Ибо поблажь только обычаям мира, кои все суть не что иное, как телесное скитание, – поблажь только сему скитанию, смотри, что будет от сего! Неуместные и неожиданные сходбища (я продолжаю слово святого Исаака), приближающие к падениям, мятеж сильных ощущений, возбуждаемых видением, быстрое воспламенение овладевающее телом, неудержимые помыслы, стремящиеся к падению, охлаждение любви к делам Божиим и совершенное оставление правил новой жизни твоей, возобновление забытых худых дел и обучение иным, которых прежде не знал. И страсти, которые, по благодати Божией, были уже умерщвлены в душе и истреблены забвением памятований, хранящихся в уме, снова начнут приходить в движение и понуждать душу к их деланию. Вот что откроется в тебе вследствие одной первой поблажки, то есть скитания тела по обычаям мира и нетерпеливости в перенесении скорбного пребывания в новом порядке жизни. А что произойдет от плотоугодия и особенно чревоугодия, того и перечислить нельзя. Отсюда тягость в голове, великое отягощение в теле и расслабление в мышцах, оставление молитвенных правил, леность класть поклоны, омрачение и холодность сердца, огрубелость ума и помыслов, омрачение, густой и непроницаемый туман, простирающийся по всей душе, сильное уныние и скука при всяком деле Божием, а также и при чтении неспособность вкушать сладость словес Божиих, мыслей скитание по всей земле, скверные призраки, наполняющие душу и разжигающие похоть; непрестанное и нестерпимое разжжение во всем теле, а отсюда новые обольстительные помыслы, с коими сочетаваясь душа падает в страсти бесчестия, сначала в себе – сосложением, а потом и вне – самым делом.

Вот горькие плоды от скитания по обычаям мира и всякого упокоения плоти! Знает враг, что кто поддастся им, тот верною ему будет добычею. Почему всячески покушается или расстроить заведенные новые порядки доброй жизни, или склонить к какой-либо поблажке плоти. Поступись в одном, впадешь и в другое, а при том и другом не избежишь падения в грех и возвращения прежних страстей. Поблажь плоти, она приведет тебя к поблажке и обычаям мира. Или поблажь обычаям мира, они приведут тебя к поблажке и плоти. Один враг передавать тебя будет другому, не отставая и сам; и вдвоем потом всякий раз увлекут тебя в падение. Зная беду сию, стой твердо в начатом. За плоть будет стоять животолюбие, за мир – человекоугодие. Противопоставь им ощущение истинного живота в озлоблении плоти и общение с истинными человеками в отвержении обычаев мира. Начнет ныть плоть, и тосковать душа, вооружись терпением. Воодушевляй себя тем помышлением, что все одно – смерть впереди. От поблажки плоти и миру смерть чрез падение в грех – смерть истинная и вечная. Плоть и мир тоже стращают смертию тех, кои идут против требований их, но эта смерть – призрачная, не действительная, а выдумываемая врагом для устрашения нас. Обречем лучше себя на сию смерть во спасение, чтоб избежать смерти пагубной.

Трудно, конечно, это, посему и называется путь сей путем тесным и прискорбным, только к нему приложено неложным Богом утешительное обетование, что он вводит в Живот. Но ведь только безумные, как говорит святой Исаак, малый, близкий покой предпочитают отдаленному Царству, не зная, что лучше потерпеть мучение в подвиге, нежели покоиться на ложе земного царства и быть осуждену за леность. Мудрым вожделенна смерть, только бы не подпасть обвинению, что какое-либо из дел своих исполнили без трезвости. Не унывай, когда дело о том, что доставит тебе жизнь, и не поленись за то умереть.

Такими помышлениями и такими отеческими наставлениями укрепляйте свою решимость стоять в новых добрых порядках жизни, в противоположность обычаям мира, и плоти угодия не творить в похоти. Сим избежите вы мучительного дела – раболепства греху – и скоро войдете в свободу чад Божиих, когда, силою Божиею укрепляемые, уже беспрепятственно, без усилий, без особых жертв, начнете ходить в заповедях и повелениях Божиих, как сыны ходят в дому отца своего. Аминь.

Святитель Феофан Затворник

 22 марта

 Святых сорока́ мучеников, в Севастийском е́зере мучившихся

В 313 году Святой Константин Великий издал указ, согласно которому христианам разрешалась свобода вероисповедания и они уравнивались в правах с язычниками. Но его соправитель Ликиний был убежденным язычником и в своей части империи решил искоренить христианство, которое значительно распространилось там. Ликиний готовился к войне против Константина и, боясь измены, решил очистить от христиан свое войско.

В то время в одном армянском городе Севастии одним из военачальников был Агриколай, ревностный сторонник язычества. Под его началом была дружина из сорока каппадокийцев, храбрых воинов, которые вышли победителями из многих сражений. Все они были христианами. Когда воины отказались принести жертву языческим богам, Агриколай заключил их в темницу. Войны предались усердной молитве и однажды ночью услышали глас: «Претерпевший до конца, тот спасен будет».

На следующее утро воинов вновь привели к Агриколаю. На этот раз язычник пустил в ход лесть. Он стал восхвалять их мужество, молодость и силу и снова предложил им отречься от Христа и тем снискать себе честь и расположение самого императора. Снова услышав отказ, Агриколай велел заковать воинов. Однако старший из них, Кирион, сказал: «Император не давал тебе права налагать на нас оковы». Агриколай смутился и приказал отвести воинов в темницу без оков.

Через семь дней в Севастию прибыл знатный сановник Лисий и устроил суд над воинами. Святые твердо отвечали: «Возьми не только наше воинское звание, но и жизни наши, для нас нет ничего дороже Христа Бога». Тогда Лисий велел побить мучеников камнями. Но камни летели мимо цели; камень, брошенный Лисием попал в лицо Агриколаю. Мучители поняли, что Святых ограждает какая-то невидимая сила. В темнице воины провели ночь в молитве и снова услышали утешающий их голос Господа: «Верующий в Меня , если и умрет, оживет. Дерзайте и не страшитесь, ибо восприимете венцы нетленные».

На следующий день суд и допрос перед мучителем повторился, воины же остались непреклонны.

Стояла зима, был сильный мороз. Святых воинов раздели, повели к озеру, находившемуся недалеко от города, и поставили под стражей на льду на всю ночь. Чтобы сломить волю мучеников, неподалеку на берегу растопили баню. В первом часу ночи, когда холод стал нестерпимым, один из воинов не выдержал и бросился бегом к бане, но едва он переступил порог, как упал замертво. В третьем часу ночи Господь послал отраду мученикам: неожиданно стало светло, лед растаял, и вода в озере стала теплой. Все стражники спали, бодрствовал только один по имени Аглаий. Взглянув на озеро он увидел, что над головой каждого мученика появился светлый венец. Аглаий насчитал тридцать девять венцов и понял, что бежавший воин лишился своего венца. Тогда Аглаий разбудил остальных стражников, сбросил с себя одежду и сказал им: «И я – христианин!» – и присоединился к мученикам. Стоя в воде он молился: «Господи Боже, я верую в Тебя, в Которого эти воины веруют. Присоедини меня к ним, да сподоблюсь пострадать с Твоими рабами».

Наутро истязатели с удивлением увидели, что мученики живы, а их стражник Аглаий вместе с ними прославляет Христа. Тогда воинов вывели из воды и перебили им голени. Во время этой мучительной казни мать самого юного из воинов, Мелитона, убеждала сына не страшиться и претерпеть все до конца. Тела мучеников положили на колесницы и повезли на сожжение. Юный Мелитон еще дышал, и его оставили лежать на земле. Тогда мать подняла сына и на своих плечах понесла его вслед за колесницей. Когда Мелитон испустил последний вздох, мать положила его на колесницу рядом с телами его святых сподвижников. Тела святых были сожжены на костре, а обуглившиеся кости брошены в воду, чтобы христиане не собрали их.

Спустя три дня мученики явились во сне блаженному Петру, епископу Севастийскому, и повелели ему предать погребению их останки. Епископ с несколькими клириками ночью собрал останки славных мучеников и с честью похоронил их.

«Настольная книга священнослужителя», т. 3

Крестопоклонная Неделя


Третье воскресенье Великого Поста называется — Крестопоклонная Неделя. В этот день (в субботу на всенощном бдении) торжественно на середину церкви выносится крест, и ему покланяются, и его целуют. Но ведь есть праздники Креста Господня — 14 августа или 27 сентября, где также торжественно на середину церкви выносится крест. Почему тогда то же самое делается еще раз и в Великом Посту? А вот для чего! Цель поста — побороться с самими собой, распять свои привычки и пристрастия. Дело это — непростое, необходимо себя постоянно понуждать. К середине поста энтузиазм ослабевает, человек к нему привыкает и перестает быть требовательным к себе. Вот тут то и самое время предложить ему утешение и укрепление. А что может верующее сердце укрепить больше, чем память о крестных страданиях Христа?

Прп. Ефрем Сирин желая настроить верующих постоянно держать в уме память о Кресте Господнем говорит: «Крест — воскресение мертвых. Крест — упование христиан. Крест — жезл хромых. Крест утешение бедных. Крест —низложение гордых. Крест — надежда отчаянных. Крест — отец сирот. Крест — хранитель младенцев. Крест — утешение скорбящих. Крест — слава мужей.

Крест — венец старцев. Крест — свет сидящих во тьме. Крест — мудрость невежд. Крест — проповедь пророков, спутник апостолов.

Крест — целомудрие дев и радость священников. Крест —основание Церкви, утверждение Вселенной. Крест — очищение прокаженных, восстановление расслабленных. Крест — хлеб алчущих, источник жаждущих. Крест — покров нагих… Ни на один час, ни на одно мгновение не будем оставлять Креста, и без него не станем ничего делать. Но спим ли, встаем ли, работаем ли, едим ли, пьем ли, идем ли в путь, плаваем ли по морю, переходим ли реки, будем украшать себя Животворящим Крестом и не убоимся „ужасов в ночи, стрелы, летящей днем, язвы, ходящей во мраке, заразы, опустошающей в полдень“ (Пс. 90:5-6)[1]».

Свт. Феофан Затворник в своих письмах говорит о теме креста как о спасительном крестоношении на всю жизнь:

«Есть крест внешний — на плечах лежит. Это скорби, беды, лишения, болезни…нападки, напраслины.

Есть крест внутренний — самоотвержение с самоумерщвлением.

Есть крест — духовный, Божий или Божественный — распятие по воле Божией.

Кресты эти один из другого рождаются. Последний обозначается преданностью в волю Божию, тихой, молчаливой, упокоительной; второй — борьбою с самим собою, безжалостной к себе; третий — терпением неприятностей. Сколько крестов, столько и крестоношений. Все они неразлучны бывают до гроба; только иной раз один чувствительней, в другой раз — другой или третий. Однако же вступают они в дело или налагаются постепенно… и быв наложены, остаются… Трисоставный Крест»[2].

«… Когда Господа сняли со Креста, Крест остался на Голгофе, а потом его сбросили в бывшую там яму, куда бросали эти орудия казни вместе со всяким другим сором. Скоро Иерусалим был разорен, и все здания его сровнены с землею. Засыпанною оказалась и яма, где брошен Крест Господень. Когда город восстанавливали язычники (иудеям запрещено было и приближаться к месту, где он был), случилось так, что на том месте, где скрыт был Крест Господень, они поставили идола Венеры — языческой богини блуда и всяких похотей. Враг так внушил им.

Так бывает и с внутренним нашим крестом. Когда враг разорит духовный строй в душе, сей наш мысленный Иерусалим, тогда и крест духовный сбрасывается с высоты Голгофы сердечной и заваливается хламом сластей и похотей, и похотное самоугодие, как башня, возвышается над всем внутренним миром нашим, и всё в нас поклоняется ему и его мановениям, пока не озарит благодать, не воодушевит свергнуть сего идола и воздвигнуть крест самораспятия»[3].

Свт. Игнатий (Брянчанинов) обобщая мысли церковных писателей о крестоношении говорит:

«Взять крест свой — значит великодушно переносить те насмешки и поношения, которыми мир осыпает последователя Христова, те скорби и гонения, которыми грехолюбивый и лепотствующий мир преследует последователя Христова…

Взять крест свой — значит добльственно претерпевать тяжкий невидимый труд, невидимое томление, мученичество ради Евангелия при борьбе с собственными страстями, с живущим внутри нас грехом, с духами злобы, которые с яростью восстанут против нас и с ожесточением воспротивятся нам, когда мы вознамеримся свергнуть с себя иго греха и подчиниться игу Христову…

Взять крест свой — значит с покорностью и смирением подчиниться тем временным скорбям и бедствиям, которые благоугодно Божественному Промыслу попустить нам в очищение наших согрешений, тогда крест служит человеку лестницей от земли на Небо…

Взять крест свой — значит добровольно и с усердием подчиниться лишениям и подвигам, которыми обуздываются… стремления нашей плоти…

Что значит взять крест и взять крест именно свой? Это значит, что каждый христианин должен терпеливо переносить именно те оскорбления и те гонения от мира, которые его постигают, а не какие-то другие.

Это значит, что каждый христианин должен с преданностью воле Божией, с исповеданием правосудия и милосердия Божия, с благодарностью Богу переносить те именно скорби и лишения, какие попустит ему Божественный Промысл, а не другие какие-то, рисуемые и предлагаемые гордостным мечтанием…

Это значит — довольствоваться именно теми телесными подвигами, которые соответственны нашим телесным силам, в которых именно нуждается наша плоть для содержания её в порядке, а отнюдь не стремиться, увлекаясь тщеславным усердием, по выражению святого Иоанна Лествичника, „к усиленному посту, к усиленному бдению и прочему безмерию в подвигах, разрушающему телесное здоровье и направляющему дух к самомнению и самообольщению…“»[4]. Аминь.



[1]  Цит. по: Булгаков С. В. Настольная книга священнослужителя. Т. 1. М., 1993. С. 573-574.

[2] Святитель Феофан Затворник. Собрание писем. Письмо № 986. М., 1899. С. 115-116.

[3] Феофан Затворник, святитель. Собрание писем. Письмо № 493. М., 1899. С. 166.

[4] Игнатий (Брянчанинов), епископ. Поучение в третью Неделю поста. О крестоношении. Аскетическая проповедь. Т. 4. СПб., 1905. С. 92-94.

 

Неделя 2-я Великого поста. Свт. Григория Пала́мы, архиеп. Фессалони́тского

 

Второе воскресенье Великого поста Церковь посвящает памяти святителя Григория Паламы, покровителя христианских молчальников и молитвенников, которых называли в старину безмолвниками, подвижниками. Они старались сохранять тишину в сердце, скрываясь в далеких обителях на горе Афон, отрезанные от всего мира морем, скалами. В пещерах, где они жили, многие живут и до сих пор. Почему же именно этого святого, покровителя молчальников, мы прославляем сегодня во дни Великого поста? Потому что именно в это время нам важно узнать или напомнить себе о значении молчания и безмолвия.

Какова наша жизнь? Она проходит всегда в бесконечном шуме и суете. Весь быт современного человека сопровождается массой звуков, шумами окружающей жизни. Человек, особенно живущий в городе, постоянно слышит шум: ревут автомобили, идут толпы. Врачи говорят, что это разрушает здоровье людей. Но мы с вами будем говорить о другом. Это рассеивает наше душевное сосредоточение, мы с вами уже отвыкли от тишины. Многие из нас, оказавшись дома на мгновение в тишине, уже чувствуют себя неловко и неспокойно. В голове у нас постоянно какие-то праздные мысли, и вместе мы не можем спокойно помолчать, а сколько лишних слов… И вся эта сумятица, суета, пожирающая нашу жизнь, не дает человеку обратиться к себе, вспомнить самое главное, прийти в себя. Сутолока продолжается до самого последнего нашего издыхания.

Иногда, когда болезнь жесткой рукой остановит наш бег, прикует нас к постели, и мы вдруг окажемся оторванными от всеобщего бега, нам удастся побыть наедине с собой. В такие минуты мы начинаем думать. А для чего же мы жили? Куда бежали? Чего ради торопились? Откуда этот шум в сердце, в мыслях, вокруг? Не надо ли было раньше хотя бы изредка искать себе несколько минуток внутреннего покоя, внутренней тишины? Как может прийти Божественная благодать к человеку, как может она его осенить и озарить, когда он оглушен, когда он слеп и в своем беге не отдает себе отчета, куда и зачем он бежит, и не слышит голоса Божия.

Голос Божий звучит всегда в тишине. Если вы хотите его услышать, постарайтесь вырвать из суток хотя бы несколько мгновений. Для этого нам Церковь дает правило: несколько минут прочесть молитвы, прийти в себя и подумать, каков был мой прошедший день? Каков будет мой следующий день? Для чего все это? Это важно, так важно… Кто хочет узнать волю Божию, ищите тишины.

Кто хочет собрать свои мысли и чувства – ищите тишины, потому что наши мысли и чувства разбегаются, не подчиняются нам, мы живем всегда в рассеянности. Но истинная духовная жизнь человека происходит только в собранности. Надо собрать свои мысли и чувства в тихий очаг в глубине сердца, чтобы там наступило молчание, в котором Бог произносит Свое Слово, обращенное к тебе. Если мы не будем заставлять, принуждать себя к молчанию, если мы останемся подвластны житейскому шуму, бесконечному бегу, то у нас вся жизнь пройдет на поверхности, без глубины, без духовности, без настоящей встречи с Господом.

Вот для чего нам следует вспомнить о молчальниках, вот почему Церковь призывает нас бороться с пустословием, празднословием, напрасной болтовней, употреблением дара языка во зло себе. «Положи, Господи, хранение устам моим, у дверь ограждения о устах моих», – говорит нам Священное Писание. Вот об этом мы молимся, мы просим Господа, а Он ждет от нас, чтобы и мы поучаствовали, чтобы захотели этого, чтобы мы получили дар Божий – молчание в тишине Его благословения. Аминь.

прот. Александр Мень


ТОРЖЕСТВО ПРАВОСЛАВИЯ

Первое воскресенье Великого Поста называется очень необычно — Торжество Православия. Торжество слово славянское, и означает оно — праздник. К нам он пришел из греческой Церкви, где первоначально была отмечена победа над иконоборческой ересью. Иконопочитание было восстановлено при патриархе Михаиле – в 842г. В трудной борьбе с ересями встал вопрос более конкретного и твердого определения всех взглядов Церкви на многие сложные вопросы, и потому Вселенские Соборы определили точно «правила веры», чтобы утвердить истинное богопочитание. Потому в этот день празднуется не торжество иконопочитания, а Торжество Православия. Факт совпадения с первой неделей Великого поста стал не только историческим обоснованием, но и утешением верующих в дни поста, напоминанием живого общения в Церкви с теми, кто своими подвигами (и часто смертью) утверждал жизненность и значение Православия для духовного совершенствования.

Патриархом Мефодием был составлен  «чин» Торжества Православия. Со временем он менялся, но основные его положения были неизменны.

Известный проповедник XIX века митрополит Петербургский и Ладожский Палладий в проповеди на этот день говорит следующее: «В истине Православия ходит тот, кто исповедует Св. Христову веру, исповедует её не словом и языком, но делом и истиною (1 Ин. 3:28), так, как учил Начальник, Совершитель (Евр.12:2) и Учитель нашей веры Иисус Христос. В истине Православия ходит тот, кто приемлет Христову веру, как передали её и изъяснили св.пророки и апостолы в Богодухновенных своих писаниях: быв утверждены на основании апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем(Еф. 2:20).

В истине Православия ходит тот, кто твердо и несомненно содержит все догматы и коренные истины веры и благочестия, кто вполне и в точности верует во всё, что принято, установлено и утверждено Св. Соборною и Апостольскою Церковью, и отвергает всё, что отвергнуто ею; ибо Церковь есть столп и утверждение истины (1Тим.3:15)…

В истине Православия ходит тот, кто старается возможно усерднее и благоговейнее пользоваться Христовыми таинствами, старается исполнять св.заповеди, жить в благочестии, по уставам Церкви; кто часто и с усердием молится Богу, чтит праздники и дни воскресные, крестом и молитвою начинает и заканчивает всякое дело; кто по церковному порядку соблюдает посты и другие предписания Церкви…

В истине Православия ходит тот, кто не отделяется от единства веры и союза с Церковью и не удаляется на распутия пагубного иномыслия и раскола, твердо держится законных пастырей и повинуется им во всем, что относится ко спасению души, по слову Писания: «Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны»(Евр.13:17)…

В истине Православия ходит тот, кто не только верует святому Христову учению умом и сердцем, но исповедует эту веру устами, открыто и безбоязненно перед всеми во всяком месте и во всякое время, когда нужда того требует. Такой христианин на все вещи в мире смотрит очами веры, живой и деятельной[1]…».

Свт. Игнатий (Брянчанинов) в слове на первую неделю Великого поста поучает о православии: «Православие есть истинное Богопознание и Богопочитание, есть прославление Бога истинным познанием Его и поклонением Ему; Православие есть прославление Богом человека, истинного служителя Божия, дарованием ему благодати Всесвятого Духа. Дух есть слава христиан. Где нет Духа, там нет Православия…

Чтобы сохранить для нас этот залог, Святая Церковь исчисляет сегодня во всеуслышание те учения, которые порождены и изданы сатаною; которые —выражение вражды к Богу; которые клевещут на наше спасение, похищают его у нас. Как волков хищных, как змей смертоносных, как воров и убийц, Церковь обличает эти учения; охраняя нас от них и взывая из погибели обольщенных ими, она предает анафеме эти учения и тех, которые упорно держатся их.

Словом „анафема“ означается отлучение, отвержение. Когда Церковью предается анафеме какое-либо учение-это значит, что учение содержит в себе хулу на Святого Духа, и для спасения должно быть отвергнуто и устранено, как яд устраняется от пищи. Когда анафеме предается человек — это значит, что человек тот усвоил себе богохульное учение безвозвратно, лишает им спасения себя и ближних, которым сообщает свой образ мыслей…

Значение анафемы есть значение духовного церковного врачевства против недуга в духе человеческом, причиняющего вечную смерть. Причиняют вечную смерть все учения человеческие, вводящие свое умствование, почерпаемое из лжеименного разума, из плотского мудрования, — этого общего достояния падших духов и человеков, — в Богом открытое учение о Боге. Человеческое умствование, введенное в учение веры христианской, называется ересью, а последование этому учению — зловерием…

Ереси, будучи делом плотским, плодом плотского мудрования, изобретены падшими духами… Они ниспали в плотское мудрование более, нежели человеки… Плотское мудрование в области духов получило обширнейшее, полное развитие, какого оно только может достигнуть. Главнейший грех их — исступленная ненависть к Богу, выражающаяся страшным непрестанным богохульством… Существенная страсть их — гордость; они преобладаются чудовищным и глупым тщеславием; находят наслаждение во всех видах греха, вращаются постоянно в них, переходя от одного греха к другому… Не имея возможности совершать плотские грехи телесно, они совершают их в мечтании и ощущении; они усвоили бесплотному естеству пороки, свойственные плоти; они развили в себе эти неестественные им пороки несравненно более, нежели сколько они могут быть развитыми между человеками…

Страшное орудие в руках духов — ересь! Они погубили посредством ереси целые народы, похитив у них, незаметно для них, христианство, заменив христианство богохульным учением, украсив смертоносное учение наименованием очищенного, истинного восстановленного христианства.

Ересь есть грех, совершаемый преимущественно в уме. Грех этот, будучи принят умом, сообщается духу, разливается на тело, оскверняет самое тело наше, имеющее способность принимать освящение от общения с Богом и способность оскверняться и заражаться общением с падшими духами[2]…»

Будем держаться истин Православной веры и помнить слова из чина Торжества Православия: «Сия вера Апостольская, сия вера вселенную утверди».Аминь.



[1] Проповедническая хрестоматия. Т. 1. Поучения на все воскресные дни года. Издание Свято-Троицкого монастыря, 1963. С.640-641

[2] Игнатий (Брянчанинов), епископ. Слово в первую Неделю Великого Поста. О Православии. Аскетическая проповедь. Т. 4. Джорданвилль, 1984. С. 78, 79, 80, 81, 82

ПРОЩЕНОЕ ВОСКРЕСЕНИЕ

   В воскресном евангельском чтении мы слышали слова Господа: “Аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный. Аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших” (Мф.6,14-15). На кануне Великого поста Православная Церковь призывает нас к прощению наших обидчиков. Эти слова евангельского зачала повелевают нам оставить всякую ненависть и вражду на ближнего своего, примирится с ним, простив ему все обиды и неприятности причиненные нам. Святитель Игнатий Брянчанинов говорит: “Все желающие приступить к подвигу поста и молитвы, все желающие пожать плоды от своего покаяния, услышьте Слово Божие, услышьте завет Божий: простите ближним согрешения их пред вами[1]”.

   Праведный Иоанн Кронштадский  дает несколько практических советов, как приучить себя к прощению обид: “Если ты чувствуешь в сердце убийственное зло на ближнего, тебя мучат злые думы об обидах, причиненных тебе от него, — вот тебе средства избавиться от внутренней тесноты:

   а) Представь себе множество своих грехов и живо вообрази, как на тебе терпит их Владыка твоей жизни, как Он ежедневно и без числа отпускает тебе, если ты искренно молишь Его о том, согрешения твои.

   б) Чтобы не помнить тебе злобы против ближнего, а от души прощать его, вспомни, что ты сам не чужд злобы, равно как и всех других страстей.

   в) Зная по собственному опыту всю слабость, всю греховность человеческой природы, мы должны не ненавидеть, не презирать врагов наших, а, скорее, сожалеть о них.

г) Если же при обидах и огорчениях закипает в сердце как бы невольно злоба и ненависть, направляй её не на брата, согрешающего против тебя, но на диавола — творца всякой вражды и злобы, на самый грех.

д) Помни, что огорчением и раздражением не поправляется дело, а, напротив, еще больше расстраивается.

 е) Наконец, — чтобы поддержать в себе в минуту искушения истинно- христианское настроение и чувства, будем чаще взирать на Крест Господа нашего Искупителя. Он скорее напомнит нам о любви к ближнему, о снисхождении и прощении обид”[2].

   Свт.Василий Великий учит: “Не врачуйте зло злом, не старайтесь превзойти друг друга в бедствиях. В недобрых борьбах злосчастнее тот, кто победил, потому что с победы приносит больше греха. Не будь собирателем худой дани и еще более лукавым воздаятелем лукавого долга. Обидел тебя разгневанный? Останови зло молчанием… Ибо раздражение возбуждает ссору, ссора  родит ругательство, ругательства родят драку, драка — раны, а от ран нередко бывает смерть. Остановим зло в первом его начале, всеми мерами истребляя в душах гнев… Поэтому, если послушаешься меня, то к обидным словам другого от себя прибавь нечто. Он назвал тебя подлым, бесславным, нигде ничего не значущим? А ты назови себя землею и пеплом. Ты не честнее отца нашего Авраама, который так себя называет (Быт. 18:27). Он назвал тебя невеждою, нищим, человеком ничего не стоящим? А ты, говоря словами Давида, скажи о себе, что ты червь и ведешь начало от гусениц (Пс. 21:7). Присоедини к этому прекрасный поступок Моисея. Укоренный Аароном и Мариамной, не жало­ваться на них стал он Богу, но молиться за них. Чьим учеником желаешь ты лучше быть? Мужей ли богоугодных и блаженных, или людей, исполненных духом лукавства?…

   Когда смущает тебя искушение сказать укоризненное слово, представь, что должен ты решить о себе: приблизиться ли тебе к Богу долготерпением, или че­рез гнев перейти на сторону противника. Дай время своим помыслам избрать благую часть. И врагу — или окажешь некоторую пользу примером кротости, или сильнее отомстишь презрением.

   Может ли что быть для него болезненнее, чем видеть, что враг его выше обид? Не теряй благоразумия и не позволяй себе поддаваться обидчику… Он будет жалеть о том, что наговорил, а ты никогда не будешь раскаиваться в добродете­ли. Нужно ли говорить много? Ему укоризны его заградили Царствие Небесное. Ибо „досадители Царствия Божия не наследуют“ (1 Кор. 6:10). А тебе молчание уготовало Царство. Ибо, претерпевший до конца, спасен будет (Мф. 10:22)…

    Истреби в себе две мысли: не признавай себя достойным чего-либо велико­го и не думай, чтобы какой человек был многим ниже тебя по достоинству. В таком случае наносимые нам бесчестия никогда не приведут нас в раздражение”[3].

     Вступая на поприще Святой Четыредесятницы, мы должны простить друг другу прегрешения, чтобы и Бог нас простил. Иначе напрасны будут все наши труды в предстоящем посту. Не примет Господь и наших многочисленных земных поклонов, если в сердце нашем будут оставаться обиды и недоброжелательство к ближним. Преподобный Ефрем Сирин говорит: “Если ты, человек, не прощаешь всякого согрешившего против тебя, то не утруждай себя постом и молитвой… Бог не примет тебя[4]”.


[1] Чтение на каждый день Великого поста. – М.: Сретенский монастырь, 2009.С.60
[2] Цит. по: Дьяченко Григорий, протоиерей. Катехизические поучения. М., 1898. С. 557-558
[3] Василий Великий, святитель. Творения. Т. 2. На гневливых. Беседа 10. СПб.: Репринт, 1911. С. 162, 163, 164, 165
[4] Чтение на каждый день Великого поста. – М.: Сретенский монастырь, 2009.С.60

15 февраля —

Сретение Господа нашего Иисуса Христа

   Слово сретение в переводе со славянского языка означает встреча. Праздник Сретения Господня — это радость долгожданной Встречи с Богом, свершившейся некогда в Иерусалимском храме, происходящей и поныне в сердце каждого человека, ищущего Бога, Его Истины, сохраненной Церковью.

   В праздник Сретения Господня Церковь воспоминает важное событие в земной жизни Господа нашего Иисуса Христа (Евангелие от Луки 2, 22–40). В 40-й день по рождении Богомладенец был принесен в Иерусалимский храм — центр религиозной жизни богоизбранного народа. По закону Моисееву (Лев. 12) женщине, родившей младенца мужского пола, в продолжение 40 дней было запрещено входить в храм Божий. После этого срока мать приходила в храм с младенцем, чтобы принести Господу благодарственную и очистительную жертву. Пресвятая Дева, Матерь Божия, не имела нужды в очищении, ибо неискусомужно родила Источник чистоты и святости, но по глубокому смирению Она подчинилась предписанию закона.

   В то время жил в Иерусалиме праведный старец Симеон. Ему было откровение, что он не умрет, пока не увидит Христа Спасителя. По внушению свыше, благочестивый старец пришел в храм в то время, когда Пресвятая Богородица и праведный Иосиф принесли туда Младенца Иисуса, чтобы исполнить законный обряд. Богоприимец Симеон взял Богомладенца на руки, и благословив Бога, изрек пророчество о Спасителе мира: Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыка, по слову Твоему с миром, ибо видели очи мои спасение Твое, которое Ты уготовал пред лицем всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля (Лк. 2, 29–32). Эта молитва поется (в праздничные дни) или читается (во время вседневного богослужения) на каждой вечерне, чтобы уходящий день напоминал каждому верующему о вечере его земной временной жизни, который закончится исходом в вечную жизнь. Надо прожить на земле в мире с Богом, исполняя евангельские заповеди, чтобы, как святой старец Симеон, с радостью встретить нескончаемый светлый день в Царствии Небесном.

   Пресвятой Деве праведный Симеон сказал: Се лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий, и Тебе Самой оружие пройдет душу, да откроются помышления многих сердец (Лк. 2, 35).

   На праздник Сретения Господня в храмах совершается чин освящения свечей. Многие люди приходят в этот день только для того, чтобы освятить пучок свечек, забывая о духовном значении праздника. В молитвах на освящение свеч в Сретение возносится Богу просьба о том, чтобы, как зажженные свечи своим светом разгоняют ночной мрак, так и наши души, просвещенные Духом Святым, избегали греховной тьмы («слепоты»).

   Со свечами вообще связано много суеверий, включая ворожбу и всевозможные гадания. Подобные действия не имеют ничего общего с православным вероучением

   На праздник Сретения свечи — это символ. Человечество в лице Симеона Богоприимца встречает Господа. В знак духовной радости и торжества зажигаются свечи. И сам Симеон Богоприимец называет Иисуса Христа светом к просвещению язычников (Лк. 2: 32).

   Приписывание "сретенским" (или любым другим) свечам "особых" свойств коренится не в христианском вероучении, а в языческом мировосприятии, когда человек желает, исполнив некий ритуал, приобрести талисман, защищающий от житейских бед и скорбей, и при этом не прилагать никаких усилий к исправлению своей жизни.

   Возжженная свеча - символ нашей пламенеющей и благодарной любви к Богу. Как писал святитель Филарет (Дроздов), митрополит Московский, "свет свечи должен означать благоговение к святой иконе и давать удобство видеть ее". Из этого следует также, что нет "более благодатных" или "менее благодатных" свечей, и, например, "Пасхальная" свеча не обладает большей "святостью", чем "обычная" освященная в церкви свеча.

   Святой праведный Иоанн Кронштадтский советовал: "Видя свечи горящие и лампады в церкви, восходи мыслию от огня вещественного к невещественному огню Духа Святаго: Бог наш есть огнь поядаяй (Евр. 12, 29)… Свеча или лампада напоминает нам о свете и огне духовном, напр., о словах Господа: Я - свет, пришедший в мир, да всяк веруяй в Мя во тьме не пребудет (Иоан. 12, 46), или: огня приидох воврещи на землю, и что хощу аще уже возгореся (Лк. 12, 49), или: да будут чресла ваша препоясана, и светилницы горящии, и вы подобни человеком, чающим господа своего, когда возвратится от брака, да пришедшу и толкнувшу, абие отверзут ему (Лк. 12, 35, 36), или: тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела, и прославят Отца вашего, Иже на небесех (Мф. 5, 16), - и самою вещию, самым существом своим учат нас соответствующим свету и огню духовным вещам или предметам, напр., чтобы сердца наши всегда горели любовью к Богу и ближнему, чтобы мы не допускали в себе возгораться страстям или геенскому огню, чтобы примером добродетельной жизни мы светили другим, как свеча светит нам в делах житейских…

   Ставить свечи перед иконами хорошо. Но лучше, если приносишь в жертву Богу огнь любви к Нему и к ближнему. Хорошо, если вместе бывает то и другое. Если же ставишь свечи, а любви к Богу и ближнему в сердце не имеешь: скупишься, не мирно живешь, - то напрасна и жертва твоя Богу…”

  "Твоя свечка как бы жертва всесожжения Господу; да будет же она дар Богу от совершенного сердца".

Игумения

Игумения Василисса

настоятельница Женского монастыря в честь святой блаженной Ксении Петербургской в д.Барань Борисовского района с 2003 года

Жизнь обители

В настоящее время в обители более десяти насельниц. Eжедневно совершается полный круг богослужебной чреды. Читается неусыпаемая Псалтирь, служатся акафисты святым покровителям обители, совершается Божественная Литургия.

При монастыре действует белое сестричество, где несут свои послушания более 25 сестер милосердия.

Обитель окормляют два священника.

Устав монастыря

Господь позвал, и сестры пришли в монастырь, чтобы увидеть и осознать свои грехи, покаяться в них и с Божией помощью свою жизнь посвятить служению Богу и людям.

Научиться любить Бога и ближнего своего — цель жизни каждой сестры. Для этого они оставили свой дом, своих родственников по плоти, все материальные ценности и мирские отличия, все то, что выделяло их в мире и питало их самолюбие.

Внутренний устав монастыря

Православный календарь

Евангельские Чтения